В апрельский день

Глава 4

Он растолстел за последний год. Прибавил целых тридцать килограммов. Доктора и диетологи безуспешно бились над проблемой, но решить ее так и не смогли.

— Гормоны ни при чем, - мрачно глядя на его пузо, изрек сегодня его доктор. - Это генетическое. Почему вы не сказали мне, что ваша мать и все по ее линии страдали ожирением?

— Ты не спрашивал, док. Пока я сам не предположил, - попытался оправдаться Женя. - Ты лечил меня. Безуспешно лечил. Я всадил в твои курсы целое состояние. И что? Только жирею.

— Если бы вы сразу сказали мне, что ваша полнота - это наследственность, то..

— То что?

Женя смотрел на него исподлобья, не решаясь надавать по холеной роже. Но хотелось страшно.

— Думаю, нам надо пересмотреть подход к лечению.. - принялся лопотать доктор.

— А я думаю, что ты больше ни рубля не получишь из моего кошелька. Бездарь!

Женя с трудом выбрался из изящного тесного креслица. Надо полагать, оно стимулировало в пациентах желание похудеть. Чтобы не сломать его своим лишним весом, пациенту не следовало быть жирным.

Он вышел в коридор. У двери маялась молодая дамочка с такой необъятной талией, что Женя ее искренне пожалел. Он был худее.

— Не ходите к нему, девушка, - сделал он комплимент ее возрасту.

Она и в самом деле была молодой. И симпатичной. И волосы у нее белее льна. Красиво..

— Результата никакого. Только расходы.

— Считаете? - спросила она трагическим шепотом.

— Уверен, - ответил Женя.

Тяжело переступая толстыми, как столбы, ногами, он пошел к выходу из модной клиники.

На улице было прохладно и сыро из-за ветра и недавно закончившегося ливня. Подняв воротник свитера и пожалев, что пренебрег курткой, Женя медленно двинулся к стоянке.

У машины он неожиданно обнаружил Колю Новикова. Тот нервно теребил носовой платок, без конца вытирая им лицо. Мокрое от дождя или от слез?

Подумав так, Женя усмехнулся. С чего бы это Коле плакать? У него все в полном порядке. Спортивно-оздоровительный комплекс недавно открыл. Хотя то, что Коля в пасмурную погоду прикрывал глаза солнцезащитными очками, могло свидетельствовать о том..

Ой, да плевать! И на Колю, и на всех остальных. У него вот лечение закончилось полным фиаско. И надежды на то, что он сможет похудеть, никакой. Док в одном был прав: шансов снова стать стройным у него почти нет. Вся его родня по материнской линии страдала ожирением.

— Здорово, Коля, - поприветствовал он друга, подойдя. - Ты чего здесь? Заболел?

— Нет. Я к тебе.

Новиков нервным движением сунул носовой платок в карман теплого твидового пиджака. Снял очки, и под ними обнаружились два приличных синяка. Не свежих, нет. Неделя им как минимум.

— Ого! Кто это тебя так, Коля?

Женя спросил и пожалел. Мысли помчались вразнос. Чего Новиков к нему явился? За помощью? Хочет, чтобы Женя все разрулил? Как раньше?

Нет уж, друг дорогой. Прошли те времена,

когда Жека за всех впрягался. У него самого сейчас столько проблем со здоровьем, что не до друзей.

— А ты ничего не слышал? - округлил Коля подбитые глаза.

— А что я должен был слышать?

Женя завел машину с пульта. Он мерз и хотел поскорее сеть в салон автомобиля на теплое сиденье.

— В нас с Севой стреляли! - со странным всхлипываньем проговорил Новиков.

— Когда и где? - заинтересованно осмотрел друга Женя. - Ты вроде жив и здоров. А с Севой что? Жив?

— В нас стреляли из оружия для пейнтбола, Жека, - пояснил Новиков.

Причем прозвучало это довольно слезливо.

— А ты не рад, что ли? Что не из боевого в вас шмальнули?

Женя посмотрел на брелок. Температура в салоне автомобиля поднялась до двадцати градусов. Все, мерзнуть не обязан. Повернувшись к другу спиной, он открыл автомобильную дверь, но она тут же с громким едком захлопнулась. Новиков по ней ударил ногой.

— Ты не понимаешь, что ли, Жека?!

— А что я должен понять? Что ты мою машину пинаешь?

— Ты следующий! Ты следующий, Жека! У тебя какое мероприятие на днях намечено? Открытие чего? Погоди, дай вспомнить.. - Коля обхватил пальцами подбородок, закатил глаза. - Открытие центра нутрициологии? Я ничего не путаю?

— Допустим, и что?

— А то! Я открывал свой спортивно-оздоровительный центр - получил пулю в и две в грудь. Шишку лечил в больничке. Синяки до сих пор не прошли. Дорогой костюм на помойку выбросил. Но я еще легко отделался, хотя пресса полоскала мое имя недели. Все это даже пошло мне на пользу. Хайпанул неплохо. Клиент идет. На полгода вперед запись, - строчил, как из пулемета, Новиков, хвастаясь. - А вот Сева..

— А что Сева?

Новикову все же удалось завладеть его вниманием. Женя оставил попытку сесть в машину. Открыл багажник, нашел там куртку для рыбалки. Оделся, застегнув высокий воротник до самого рта. Сразу стало комфортнее.

— Сева лишился глаза, - с благоговейным придыханием проговорил Коля. - Во время выстрела он вскинул голову, чтобы посмотреть на свою девушку, и стрелок промахнулся. Думаю, Севе он тоже метил в лоб.

Вскинул голову, чтобы посмотреть на девушку? Интересно, интересно..

— Она выше его, что ли? - уточнил Женя со смешком. - Коротышке Севке не дают покоя длинноногие красавицы?

— Ну какое это имеет значение, Жека! - возмутился Новиков. - Он лишился глаза! И доктора говорят: счастье, что мозг не задет.

— Может, потому, что мозга в Севкиной башке не было и нет? - хмуро отреагировал Женя.

— Это ты сейчас к чему? - всплеснул руками Новиков.

— Это я к тому, что понимаю, чего ты ко мне приехал, Коля. Догадываюсь, к чему ты клонишь. И кого подозреваешь, тоже угадываю, - возмущенно отреагировал Женя. - Ведь именно Сева напоил Серегу и выкрал у него идеи. И это было не на уровне простой болтовни, если ты не забыл. Уже готовые бизнес-планы и на бумаге, и на электронных носителях. А Сева все выкрал, напоив Серегу. И с тобой поделился. А я отказался. Помнишь?

— Помню.

— Идея с моим центром нутрициологии, который я открываю через два дня, не была украдена у друга, с которым мы рубились в пейнтбол. Это только моя идея, так что мне бояться нечего. Все, будь здоров, Коля..

Новиков хотел еще что-то сказать, но Женя не стал его слушать. Сел в машину и медленно поехал подальше и от больницы, и от Новикова.

Он не желал влезать в эту историю. Вообще никак: ни действием, ни словом, ни сочувствием. То, что сотворили эти двое, даже подлостью назвать сложно. Это самое настоящее преступление! И перед законом, и перед совестью.