Страница 38 из 70
Она сунула кулаки в карманы тонкого жилета, уже пожалев, что не стала рисовать себе стрелки. Лицо блеклое без них, невыразительное. А сосед выглядел свежо и аккуратно. Гладко выбрит. Хорошо подстрижен. Стрелки на брюках — обрезаться можно. Светло-голубая рубашка аккуратно заправлена под ремень.
— Она либо занята. Либо ее нет дома. Либо с ней беда, — перечислил вдовец монотонным голосом, рассматривая ее как-то странно.
— Светлана дома. Машина на месте, — отреагировала она сразу. — И чем она может быть занята?
— Домашними делами, например.
— При открытых воротах? Она всегда их запирала. Всегда!
— Вы очень наблюдательны, — то ли упрекнул, то ли восхитился сосед. — К слову, я — Арсений Павлович.
Она представилась и пожала протянутую ей крепкую мужскую ладонь. Неожиданно ее разволновало это прикосновение. Показалось надежным.
— Что будем делать, Арсений Павлович? — подняла она на него вопросительный взгляд.
— Надо войти, — решительно произнес он.
И зашагал к приоткрытым воротам. Но словно споткнулся. Поравнявшись с ней и посмотрев внимательно, уточнил:
— Вы ведь не против?
Она не была против. Она «за» двумя руками. И «за» его вмешательство, неожиданно так ей понравившееся. И «за» то, что идет сейчас позади него. Так давно не чувствовала крепкого мужского плеча. Образно, конечно, кроме его ладони она тактильно еще ничего и никак, но…
Поняв, что думает не о том, она с досады прикусила губу.
Размечталась о мужском плече! Так и до посиделок на крыльце додуматься можно. А он просто волнуется за молодую соседку. И все!
— Как вы ее называли? Светланой? — остановившись перед приоткрытой дверью в дом, оглянулся на нее вдовец-сосед.
Она кивнула. Он несколько раз позвал девушку по имени. Ответа никакого. И тогда они вошли. Татьяна Викторовна сразу увлекла его в ту комнату, где, как ей показалось, шторы висели криво на одном из окон.
— Если что-то и случилось, то только там! — зловещим шепотом оповестила она Арсения Павловича. — Вы первый!
Он послушно вошел в комнату, приоткрыв дверь не рукой, а локтем. За что тут же получил ее мысленный плюсик. Вдруг там что-то случилось? А они пальцев своих наставят.
Он вошел в комнату и встал на пороге как вкопанный. Она даже пройти не могла, он загородил собой дверной проем.
— Ну что там, Арсений Павлович? — Ткнула она несколько раз пальчиком ему в левую лопатку.
— Тут труп, Татьяна Викторовна. — Он повернул к ней бледное лицо и попятился, крепче прижимая к себе пакет с остывающим хлебом. — Вызывайте полицию…