Чернокнижник 3

По пути на рыночную площадь мне во множестве попадался спешащий по своим делам народ. Лишь немногие обыватели могли позволить себе неторопливую прогулку, чаще всего это были люди весьма преклонного возраста. Насколько мне известно, пенсионная система в довольно кургузом состоянии на территории Лужников продолжает функционировать. То есть, с голоду никто не умирает и не мерзнет в суровую зимнюю пору. Бывшие же пенсионеры, коим повезло обзавестись каким-нибудь магическим даром, не попадают под этот статус, поскольку способны зарабатывать на жизнь самостоятельно. Учет трудоспособного населения ведется представителями специальной комиссии.

А работы здесь хватает всем. С высоты пологого холма было отлично видно, как группа магов земной стихии возводит в районе станции метро Фрунзенская глубокий и широкий земляной ров, который должен соединить русло реки в районе Саввинской и Фрунзенской набережных, превратив тем самым территорию поселения в некое подобие острова. Изъятый грунт чародеи используют не только для возведения насыпи. Из него и собранного в округе строительного мусора возводят самую настоящую крепостную стену высотой метров двадцать. На мой взгляд, нехило размахнулись. Идея использовать реку в качестве природного оборонительного рубежа вполне разумна. Если даже зимой Москва-река замерзнет, будет достаточно одного-двух залпов гаубичных батарей, чтобы пресечь любую попытку добраться до Лужников по льду. Таким образом, благодаря удачному загибу реки, место для поселения здесь практически идеальное.

Впрочем, долго любоваться строительными достижениями местных не стал. Я хоть и был максимально защищен от капризов погоды, угрюмое серое небо и падающий на головы прохожих то ли снег с дождем, то ли дождь со снегом оптимизма не добавляли. Чёрт побери, я здесь уже третьи сутки, а солнышка и хотя бы клочка голубого неба пока не увидел. Не тот сезон я выбрал для своего туристического вояжа. Хотелось бы, разумеется, чтобы было лето, тепло и сухо. Однако обстоятельства чаще всего складываются без учета наших пожеланий. На мой довольно легкий прикид некоторые прохожие косились неодобрительно-сочувственно, мол, дофорсишься, застудишь, что-нибудь жизненно важное и не быть тебе уже никогда счастливым папашкой. Однако словесно не порицали. Похоже, суровая жизнь в местных реалиях научила людей относиться с уважением к чужим причудам. Вполне возможно, каким-то шестым чувством люди определяли во мне одаренного. А продвинутым магам во всех известных мне мирах плевать на капризы погоды.

До рынка оставалось метров двести, но тут неожиданно мой радар засек мощный астральный посыл, исходящий из неприметного закоулка. А вот это уже интересно. Знакомая сигнатура. Свернул в направлении сигнала и, пройдя полсотни метров, уже виденное мной переливчатое сияние портального перехода. Охренеть! Как оказалось, на территории поселения имеется собственный проход на осколок иной реальности. Вот это новость!

Я бодрым шагом направился к вратам в иномирье, но тут же был остановлен грозным окриком непонятно откуда появившегося часового, парнишки лет двадцати двух с автоматом наперевес:

— Стоять! Зона закрыта для посещения посторонними лицами! Так что, вали-ка отсюда, пока представителей службы безопасности не вызвал.

На что я, прикинувшись валенком, выдал экспромтом:

— Не вопрос, служивый. Сюда забрел без задней мысли, отлить хотел. Приспичило, словами не передать как.

— Общественный туалет, причем бесплатный, имеется на рынке, тут недалеко. — Парень укоризненно покачал головой, мол, гадят, где попало, а законопослушные граждане потом из-за этого страдают. — Если что, спросишь.

Пришлось покинуть столь заинтересовавшее меня место. Неужто поверили? А зря. Не тот человек Илем Этанарский, чтобы пасовать перед всякими незначительными трудностями.

Воспользовавшись микропорталом, я переместился на крышу здания, прилегающего к заинтересовавшему меня столь тщательно охраняемому объекту, и оттуда стал наблюдать за тем, что происходит внизу.

От нечего делать извлек смартфон, который теперь больше походил на солидный такой кирпич с торчащим из него толстым штырем спутниковой антенны и приступил к увлекательному сёрфингу по Мировой Сети.

Долго заниматься копанием в телефоне у меня не вышло. Минут через пятнадцать к порталу подкатила фура рефрижераторного типа. Не успел водитель распахнуть створки кузова, как из перламутрового полога вышли люди на вид обыкновенные работяги, привычные к тяжелому физическому труду и одетые соответственно. Выстроившись в живую цепь, они начали перетаскивать в кузов фуры появляющиеся из переливчатого зева межпространственного перехода двадцатилитровые пластиковые контейнеры. Я поначалу глазам не поверил, емкости были наполнены картофелем, свежей зеленью, огурцами, спелыми томатами и всякой прочей сельхозпродукцией. Тут же, откуда ни возьмись, нарисовался учетчик с блокнотом в руке и принялся старательно записывать все, что доставили из иномирья работяги.

Определенно, местные используют осколок иной реальности для производства овощей, корнеплодов и прочей продукции земледелия. Вот и выяснилось, откуда в моей яичнице репчатый лук и помидоры. Эвон оно как. Я был готов аплодировать находчивости граждан, но в целях маскировки не стал этого делать.

Тем временем работяги в основном молодые парни и девушки с шуточками и прибаутками заполнили кузов фургона под завязку и начали расходиться по своим делам. Меня же заинтересовала кучка молодых парней возрастом до тридцати.

— Ну что, сябры мои лепшие, — сказал сухощавый брюнет невысокого роста, — а не выпить ли нам по кружечке пивка, в связи, так сказать, с окончанием рабочей смены?

Его предложение поддержало еще пять человек. Народ шумной веселой гурьбой устремился на выход из тупичка, затем парни направились в сторону рынка. Я спустился на землю в обезлюдевшем закоулке тем же манером, каким оказался на крыше и, стараясь не привлекать к себе внимания, потопал вслед за работягами.