Страница 11 из 148
Но не только эта династия шведских викингов обращала свои взоры на Запад. По-видимому, многие шведы отправлялись на свой страх и риск в западные страны, особенно в конце X в.; по преимуществу они поступали на службу к тем вождям, которые в то время занимались главным образом тем, что грабили Англию и облагали ее жителей данью. Это были люди вроде Улава Трюггвасона из Норвегии или Свена Чугушегга (Двадцатибородого) из Дании. Теперь все чаще встречаются камни с рунами, в которых повествуется об участии шведов в походах викингов на Запад. Так, например, в одной руне мы читаем о походе Ульфа из Оркеста в Упланде, который «три раза собирал датские деньги в Англии», находясь на жалованье по очереди у вождей Тосте, Торкеля и Кнута. Может быть, этого Кнута следует отождествить с известным в истории датским королем Кнутом Великим. Имя этого короля приходит на память при чтении и других рунических надписей, найденных в Упланде, вроде следующей: «Стеркер и Юрвард велели воздвигнуть этот камень в честь своего отца Гейре, входившего в общину на западе. Господь да упокоит его душу». В третьей надписи говорится о сёдерманландце, сыновья которого воздвигли камень в память о Гудвире, «бывшем на западе, в Англин, и получившем свою долю добычи». Далее стих гласит, что «он усиленно штурмовал крепости в стране саксов». На востоке Швеции остались многочисленные руны, свидетельствующие об участии шведов в больших набегах датчан на Англию. Но шведы еще и до этого времени бывали на Западе; мы находим их, например, среди первых скандинавов, колонизировавших Исландию, хотя они прибыли туда кружным путем, через Англию.
Вся Северная Европа со всеми граничащими с ней областями на западе и востоке лежала в то время открытой перед шведами, и они хорошо использовали имевшиеся у них возможности. Сбор «датских денег»
[8]
[«Датские деньги» – дань, вносимая английским народом датчанам в качестве откупа от их набегов.]
в Англии был для шведов доходной статьей; до сих пор в Швеции находят большие клады серебряных монет.
За каких-нибудь два века, в то время как шведы в западных походах викингов следовали за датскими королями в Англию, положение в России значительно изменилось. Небольшие колонии варягов растворились среди многочисленного русского населения. Связь между этими шведами и их родиной либо прекратилась, либо изменила свой характер. Обстановка на Востоке также изменилась, а вместе с этим изменились и торговые возможности варягов. Южные страны постепенно вытеснили Россию и Скандинавию как посредников в торговле между Европой и Востоком, и Швеция снова оказалась в тени. Хотя скандинавы продолжали ездить в русскую державу и Константинополь, но теперь они служили там в качестве «варягов», личных телохранителей византийских императоров; в XI в. один шведский варяг вырезал знаменитую руническую надпись на мраморном льве в Пирее у Афин. В самой России, в Киеве и в других местностях варяги к тому времени были уже поглощены славянами. Процесс их ассимиляции в России остается для историка еще мало известным.
Впрочем, шведам удалось еще один раз в XI в. (около 1040 г.) предпринять большой поход на территорию России, «в великий Свитиод». Путешественник Ингвар со многими людьми, набранными им в различных областях Швеции, отправился на восток. Многие участники похода остались там, о чем свидетельствуют многочисленные надгробные памятники с рунами в Швеции, которые могут рассказать о многом: эти короткие и скупые надписи часто дают очень выразительные картины шведской жизни X и XI вв. На одном из камней в Туринге мы находим описание какой-то знатной семьи из Сёдерманланда. Речь идет о нескольких братьях, из которых один, Торстен, погиб в России.
Братья были
лучшими людьми
дома, на земле
и вне дома, в сражениях.
Они содержали своих
хускарлов
[9]
[Хускарлы – бойцы личной дружины знатных шведов.]
хорошо.
Погиб в бою [Торстен]
на востоке в Гардарике
вождь войск,
лучший из соотечественников.
Идеал героя в эпоху викингов, воплощавшего в себе три добродетели: «быть властным землевладельцем, храбрым воином и щедрым хозяином-вождем дружины, связанной с ним союзом непоколебимой верности», ярко выражен в этой короткой надписи.
Жизнь этой эпохи, полная борьбы и приключений, нередко трагических, выступает перед нами в рунической надписи на камне в Эстерйётланде у Хёгбю, которая также может служить в качестве перечня походов героя. Торгерд поставил этот камень в память своего дяди со стороны матери – Ассура, который погиб в далекой Греции.
Пять сыновей родил
Добрый Гулле.
Знаменитый Асмунд
пал при Фюрисе.
Ассур нашел
конец в Греции.
Хальвдан был убит
на островной дороге.
Каре умер дома.
Мертв и Буи.
Другую сторону жизни раскрывает еще одна руническая надпись на камне из Седертелье: «Хольмфаст велел проложить дорогу и построить мост в память о своем отце Гейре, который жил в Несбю. Бог да спасет его душу». Еще одну дорогу Хольмфаст велел проложить в память «своей доброй матери Ингегерд».
На одном из камней руна гласит, что камень этот должен стоять «между деревнями». Деревни, усадьбы знати, дороги, прокладываемые между деревнями, – вот что мы встречаем в Швеции в эпоху викингов. Те экономические возможности, которые Швеция получила в результате своей торговли с Россией, несомненно, способствовали мирному труду. Продолжалась разработка земли, строились новые деревни, формировались общественные и трудовые порядки общины.
О политической обстановке в стране в эту эпоху мы знаем очень мало. Известно, что в начале IX в. в Бирке правил король, но у нас нет сведений о том, как велико было его государство. Зато мы знаем, что народ на «тингах» пользовался большой свободой.