Страница 402 из 479
Глава сто девяносто седьмая. Письмо
Ариана
— Серебряные шарики? — я почувствовала, как к щекам прилил жар. — Я спрятала их в сумке.
— Я намерен забрать их обратно. Это слишком мощные артефакты, чтобы оставлять их в твоих неосторожных руках.
— Неужели ты так сильно беспокоишься, что я буду заниматься таким с кем-то еще? — дерзко вырвалось у меня.
Король сердито сверкнул глазами.
— Искренне надеюсь, что подобного никогда не случится, — заявил он с пугающим холодком в голосе. — Нет, Ариана. Я хочу безраздельно управлять твоей страстью.
Ну и ну! Ничего себе королевские притязания!
— Ты… совсем мне не доверяешь? — шепотом спросила я, замирая.
— Доверяю. Безгранично. Итак, могу ли я получить свои артефакты назад?
— Я рассмотрю твою просьбу, милорд, — уклонилась я от прямого ответа.
Король лишь опасно прищурил глаза, обещая мне скорую и сладкую расплату.
Тем временем со стороны ясеневого помоста снова донеслась музыка, но теперь это были уже не благородные лютни. Советник Карадог, сменив менестрелей, развлекал оставшихся гостей заставляющими дрожать землю заморскими ритмами, в которых слышался грохочущий бой барабанов. Настоящее безумие для ушей.
— Хочешь вернуться в круг и потанцевать? — Король выжидающе склонил голову.
— Я смертельно устала, милорд, — вздохнула я, утыкаясь лбом в его плечо. — Если позволишь, я бы вернулась в твои покои.
Король бросил короткий взгляд на Тэлора. Тот едва заметно, кивнул, и мы направились в сторону замка.
За нами, покачиваясь и громко пересмеиваясь, брела пара изрядно подвыпивших фейри. Боги, как же я была рада, что Король поддерживал меня под локоть: мои ноги нестерпимо ныли от боли из-за тесных сапожек на высоких, неудобных каблуках, совершенно не предназначенных для прогулок по колдовским садам.
Но стоило нам ступить под сводчатые арки, как тяжелая дверь за нами захлопнулась.
Мне показалось, что из темноты коридора на нас смотрит пара чьих-то горящих ненавистью глаз.
Из полумрака галереи к нам стремительно выпорхнула юная Келани. От принцессы веяло ароматом цветущего вереска.
— Неужели вы покидаете нас в самый разгар веселья? — воскликнула она с искренним разочарованием, — Волшебство только начинается! Пойдем со мной, Ариана!
Она без церемоний схватила меня за руку.
— Келани, — мягкий голос Короля мгновенно заставил ее замереть. Он осторожно освободил мою руку, — Ариана устала. Мы возвращаемся в мой дворец. К тому же завтра на рассвете нас ждет весьма непростой день.
Да неужели?.. Внутренняя тревога вновь царапнула мне сердце. Что еще за тайны скрывал Король?
Келани недовольно надула губы, однако, не посмела перечить старшему брату. Среди фейри иерархия власти чтилась свято.
— В таком случае ты обязана навестить меня на следующей неделе, — она вновь повернулась ко мне, — Быть может, мы вместе отправимся на чародейский рынок в нижнем городе?
— Разумеется, Келани, — я выдавила из себя слабую улыбку. Мне еще нужно возвращаться на работу в нашу маленькую переписочную мастерскую, иначе у меня вообще не будет денег на жизнь.
Келани невесомо коснулась губами моей щеки, а после с пылким порывом обняла Короля, заставив нас обоих безмолвно замереть. Она положила ладони на его расшитый серебром камзол и тепло произнесла:
— Какое это наслаждение: видеть, что ты счастлив.
Она быстро поцеловала его в щеку и сделала шаг назад.
— Прощайте, голубки, да хранят вас древние Боги!
Келани легко умчалась обратно к своим утонченным подругам, среди которых я заметила леди Лилиану. Оставшись без маски, та выглядела унылой и покинутой.
Я невольно вспомнила лорда Шона… Неужели, принцесса уже успела отвергнуть поклонника?
— Нам нужно попрощаться перед уходом. Пойдем, — Король повел меня через гулкую анфиладу залов, где еще бродили с бокалами вина и закусками приглашенные фейри.
Леди Гленда и лорд Брендон отыскались у высокого стрельчатого окна. Они тепло простились со мной, без обычного пренебрежения фейри к смертной.
— Пожалуйста, возвращайтесь как можно скорее, Ариана. Наши двери всегда открыты для вас, — ласково промолвила леди Гленда, коснувшись моей руки.
Я чувствовала себя обескураженной столь искренним расположением.
Рука об руку мы с Королем вышли к парадным дверям. На мощеном дворе выстроились бесчисленные резные кареты и запряженные повозки.
Я украдкой взглянула на Короля. В бледном свете луны его лицо выглядело умиротворенным. И эта перемена наполняла мою душу тихой радостью.
— Тебе не холодно? — тихо спросил он, заметив, как я поежилась от сырого тумана, ползущего с холмов.
— Нет, все хорошо, благодарю тебя, — я плотнее расправила атласную накидку, защищавшую меня от ночной сырости.
— Я наслаждался этой ночью, Ариана. И все это благодаря тебе.
— Я тоже… хотя, мне не все понравилось, — я припомнила ядовитые речи леди Элейн.
Король ухмыльнулся.
— Не кусай губы! — я вздрогнула от его внезапного рыка.
— Почему ты сказал, что завтра нас ждет трудный день? — поспешно спросила я, желая увести разговор от опасной темы.
— В мой замок приедет лекарка, — спокойно ответил Король, — К тому же я приготовил для тебя один весьма интригующий сюрприз.
— Та, что уже осматривала меня? — я резко остановилась прямо посреди каменных плит, чувствуя, как внутри все сжимается от дурного предчувствия. — Но зачем?
— Затем, моя дорогая Ариана, — Король сделал шаг ко мне, — что нам нужна новая порция травяного лекарства.
Какая ирония… Светлейший Король желает сойтись со смертной, но не готов к тому, что страсть может принести и наследника.
— Это мое тело, — едва слышно пробормотала я, чувствуя, как внутри закипает бессильная досада. — Почему ты решаешь за меня, милорд?
— Оно принадлежит и мне тоже, — выдохнул Король.
Я замерла, не отрывая взгляда от его безупречного, серьезного лица. Мимо нас, словно призрачные тени, скользили утонченные фейри, окутанные шлейфом ароматов ночного жасмина и старого вина, но никто из них не обращал на нас ни малейшего внимания.
Для высокомерных существ смертная была лишь мимолетным капризом их повелителя. Да… мое тело теперь принадлежало ему. И Король знал каждую его уязвимость куда лучше, чем я сама.
Повинуясь дерзкому порыву, я протянула руку к его груди.
Король едва заметно поморщился, однако не отстранился.