Страница 10 из 40
ГЛАВА 4
НАСТЯ
Я сидела на кровати, обхватив ноги руками и раскачиваясь взад-вперёд. Своеобразный приём самоуспокоения, который я обнаружила в приюте. Все дети там так делали. Не важно, как долго ты был домашним и любимым. Там никто не позаботится о том, чтобы тебя успокоить. И дети, особенно те, кто с младенчества был в приюте, постоянно повторяли одно и то же движение при стрессе. Они раскачивались, успокаивая себя. Однажды и я попробовала. Мне помогло. А потом это просто превратилось в привычку.
Уже почти месяц прошёл с тех пор, как Арслан пришёл в себя. Вчера я узнала от Нели, что скоро его выписывают из госпиталя. Так хотелось вскочить и побежать туда, к нему. Ведь так долго не видела его! Но, я себя сдерживала изо всех сил. Не нужна я ему.. Не обрадуется он моему появлению..
И, всё же, даже осознавая это, тянуло к нему неимоверно. А ещё, какая-то непонятная, только недавно появившаяся тревога, от которой я не могла заснуть в эту ночь..
Так хотелось плюнуть на всё и сиюминутно увидеть Арслана, просто убедиться, что с ним всё хорошо.
Я спрыгнула с кровати и бросилась к шкафу. Замерла, глянув на настенные часы. Три ночи. Пропустят ли меня? Будь что будет! Я поеду!
АРСЛАН
Весь этот месяц в госпитале меня мучали кошмары. Вернее, кошмар. Один и тот же. Почему он появился только сейчас? Мне снился бой. Нет, не просто бой. Настоящее месиво. И вдруг, прямо посреди поля появляется Неля. Она стоит, испуганная и потерянная и зовёт меня. Я бегу к ней сквозь град из свистящих пуль и рвущихся снарядов, преодолеваю десятки врагов и всё никак не могу добежать до неё. Потому что со стороны вдруг отделяется тёмная тень и со всего размаху бьёт меня под дых, так сильно, что я, оглушённый, судорожно хватающий ртом воздух, падаю на землю. И вижу, как эта тень приближается к Неле. Пытаюсь встать, но не могу. Я словно парализован. А тень в этот момент сливается с Нелей и поглощает её. Я кричу, что есть сил, но мой крик тонет в крике Нели..
На этом моменте я постоянно просыпался весь в поту.
Но, в эту ночь сон был другой. Всё то же поле боя, только в этот раз там стояла не Неля, а.. Настя?.. И почему-то я почувствовал страх. Сильнее, чем обычно. Чёрт побери! Что ты там делаешь? И я снова бегу. И снова вижу тень, которая оглушает меня, и не могу пошевелиться. Только с ужасом смотрю, как тень приближается к Насте. Но, она не поглощает Настю, потому что та сражается с ней. А моё сознание начинает меркнуть. И вот, я уже почти на самом краю, готов отключиться, как Настя оказывается рядом, хватает меня за руку и начинает что-то кричать.
— Проснись! Просыпайся! Да проснись же ты! Ты нужен мне!..
И я вдруг ощущаю себя в вязкой густой пустоте, ощущаю адское жжение в груди. И всё, что удерживает меня от того, чтобы не провалиться в эту пустоту — это голос Насти.
— Давай, прямо в сердце!
Помимо Настиного голоса я услышал ещё один и судорожно вздохнул, почувствовав острую боль за грудиной.
— Всё, дышит, нормально..
Снова услышал я незнакомый голос.
— Чёртово заколдованное время это четыре утра! А с вами, барышня, у нас будет отдельный разговор о том, как вы сюда проникли. Хоть и слава Богу, что тут оказались. Жизнь ему спасли. Чёрти что творится в отделении! Уволить бы вас всех к чёртовой матери! Спите на посту!..
Всё продолжал ворчать голос, а я открыл глаза, окончательно придя в себя. Возле кровати, на которой я лежал, стоял врач и суетилась медсестра, ставя мне капельницу. А немного поодаль, зажав рот ладошкой, стояла Настя.
— Ну, что молодой человек, считай, что заново родились сегодня, — сказал врач, наклоняясь и осматривая меня, — придётся вам ещё у нас подзадержаться. Внезапная остановка сердца — не шутка! Как хорошо, что ваша отчаянная девушка оказалась рядом.. Так, Вера, готовьте пациента. Переведём его снова в реанимацию.
Я лежал ошарашенный и оглушённый. И всё смотрел на Настю..
НАСТЯ
Я стояла, смотрела на Арслана и меня трясло. Вызвав в три ночи такси, я поехала в госпиталь. Перед главным входом застыла в нерешительности. Естественно, тот был закрыт. Тогда я обошла здание, вспомнив, что есть несколько запасных. Но, и они все были закрыты. Неясная тревога и паника всё больше усиливались. Стало необъяснимо страшно. Я уже собиралась развернуться. Какая я глупая! Зачем приехала сюда среди ночи! Как вдруг заметила, что окно, ведущее в слабо освещённый коридор, приоткрыто. Не долго думая, я подтянула своё тело на руках и влезла в окно. Так. Я знала, что из реанимации Арслана перевели в терапию. От Нели знала, что Эмир оплатил ему лучшую одноместную палату на втором этаже. Поэтому я тихо прошла по коридору, увидев, как на посту, прямо на столе, спит пожилая медсестра.
Так же тихо поднялась на второй этаж. Здесь вообще на посту никого не было, только горела настольная лампа. Я подошла к столу и увидела раскрытую тетрадь. Там было записано, в какой палате какой пациент. Так. Джураев, 8 палата. Я, оглядываясь по сторонам, пошла по коридору. Наконец, заветная дверь, у которой я застыла. Чувствовала себя крайне глупо и неловко. Кто вламывается к мужчине, который не очень то и видеть тебя желает, среди ночи? Я..
Так, я только взгляну на него разок, пробормотала я про себя. Проверю, всё ли хорошо, и уйду. И больше не буду чувствовать себя больной на голову фанаткой, преследующей своего кумира.
Я тихонько открыла дверь и выдохнула. Всё в порядке. Арслан просто спал на спине. Я видела его чёткий профиль, бледное лицо, которое прямо выделялось в лунном свете, который проникал в большое окно. Я уже собиралась развернуться, когда в мозгу что-то щёлкнуло. Он не дышит! Я в два прыжка оказалась рядом с ним. Он не дышал! Лежал абсолютно неподвижно! Сначала я тихонько тряхнула его за плечо, никакой реакции. Тряхнула сильнее. Ничего. Приложила ухо к груди. Сердце не билось! И я закричала. Не помню точно, что именно я ему говорила, но я трясла его, я хотела, чтобы он проснулся.
Через пару мгновений на мой крик прибежала заспанная медсестра. Она тут же по мобильной связи вызвала доктора. Тот быстро оказался в палате. Вдвоём они начали делать Арслану массаж сердца. Затем врач отправил медсестру за каким-то препаратом, она быстро убежала и так же быстро прибежала.