Страница 30 из 43
НУ ЧТО Ж, РОДНЫЕ МОИ ЧИТАТЕЛИ! КАК ВАМ ПРОДА? КАК ДУМАЕТЕ, ЛЕГКО ЛИ ДАНАЮ БУДЕТ ВЕРНУТЬ ЛИОРУ? И ВЕРНЁТ ЛИ? ПОВЕРИТ ЛИ ОНА В ЕГО ЛЮБОВЬ?
ДАНАЙ
Меня немного отпустило лишь тогда, когда я передал Лиору врачам. Всё это время моё сердце просто выпрыгивало из груди и разрывалось от боли, когда я видел, в каком она состоянии. Едва стоит на ногах, вся трясётся. И это я довёл её до такого состояния!
Позднее я убедился в этом. Её реакция на меня — физическое проявление паники. Когда я был рядом, она впадала в тревожное отчаяние. Дрожь, удушье, сбой ритма сердца, мышечные спазмы, когда она не могла контролировать свои части тела: то немели руки, то отказывали ноги. Психиатр, которого посоветовал пригласить лечащий врач Лиоры, лишь подтвердил это.
Я же с ужасом наблюдал эту реакцию первые несколько раз, не в силах поверить, что именно я тому причина. Но, наблюдая на видео, как она ведёт себя в остальное время, когда меня нет рядом: спокойно и размеренно, я понял, что эта реакция только на меня..
И сходил с ума. От желания видеть Лиору, прикасаться к ней. Но в то же время понимая, что она этого не хочет.
ЛИОРА
— С чем ассоциируется у вас ваш муж?
Врач — психиатр задумчиво смотрел на меня из-под своих огромных круглых очков. Доктор Янкович, пожилой русский еврей, лучший в своей области, как мне сказали. Я уже в шестой раз пришла к нему на приём. И сегодня он впервые заговорил со мной о Данае. Я вздрогнула и увидела, что он заметил эту реакцию.
— Помните, о чём мы говорили в прошлый раз? Если вы не готовы на что-то отвечать, не отвечайте.
Я кивнула.
— Я не знаю.. Я, просто не могу сформулировать..
— Попытайтесь, вдруг получится.
Я задумалась на мгновенье, представляя Даная. И как всегда моё тело начало выдавать неконтролируемую реакцию даже на мысли о нём: дрожь и усиленное сердцебиение. Первые несколько раз я даже не поняла, что именно происходит. А потом до меня дошло, что я даже не могу это контролировать, если он рядом. Особенно тогда, когда просто упала и поняла, что мои ноги не слушаются меня, меня словно парализовало на несколько минут..
Я встряхнулась, пытаясь собраться с мыслями.
— С бездной. С огромной, чёрной, бесконечно страшной бездной, — ответила я, глядя в окно, зная, что доктор наблюдает за мной, — которая поначалу притягивает к себе словно магнит, а потом поглощает тебя. А стоит тебе выбраться, эта бездна всё равно в тебе. Она оставляет свой липкий, удушающий страх..
Я потёрла о джинсы свои взмокшие ладони, чувствуя, что и на лбу и на шее появилась испарина, хотя в кабинете исправно работал кондиционер.
— Вы можете контролировать этот страх?
Я отрицательно покачала головой.
— Вы можете сформулировать, чего именно вы боитесь в отношении мужа. Он применял когда-либо по отношению к вам физическое насилие?
Я опять отрицательно покачала головой. Он никогда не поднимал на меня руку. И свой страх.. Я не могла чётко сформулировать его причину. Ну да, я боялась, что он снова обманет меня и причинит моральную боль. Но, чтобы ТАК бояться?! Кажется, это совсем ненормально..
ДАНАЙ
Острое паническое расстройство. Вот какой диагноз выявил у Лиоры психиатр. И я являюсь главным триггером её панических атак. Поверить сложно, а принять ещё сложнее. Особенно тогда, когда вижу её лишь издалека, опасаясь подойти ближе и навредить.
Она выздоравливала и вновь превращалась в цветущую девушку. Только вот мне приходилось в основном наблюдать за этим по видеозаписям с больничных камер видеонаблюдения.
Дана также успешно проходила реабилитацию и уже могла прямо сидеть в инвалидном кресле. Через пару месяцев она будет ходить, обещали врачи. И это не могло не радовать.
— Я ведь ещё смогу стать знаменитой балериной, — улыбаясь, говорила сестра, — пусть и через несколько лет, но я добьюсь этого!
Я потрепал её по волосам.
— Конечно, всё так и будет, — подбодрил я её, ощущая неприятную горечь в душе.
Лиора.. Она больше никогда не вернёт свой голос. И пусть она согласилась на операцию по восстановлению, таким как прежде, он уже не будет никогда..
ЛИОРА
Дни, проведённые в больнице, тянулись бесконечно долго. Недавно мне сделали несколько операций. Одну косметическую, вторую по восстановлению голоса. Меня предупредили, чтобы я не ждала чуда, таким, как прежде, мой голос уже никогда не будет. Я восстанавливалась, посещала психотерапевта, пила необходимые препараты, в том числе и антидепрессанты.
— Я хочу серьёзно поговорить, — сказал мне вчера Данай при короткой встрече, — дай знать, когда будешь готова. Это очень важно.
Он не подходил ко мне близко, не прикасался, а в последнее время вообще не показывался мне на глаза. И это было прекрасно. Но поговорить, всё выяснить следовало. Я иногда слышала обрывки разговоров, долетающих из соседней палаты. Я знала, что там находится сестра Даная. Иногда, если двери были открыты в обеих палатах, я слышала его голос и замирала: хоть бы он не зашёл ко мне!
Из одного такого услышанного разговора я поняла, что девушку кто-то толкнул под колёса моей машины. И теперь я очень хотела узнать подробности. Поэтому сегодня, собравшись с духом, попросила одну из медсестёр позвать его.
Данай не заставил себя ждать. Он вошёл, а меня снова затрясло, но я сжала зубы. Я не буду на него смотреть.. Только слушать! Я встала с кровати и подошла к окну, рассматривая набережную.
— Ты хотел поговорить, — тихо сказала я, кутаясь в объёмную кофту, словно она могла защитить меня от него, — я готова выслушать..
— Хорошо. Я рад, что ты сама позвала меня. Хочу начать с самого начала. Я не буду себя оправдывать и обелять. Все поступки, которые я совершал, тогда мне казались правильными и справедливыми. И только сейчас я понимаю, как заблуждался..
Он тяжело вздохнул, а я обхватила плечи руками. Дрожь усиливалась от его голоса. Хотя я умом понимала, что сейчас он не причинит мне боли. Тело, казалось, жило отдельной жизнью.
— В последние несколько лет Дана осталась моей единственной семьёй, — продолжил Данай, — у меня не было никого, кроме неё. Я растил её много лет один. Она была для меня всем миром. И в тот ужасный вечер, когда мне позвонили и сказали, что её сбила машина.. Мой мир рухнул. А когда я узнал, что это сделала юная девица под кайфом, моему гневу не было предела. Это я приказал устроить тебе ад в тюрьме..
Я схватилась за шею. Воспоминания о произошедшем так ярко стояли перед глазами, что из них полились слёзы. Какую ужасную, непередаваемо ужасную боль я испытала! Я едва не умерла!