Страница 412 из 479
Глава двести вторая. Ни секунды риска
Ариана
Мы вернулись в королевские покои, где было неожиданно пронизывающе до костей холодно. Я ощутила сквозняк, которого не было раньше, и вздрогнула. Ночная рубашка Короля совсем не грела и даже не прикрывала коленей.
Он заметил мою дрожь. Глаза скользнули по моим обнаженным ногам, но он ничего не сказал.
— Ты открывала двери на парапет? — спросил Король, мгновенно нахмурившись, едва мы успели сделать несколько шагов по ковру.
Он остановился, и посмотрел в сторону огромного окна.
— Оттуда можно пройти до соседней башни…
— Нет, — я растерянно качнула головой, чувствуя, как снова начинает разрастаться страх.
Я пыталась вспомнить все мелочи, что было, когда я проснулась в темноте и увидела… Я провела рукой по лбу.
— Я точно не открывала эту дверь, я спала. Помню, что проснулась и посмотрела вокруг. Тогда все было закрыто.
О Великие Боги!.. Я ощутила, что кровь отхлынула от моего лица. Руки стали ледяными. Раскрыв рот от внезапного озарения, я посмотрела на Короля.
— Что с тобой? Говори! — отрывисто потребовал он, делая шаг ко мне. Его рука схватила меня за плечо. Не больно, но крепко, словно он боялся, что я упаду.
— Когда я… проснулась, здесь совершенно точно кто-то находился, — прошептала я, чувствуя спазмы в желудке. Мой голос дрожал, срывался на фальцет. — Прямо вон там… — я показала пальцем, —кто-то стоял. Я видела отчетливо — женская фигура, длинные волосы, темная одежда. Но тогда я решила, что это сон… кто-то наслал на меня кошмар, я же в другом мире.
— Что?! — лицо Короля исказилось, глаза расширились, и я впервые увидела в них настоящий страх.
Не за себя. За меня.
Король стремительно метнулся к выходу на парапет. Я даже не заметила, как он оказался там: одно мгновение он стоял рядом со мной, а в следующее уже распахивал двери.
Он высунулся наружу, пристально вглядываясь в дышащую ночной прохладой тьму заднего двора. Его профиль на фоне черного неба казался вырезанной из нефрита камеей. Ноздри раздувались: Король принюхивался, как зверь.
Он резко вернулся назад, с грохотом запер дверь — металл лязгнул, эхо разнеслось по комнате — и быстрым пассом запечатал ее защитными чарами. Его пальцы описали в воздухе сложный узор, и на мгновение дверь вспыхнула тусклым белым светом.
— Ты уверена, что видела? — спросил он, оборачиваясь ко мне.— Кто именно проник сюда? Ты видела лицо?
— Мне показалось, что это была женщина… — я сглотнула, в горле пересохло. — Черный силуэт в сумерках. Было слишком темно, и я только что проснулась от непонятной тревоги. Я не разглядела лица. Она стояла очень тихо. Не двигалась. Просто смотрела.
— Немедленно одевайся! — яростно рявкнул Король. Его глаза метали молнии. — Живо!
Теперь я видела перед собой истинного правителя сидов. У меня подломились колени.
— Но вся моя одежда и вещи остались на верхнем этаже,— жалобно и растерянно сообщила я, прижимая к груди ткань ночной рубашки, которая теперь казалась единственной защитой. Я стояла босиком на холодном полу, чувствуя себя маленькой и беспомощной.
Король стремительно выдвинул ящик резного комода из мореного дуба и не глядя выхватил плотные подбитые мягким мехом тренировочные штаны, которые оруженосцы надевали для тренировочных боев. Темно-синяя шерсть, мягкая теплая подкладка.
— Вот, натягивай это. — Король бросил их мне, и я едва поймала комок ткани. Они были мне безобразно велики и буквально сваливались с бедер, но спорить с разгневанным Королем казалось бессмысленно. Я подвязала их поясом, который пришлось затянуть до предела.
В то же мгновение пальцы Короля сжали небольшой Вещий Камень, висевший на кожаном шнурке у пояса. Он дважды провел ногтем, вычерчивая фэду огама — кристалл вспыхнул алым, и я услышала, как в нем зазвучал голос Тэлора.
— Эта безумная тварь все-таки пробралась внутрь замка, клянусь всеми Богами, — яростно прошипел Король в мерцающую глубину артефакта. Его лицо исказила жесткая гримаса. — Она была в спальне. Стояла над Арианой.
Из Камня что-то ответили. Я не разобрала слов, только тревожный резкий тон.
Через пару мгновений двери спальни распахнулись без стука и предупреждения. Внутрь покоев Короля, обнажив зачарованные клинки, ворвались Тэлор и один из гвардейцев ночной стражи. Лезвия светились синим.
Король предельно кратко и сухо отчеканил им суть произошедшего. Он стоял, скрестив руки на груди, демонстрируя крайнее напряжение.
— Как давно это случилось? — деловым тоном осведомился Тэлор. Глядя на его безупречно собранное лицо, я невольно поймала себя на абсурдной мысли: спит ли он хоть когда-нибудь? Под его глазами не было теней, руки не дрожали.
— Пожалуй, не более получаса назад… — едва различимым шепотом пробормотала я, почему-то чувствуя себя виноватой. Я опустила глаза, не в силах выдержать взгляды.
— Морвид знает каждый тайный проход этого замка— заорал Король, — Она же прожила здесь несколько лет! Найдите ее, чего бы ни стало. — Он перевел дыхание. — Я немедленно увожу Ариану в безопасное место. Когда вернется Голайсид?
— Завтра на закате, Ваше Величество,— Тэлор почтительно склонил голову.
— Передай ей, чтобы не входила в мои покои, пока не станет безопасно, — Король повысил голос. — Тебе ясно?
— Да, мой государь. — Тэлор выпрямился. — Вы направитесь в замок лорда Брендона?
— Я не хочу навлекать проблемы на голову Канцлера,— Король качнул головой, — Найди, где я могу остановиться в мире смертных. Чтобы никто, кроме тебя, не знал. Хороший постоялый двор для аристократии.
— Будет исполнено. — Тэлор коротко кивнул. — Я сообщу, когда все будет готово.
Я перевела растерянный взгляд с одного фейри на другого, чувствуя, как испуганное подсознание отчаянно пытается сопротивляться удушающей панике. Мои руки непроизвольно сжались в кулаки.
— Неужели ты не преувеличиваешь масштаб угрозы? — тихо спросила я Короля.
Он стремительно обернулся ко мне, и его серебристые глаза сердито сверкнули в сумерках.
— У нее в руках может быть железный кинжал или отравленные рябиной стрелы, Ариана! — почти прорычал он. — Это будет опасно для меня, а тебя убьет. Ты хоть представляешь, что значит для Морвид возможность отомстить?
— Но ведь она… стояла в комнате пока я спала, — возразила я, стараясь говорить спокойно,— И могла без труда перерезать мне горло или пронзить сердце, если бы действительно желала моей смерти. Она не сделала этого. Почему?