Страница 41 из 61
Он стремительно бросился вон из палаты. Душа горела огнём, воздуха не хватало. Он остервенело оторвал верхние пуговицы у рубашки, расстёгивая ворот. Выскочив на улицу, глубоко вздохнул. Хотелось кричать и плакать от отчаяния, как тогда, в далёком детстве.
— Руслан..
Он замер, услышав этот несмелый нежный голос. Затем резко обернулся.
— Что ты здесь делаешь? — резко спросил он, осматривая красивую хрупкую женщину.
— Я несколько дней назад приехала в Россию, звонила и писала тебе. Но ты как всегда не отвечал. Тогда я попросила Богдана, чтобы он сказал, где ты. Сынок..
Руслан отшатнулся, скривив лицо, и женщина стушевалась.
— Что тебе нужно от меня? — его тон ни на мгновение не изменился.
— Я тосковала по тебе, ты так давно не позволял себя увидеть, — горько прошептала она.
— Увидела? Проваливай!
Руслан сознательно был груб с ней. Всегда, после того, как она предала его, предала отца. Выбрала другого мужа, другого сына.
Он всё ещё помнил, как безумно тосковал по ней первые несколько лет после её ухода. Но она дала о себе знать лишь только тогда, когда он уже стал успешен и богат. Тогда он внезапно стал нужен ей.
— Руслан, — сказала она, печально глядя на него, — я всегда пыталась донести до тебя истину, но ты никогда меня не слышал. Твой отец запрещал мне видеться с тобой! А потом появился Богдан и...
— И ты заменила одного сына на другого. Хватит! Прекрати! Я слышал всё это уже десятки раз. И знаешь, что, МАМА.. Не хочу больше этого слышать.
Больше не обращая на неё внимания, он пошёл к своей машине. Сев за руль, он понял, что его трясёт. Не с первого раза попав ключом в замок зажигания, он всё же завёл машину и выехал с парковки больницы.
— Мама..
Окликнул женщину Богдан, который только что вышел на улицу подышать свежим воздухом.
— Ты поговорила с Русланом? — спросил он, подходя к ней.
— Да, сынок, — она постаралась незаметно вытереть слёзы, но безуспешно.
— Ублюдок! Снова довёл тебя до слёз!
— Не говори так! Не смей говорить так о своём старшем брате, сынок, — вспылила та.
— Мам!..
— Ты не знаешь, что он пережил, я так виновата перед ним.
— Мама, это не даёт ему право обижать тебя. Теперь я ещё больше ненавижу его!
— Сынок!
— Он подонок. Довёл свою жену до суицида.
— Поэтому он здесь, да? А ты почему здесь? Богдан?! — женщина тревожно всматривалась в хмурое лицо младшего сына.
— Я люблю её, — сказал он твёрдо, — и скоро заберу её у Руслана, мама.
— Сынок! — воскликнула та, в ужасе прикрывая рот ладонью, — Что ты такое говоришь?! Как такое возможно?
— Она любит меня, а я люблю её. Руслан лишь заставлял её быть рядом с ним.
— Сыночек, — женщина схватила его за руку, — не становись на пути у Руслана! Прошу, не становись его врагом! Он же твой брат!
— Поздно, снаряд уже выпущен, я справлюсь с Русланом, — выдохнул Богдан, — я попрошу тебя только об одном. Сейчас лети к отцу и постарайся успокоить его. Будь рядом с ним.
— Что ты сделал, сынок? Что ты сделал?!
— Я всего лишь боролся за свою любовь. Улетай, мама. И будь рядом с отцом, прошу тебя. И не беспокойся обо мне. Со мной всё будет хорошо.
Богдан уже заказывал такси для матери по телефону. Та же в ужасе смотрела на него.
— Ах, сынок, что же ты делаешь?.. — тихо причитала она.
— Всё будет хорошо, мама, я тебе обещаю! — горячо сказал Богдан, обнимая мать.