Страница 47 из 129
Сильные руки обвились вокруг нее, когда Дуна рухнула на влажную землю. Ее тело вздымалось от безостановочных рыданий — из-за совершенной несправедливости, из-за прекрасного создания, которое заботилось о ней и было вознаграждено такой жалкой судьбой.
Из-за мерзости, уродства и зла этого мира.
Да, Дуна плакала.
Плакала снова и снова. Слезы свободно текли по ее лицу, смывая яркий свет, пока и он не исчез вместе с ее горем.
— Выпусти это, — прошептал ее отец, крепко прижимая ее к себе и опускаясь на колени рядом с ее скорчившимся телом. — Выпусти все это, мое милое дитя. Тебе больше не нужно быть сильной.
— Почему? — спросила Дуна, судорожно глотая воздух, уткнувшись лицом в грудь отца и насквозь промочив его одежду. — Почему
она
? Почему она должна была умереть? Почему нашу деревню нужно было сжечь дотла? Я… я не понимаю.
Бог тяжело вздохнул, его руки сжались вокруг нее, словно боясь, что она сбежит при первой же представившейся возможности, прежде чем он открыл рот и произнес слова, которые откроют ящик Пандоры.
И изменят ход судьбы.
Навсегда.
— Потому что
ты
была в той деревне. И тебе суждено было погибнуть в огне.