Страница 24 из 129
Кулак врезался в челюсть принца, отчего его голова и тело отшатнулись назад, но он быстро пришел в себя и бросился на Киана. Его руки обхватили его за талию, приподняли старшего брата и швырнули на массивный деревянный стол, прижав спиной к поверхности.
Он схватил короля за горло, прижимая его к земле. — Как ты думаешь, что будет с твоей хорошенькой женушкой, когда придут демоны? Ты думаешь, они пощадят ее? Эдан практически выплюнул эти слова, стиснув зубы от разочарования и едва сдерживаемого гнева из-за вопиющего невежества своего брата, не заботясь о том, что он устроил сцену, которая, без сомнения, была слышна по всему дворцу. — Ты не видел ту
тварь
, которая только что напала на меня! Ходячий труп, который не хотел умирать! Он покачал головой, пытаясь успокоиться. — Если вы откажетесь готовить армию, мы можем с таким же успехом прямо сейчас вырыть себе могилы и похоронить себя заживо.
Двойные двери распахнулись, воздух стал гуще, и Эдан краем глаза разглядел знакомые фигуры своих младших брата и сестры, когда они вошли внутрь.
Челюсть Киана сжалась, когда он выдержал взгляд Эдана. — Я не поверю незнакомцам больше, чем своей собственной семье! Как ты смеешь намекать, что наша собственная кровь способна на такие зверства?!
Брови Эдана нахмурились в замешательстве. — Что…
Киан оттолкнул его, маска ярости окрасила его черты, когда он выпрямился, сцепив руки за спиной.
— Стража! крикнул он, и трое воинов ворвались в комнату еще до того, как король произнес хоть слово. Его серые глаза остановились на Эдане, он приказал: — Отведите принца в одиночную камеру, затем верните ключ мне. Никто не должен приближаться к нему. Никто не должен разговаривать с ним, смотреть на него или даже
дышать
в его сторону. Любой, кто ослушается моего прямого приказа, будет заживо повешен на городских стенах и оставлен на растерзание стервятникам.
Эдан выдержал каменно-холодный взгляд своего брата, и его сердце разбилось. Никогда бы и за миллион лет он не заподозрил, что когда-нибудь наступит такой черный и мрачный день, как тот, в который он сейчас жил. Что, в конце концов, их семью разлучит не враг, а они сами.
— Маме было бы стыдно, — сказал он мужчине, которого больше не узнавал, тому, у кого на голове из таких же темных кудрей была тиросская корона, а из спины на него смотрел обсидиановый ужасный волк — истинное свидетельство их трагической судьбы.
Бросив последний долгий взгляд на своего брата, гигант королевской крови прошествовал мимо очень бледной Лейлы и очень ошеломленного Валена, вышел из Боевой комнаты и спустился в подземелья, трое охранников следовали за ним на безопасном расстоянии, пока они спускались в полную темноту.