Бывший. Вернуть семью

Глава 12. Ярослава

Дверь передо мной распахивает вышколенная прислуга. По первости я пыталась запомнить каждого по имени, здороваться, интересоваться делами.

Но со временем поняла, что это никому не нужно. Теперь ограничиваюсь только сухим кивком.

Захожу в роскошный холл.

- Как прошёл вечер?

Вздрагиваю от громкого требовательного голоса мужа.

Его инвалидная коляска выезжает из полумрака гостиной.

Прислуга незаметно исчезает, оставляя нас вдвоем.

- Отвратительно, - ни капли не вру.

Снимаю манто и бросаю его на небольшой диванчик, тут же скидываю туфли на высоком каблуке.

Внутри все сжимается от страха и волнения.

Я жду, когда муж сорвётся. Жду его крика и угроз.

Но он молчит.

Осторожно поднимаю на него взгляд. Вместо раздражения на его лице сияет улыбка.

Хмурюсь.

- Ты преувеличиваешь, - говорит он и разворачивается.

Подъезжает к лестнице, закрепляет коляску на подъемнике и нажимает на старт.

Стоит зажужжать подъемному механизму, как он делает мне знак следовать за ним.

Подчиняюсь.

Босыми ногами наступаю на дорогой прохладный мрамор. Раскалённые уставшие ступни перестают ныть. Какое это блаженство!

Маленькая радость в беспросветной безнадёжности.

Медленно, ступенька за ступенькой иду следом за мужем и не понимаю его радости.

Хмурюсь своим мыслям. Я неплохо изучила характер Олега Николаевича. Ничего кроме крупной сделки не могло его так обрадовать.

Но сделки не было. И скорее всего не будет!

- Как прошли переговоры? До чего договорились? - он отсоединяет механизм подъемника и не оборачиваясь едет в мою спальню.

Не знаю почему, но его вопрос звучит двусмысленно. Гоню от себя странные мысли.

- Мы... встречаемся завтра в восемь утра.

- Отлично, - муж кивает, словно другого ответа от меня и не ожидал. - Есть какие-то предварительные договорённости?

- Олег! - почти выкрикиваю я.

Я почти никогда не позволяю себе назвать мужа по имени. Его возраст, холодная отстранённость и неоднозначный характер нашего брака заставляют меня обращаться к нему официально.

Он резко останавливается прямо на пороге моей комнаты и разворачивается.

Довольная улыбка моментально исчезает с его губ. Густые брови сходятся на переносице. Карий взгляд темнее, наливается раздражением.

- Объясни мне, как так получилось, что ты должен Гасанову? - истерика медленно подкатывает ко мне. Сдерживаться становится все труднее.

- Это мое дело, - холодно чеканит муж. - Тебя это не касается.

- Да? - голос дрожит. - Если меня это не касается, почему я должна решать эти проблемы вместо тебя?

- Ярослава, - его взгляд яростно горит. Голос сочится раздражением и прямой угрозой. - Мне кажется, ты забываешь несколько маленьких деталей наших договорённостей...

- Я ничего не забываю, - меня трясет. В первый раз я ТАК разговариваю с мужем. Раньше я предпочитала молчать. - Но я бы хотела узнавать о проблемах своевременно.

- Ты что о себе возомнила? - рычит он.

- Ничего. Я твоя жена и полноправный участник семейного бизнеса. Я имею право знать о НАШИХ проблемах...

Злой раскатистый смех обрывает меня.

- Полноправный? Ты? - муж подъезжает почти вплотную ко мне. - Ты - кукла. Моя марионетка. Я поднял тебя из грязи, отмыл, причесал, одел. Научил вести дела и пользоваться вилкой с ножом!

Мои щеки вспыхивают от стыда.

- Пришло время платить по счетам! - продолжает Олег Николаевич. - Ставки слишком высоки. Ты, моя дорогая, даже не представляешь насколько!

- Мы можем продать дом, машины, коттедж в Сочи...

- Дура! - шипит он зло. - Даже если мы продадим все имущество и нашу долю акций «Строй-проект-монтаж», нам не хватит, чтобы покрыть долг Гасанову.

- Сколько? - шепчу я.

- Тринадцать миллионов.

Выдыхаю. Тринадцать миллионов! Наше имущество стоит в несколько раз дороже, чем тринадцать миллионов рублей! Уже открываю рот, чтобы сказать это мужу.

- Долларов! - припечатывает меня Ярпольский.

Долларов?

Долларов???

- Куда можно было деть тринадцать миллионов долларов? - взрываюсь я.

- Ярослава, - грозный рык должен меня испугать.

Но я резко разворачиваюсь к мужу.

- Куда, Олег? Только не говори, что эти деньги ушли на твою «реабилитацию»? Сколько из этих денег ты отдал массажисткам? Медсестричкам в халатах по самую задницу? - меня несет. Я не могу остановиться.

Мои слова обрывает пощечина. Звонкая, хлесткая.

Щека взрывается болью. Из глаз выступаю слезы.

Меня никто никогда не бил.

Прижимаю ледяную ладошку к щеке и все еще не верю в то, что Олег Николаевич мог меня ударить.

Муж удовлетворенно кивает в ответ. Его взгляд безразлично скользит по моей фигуре.

- Значит так, - в его голосе отчётливо слышу удовлетворение. - Завтра ты пойдешь к Зимину и сделаешь ВСЕ, чтобы он захотел заключить эту сделку. Ты поняла?

Бросаю на мужа яростный взгляд. Хочу, чтобы он скорее ушел, исчез из моей жизни. А я могла поплакать в одиночестве.

Отворачиваюсь, смахиваю слезы и расстёгиваю колье.

Подхожу к комоду. Стягиваю тяжелое украшение с шеи. Слишком медленно снимаю сережки. Пытаюсь взять себя в руки.

Обнаженной кожей на спине чувствую тяжелый, изучающий меня взгляд мужа.