Страница 398 из 2588
В саду было тихо, лёгкий ветер слегка раскачивал развешенные на кованых опорах разноцветные фонарики. Марк какое-то время постоял, любуясь равниной, окутанной сумерками ранней ночи, а потом пошёл по дорожке туда, где звенели струи воды. По дороге он сорвал с куста большую розу и поднёс её к лицу, ощутив сладкий прохладный аромат. Вскоре он вышел к фонтану. В центре широкой чаши стояла белая статуя — фигурка хрупкой девушки с цветочной гирляндой в руках.
— Теодор! — услышал он позади девичий голос и улыбнулся.
— Снова нет, прекрасная Орианна, — ответил он, обернувшись.
На сей раз, она была одета в красивое платье из тяжёлого бархата, а её волосы уложены вокруг изящной диадемы.
— Опять ошиблась! — рассмеялась она. — Вы действительно так похожи на него.
— Меня впервые так настойчиво с кем-то путают.
— Я обидела вас? — забеспокоилась девушка.
— Вовсе нет. На вас просто невозможно сердиться, но, не исключено, что я испытываю ревность.
— Вы шутите?
— И не думаю. Разве вам не говорили, что вы очень красивы? Вашу прелесть можно сравнить с этой розой, она свежа и невинна.
Он протянул ей цветок. Она взяла его и, слегка смущаясь, поднесла к лицу.
— Вы умеете говорить комплименты, ваша светлость.
— Глядя на вас, прекрасная Орианна, это не сложно. Достаточно просто открыть рот и они польются рекой. В этом великолепном замке, вы как сказочная принцесса, ожидающая своего принца… — он заметил за её спиной какое-то движение и из-за кустов появился высокий черноволосый мужчина, гневно смотревший на него. — А вот и ваш дракон, — вполголоса заметил Марк.
— Что ты здесь делаешь, Орианна? — воскликнул мужчина, подходя к ним.
Он был молод и хорош собой, его чёрные глаза метали молнии, а резкие черты лица выдавали суровый нрав.
— Я всего лишь беседую с господином бароном, — улыбнулась она. — Ты слышал, Теодор, сегодня он совершил подвиг, о котором говорят во всех лавках и трактирах!
— Мне нравится заниматься этим по утрам, — усмехнулся Марк.
— Я даже видел, как он в одиночку остановил целую телегу с яблоками, — ядовито заметил тот.
— На яблоках я только тренируюсь, перед тем как взяться за огненные колесницы.
— Вы хвастун! — выпалил Теодор.
Марк рассмеялся, чем явно обескуражил его.
— Вы путаете шутку с хвастовством. Это лишь говорит о том, что шуток вы явно не понимаете.
— Я!.. — вспыхнул тот.
— Теодор! — крикнула Орианна, схватив его за руку. — Прекрати немедленно! Господин барон — посланник короля и гость в этом доме! Ты хочешь, чтоб дядя узнал о том, что ты провоцируешь его на поединок?
— Было бы интересно, — усмехнулся Марк.
— Нет! — она посмотрела на него. — Теодор не может с вами драться.
— Почему? Он не рыцарь?
— Рыцарь, но… — она несколько смущённо взглянула на кузена.
— Неважно, — произнёс тот и уже спокойнее, но, всё ещё глядя на Марка горящим взглядом, произнёс: — Я приношу извинения, если задел вас…
— Не задели, — покачал головой барон и присел на край фонтана.
— Вы не дали мне договорить, сударь, — ледяным тоном произнёс Теодор. — Вы гость моего благодетеля, и я вынужден быть вежливым. Но я прошу вас впредь быть осторожнее и уважать этот дом и его хозяев.
— О чём вы?
— Перестаньте морочить голову моей сестре! — рявкнул Теодор, снова вспыхнув. — Мне известно, что вы женаты, и при этом не пропускаете…
Он снова смолк и с трудом перевёл дыхание.
— Продолжайте, — улыбнулся Марк.
— Есть девушки, которые не для вас, — наконец произнёс тот, взглянув ему в глаза.
— Ты ведёшь себя глупо! — рассердилась Орианна. — Что плохого в учтивом разговоре? Или истинный рыцарь не должен быть любезным с дамой? Или он должен, подобно тебе, стоять как столб, набрав в рот воды?
— Что здесь за шум? — раздался рядом ещё один голос и возле фонтана появился виконт де Шательро. — Теодор, ты что, ссоришься с нашим гостем?
— Нет, ваша милость, — с ледяной яростью процедил тот. — Но вам стоит лучше заботиться о своей невесте, пока её не увёл кто-нибудь другой!
И развернувшись, Теодор скрылся в темноте.
— Мужлан! — бросил ему вслед Гастон. — О чём он, дорогая?
— Ни о чём, — девушка была явно расстроена.
Виконт вопросительно взглянул на Марка.
— Горячая кровь, — небрежно пожал плечами барон и опустил руку в ледяную воду фонтана.
— Не стоит обращать на него внимания, — улыбнулся Шательро. — Он часто забывается, явно злоупотребляя покровительством маркиза. Какая чудная роза, Орианна! Её тебе подарил господин барон? Ты ведь не срываешь розы, чтоб не поранить пальчики шипами. Это так любезно с вашей стороны, ваша светлость. Кстати, я искал вас, хотел пригласить сегодня к себе на ужин. Здесь не столица и тёмными вечерами бывает довольно скучно. Может, и Орианна присоединится к нам.
— Я почитаю и раньше лягу спать, — ответила она и, улыбнувшись Марку, мрачно взглянула на жениха, после чего удалилась.
— Обижается на меня за Теодора, но этот мальчишка бывает несносным. Внук угольщика, а ведёт себя как дворянин!
— Он выглядит как благородный человек, — заметил Марк.
— Всего лишь малая толика благородной крови! — пояснил виконт. — Он бастард Аделарда, старшего сына маркиза де Лианкура. Его мать была дочерью угольщика, потому его и прозвали Шарбо, к тому же он сам чёрен, как уголь.
— Значит, он внук маркиза, — Марк задумчиво посмотрел в ту сторону, куда ушёл Теодор.
— Можно и так сказать, но, по сути, он здесь — слуга, и маркиз относится к нему именно так. Хотя, нужно отдать ему должное, он предан его сиятельству, как пёс. Он вырос в этом доме, потому и ведёт себя порой слишком вольно.
— Я думал, что он рыцарь.
— Так и есть, маркиз де Лианкур не мог позволить, чтоб его кровь текла в жилах совсем уж презренного существа, потому произвёл мальчишку в рыцари, но, если честно, к нему относятся как к слуге. Не думаю, что кто-то из благородных людей пригласил бы его за свой стол или опустился бы до того, чтоб скрестить с ним мечи. Так вы придёте?
— Что? — Марк, наконец, отвлёкся от своих раздумий. — Ах, ужин… Если тут действительно нечем заняться, и вы меня приглашаете, то да, я приду.
— Я пошлю за вами после первой стражи. Будет ещё несколько молодых людей нашего круга из города, так что, я полагаю, будет весело.