Страница 44 из 81
– Нет и не было никакого частного коллекционера Фролова, – последовал краткий ответ Климова. – И это сведения из официальных источников.
– Не понял?! – Коровин привстал, уперся кулаками в край стола. – Капитан, не хочешь рассказать, от кого ты получил информацию о Фролове?
– Я… – Ваня растерялся, потом принялся нервными движениями перемещать предметы на своем столе. – На сайте.
На вопрос о происхождении сайта капитан Смирнов толком не смог ничего ответить. Мол, сделал запрос по полотнам, вышла информация. Он ее прочитал и доложил.
– Проверить точно времени не было, товарищ подполковник, – смотрел он на Коровина виноватыми глазами. – Я прошел по ссылке, нашел информацию и…
– И успокоился, – закончил за него Коровин. – Зачетно, капитан!
– Товарищ подполковник, ваше распоряжение было факультативным. Вы сами сказали…
– Отставить, капитан! – взревел Коровин.
Не хватало еще, чтобы он при посторонних обсуждал внутренние дела отдела.
Да, он не приказывал, просто попросил Смирнова по возможности узнать что-нибудь о картинах, которые якобы украли в ночь смерти Светланы. Никто, кроме старой соседки, их не видел. И не подтвердил, что они там были. Даже ее родители, которые прилетели из-за границы на похороны дочери, не помнили эти картины. А о серьгах с бирюзой имели весьма смутное представление.
– Свекровь меня никогда не любила, – жаловалась мать Светланы, вытирая мокрое от слез лицо. – О том, какие у нее имеются украшения, я не знала. А мужу моему – ее сыну – всегда было не до них. Из нас троих только Светочка была посвященной. Она все и унаследовала. Но… Но тоже не спешила делиться информацией с нами – ее родителями…
Вот именно по этой причине Коровин не отдавал своим подчиненным жестких распоряжений. Просто попросил узнать по возможности. Смирнов так и сделал. Узнал как мог и что мог.
Повернувшись к Климову, Коровин потребовал четкого и быстрого доклада.
– Без лирических отступлений! – закончил он.
– Так точно, – козырнул Климов.
И начал говорить. И чем дольше он говорил, тем поганее становилось на душе у Коровина.
«С ужином у Аси придется подождать», – понял он к тому моменту, как Климов закончил свой рассказ. Было ясно, что она обидится. И возможно, не поверит. Но игнорировать то, что рассказал старший лейтенант…
– То есть, старлей, ты уверен, что Шайкевич говорит правду? – с угасающей надеждой переспросил Коровин в четвертый раз. – И это не плод старческого слабоумия?
– Никак нет, ее информация подтвердилась. Картин не может быть у коллекционера Фролова, потому что коллекционера Фролова не существует. – Климов повернулся к капитану Смирнову и уточнил: – Фролов – это вымышленный персонаж.
– А Шайкевич, утверждающая, что за ней ведется наблюдение, не врет?
– Никак нет, она в разуме. И… Скорее всего, она является вдовой того самого Шайкевича, который неоднократно посещал знаменитые аукционы за границей. И несколько раз покупал там шедевры. Но следует уточнить, Зоя Павловна на мой прямой вопрос уклонилась от ответа. – Старший лейтенант Климов помолчал мгновение и добавил: – Это когда я ей позвонил по телефону.
– Вы даже уже обменялись телефонами? – попыталась сально пошутить Мариночка.
– Отставить, майор, – поморщился Денис Коровин.
Марина его бесила больше всех. Так и хотелось сделать ее виноватой в том, что его ужин с Асей срывается.
– Старлей, что еще тебе удалось узнать о том самом Шайкевиче, который катался на аукцион за антиквариатом? И который, предположительно, был мужем Зои Павловны до самой смерти?
– Это все, – обескураженно развел руки в стороны Климов. – О нем очень мало информации. Но та, что имеется у моих хороших знакомых, позволяет предположить, что за свою жизнь он собрал внушительную коллекцию.
– И где же она? – отвратительно ухмыльнулась Мариночка, продолжая мотать своей безобразной сумкой.
– Она… В ее квартире, предположительно, – проговорил Коровин, вспоминая входную дверь квартиры Шайкевичей, и направился к выходу. – И я сейчас еду туда. Если, конечно же, она мне откроет. Климов, ты со мной?
– Так точно, товарищ подполковник! – расплылся в широкой улыбке старший лейтенант. – Зоя Павловна мне откроет, она мне доверяет.