Страница 57 из 68
Елена, 26 лет, обратилась с проблемой бесплодия в течение четырех лет. Никаких гинекологических диагнозов у нее не было, врачи говорили о психологическом факторе. При опросе было выяснено, что в один год она перенесла операцию по удалению аппендицита и его осложнений (разлитой перитонит – когда содержимое кишечника выходит в брюшную полость). Ситуация была такова, что родители в то время были на грани развода, но страх потерять свою дочь их сплотил и они остались вместе. Сейчас Елена вместе с мужем живет у его родителей, где свекровь легко может войти в их комнату и попросить Елену помочь ей, не поинтересовавшись занята та или нет. Также она сказала, что испытывает трудности с дыханием и периодически задыхается. Начали выяснять, в каких моментах жизни ей тяжело дышать, и она вспомнила, что так бывает тогда, когда она долго купается в открытых водоемах.
Жидкость (вода) – это та среда, которой наполнен плодный пузырь, где находится ребенок все девять месяцев. Интересно, что в этой естественной для ребенка среде, водоеме, Елена начинает задыхаться сама, как если бы транслировала страх, что и ее будущий ребенок тоже может задохнуться в околоплодных водах. Корни этого страха идут к первому ее году жизни, когда она сама столкнулась со страхом смерти – разлитым перитонитом, который ее чуть «не затопил».
Таким образом, выстраивается следующая цепочка событий: можно предположить, что виной отсутствия беременности стал страх смерти совсем еще маленького ребенка быть затопленным во время разлитого перитонита, который во взрослой жизни стал проявляться боязнью открытых водоемов и, как следствие, – невозможностью забеременеть (так как жидкость – это та среда, в которой находится ребенок), а также страх матери потерять своего ребенка. К тому же слово «разлитой» говорит об отсутствии, размытии границ, когда содержимое кишечника выходит за его пределы. Сейчас это «отсутствие» границ присутствует в ее отношениях со свекровью, которая спокойно их нарушает, входя в их с мужем комнату.
Во время терапии Елена стала выстраивать эти границы со свекровью, через какое-то время они с мужем переехали в свое жилье; стала дольше и без одышки купаться в открытых водоемах, «чувствовать» жизнь во всех ее проявлениях и впервые за долгие годы почувствовала расслабление всего организма, в том числе и в области малого таза.
Бесплодие в данном случае можно рассмотреть как способ защитить себя и еще не рожденного ребенка от возможности его потерять: «Так боюсь смерти, что лучше не жить самой и не давать жизнь другому».
Столкновение со стыдом. Клинический случай
Дарья, 34 года, обратилась с запросом помочь ей понять, почему не наступает беременность. Последний год она думает об усыновлении ребенка. Из анамнеза: замужем 9 лет. На момент обращения занимает руководящую должность в крупной компании, в работе успешна, движется по карьерной лестнице. В процессе терапии вспомнила эпизод из подросткового возраста, когда после первого поцелуя ее стало тошнить, она прибежала домой, открыла форточку и боялась, что ее вырвет.
На сессии:
П. (психотерапевт): – А что это за тошнота была?
Д.: – Не знаю, просто после первого поцелуя… мы на качелях качались, когда произошел этот первый поцелуй, настоящий. Меня прям сразу начало тошнить, я попрощалась, убежала. Прибежала домой, в свою комнату, закрылась, открыла форточку, и прям меня очень тошнило. Мне было лет 16.
П.: – Ну, тошнит обычно…
Д.: – Мне не понравилось, противное такое ощущение было.
П.: – А тогда вы уже про беременность знали, что она в принципе может наступать?
Д.: – Ну, как это все происходит, да, конечно, знала. У меня с восьми лет пример сестры перед глазами, которая в 16 лет забеременела…
П.: – И вам тогда тоже было 16, когда этот поцелуй произошел?
Д.: – Да, лет 15–16.
П.: – Просто цифра 16 обращает на себя внимание: вам было 16 лет, когда вы впервые поцеловались и вас затошнило, и сестра в 16 лет забеременела. Обычно тошнить начинает тогда, когда женщина беременна, ну, это первая мысль, которая может прийти в голову, почему девушку тошнит. Видимо, очень большой страх из детства, что дети в том числе и от поцелуев появляются, поэтому он и был воспринят как сексуальное действие, после которого сразу затошнило.
Д.: – Точно! Я бы сама никогда до этого не дошла! Да, вы правы, в детстве я так и думала, что дети от поцелуев появляются! Я сейчас вспомнила, у меня такое воспоминание из детства всплыло – когда моя сестра куда-то шла, ей меня всегда давали «в награду». Как-то раз она взяла меня с собой, потому что родители не отпускали без меня, и мы ночевали у ее молодого человека, за которого она потом вышла замуж и от которого забеременела. Это было зимой, и мы пришли, то есть она с ним проводила ночь, меня отдали ей… меня положили в зале, включили телевизор, и они занимались сексом в соседней комнате, причем я это слышала. Но они, естественно, не обращали на меня никакого внимания… Мне тогда было 7–8 лет. Это мне сейчас это воспоминание всплыло. И я за мороженое должна была молчать, где мы были. И за мороженое я подтверждала легенду для родителей, где мы были и что происходило. Вот сейчас что-то прям слезы накатывают.
П.: – Вы сейчас понимаете, что для маленького ребенка это была лишняя информация? Как будто вы оказались вовлечены в какие-то взрослые интриги, где нужно что-то скрывать, где есть что-то запретное? И от которого можно отвлечься только тогда, когда фоном идет телевизор…
Д.: – Да. Мне тогда было очень за это неудобно. И даже сейчас стыдно. Я понимала, что это плохо, что, может, тогда и сформировалась установка, что детей можно рожать только после двадцати… Ничего не понимаю, я вся горю, у меня сейчас лицо пылает. У меня мысли, что сексом заниматься стыдно. Да, и мое тело. Я всегда его стыдилась. Хоть у меня и немного лишних килограммов, но мне почему-то всегда было стыдно раздеваться при включенном свете. Это ужасно.
П.: – По всей видимости, сейчас стыд полностью вами овладел?
Д.: – Да.