Страница 341 из 479
Глава сто шестьдесят шестая. Четыре тысячи марок серебром
Ариана
Король стоял с бесстрастным лицом, не проронив ни слова. Я чувствовала, что словно собственными руками натянула тетиву спрятанного в траве самострела.
Я перешагнула грань.
Оставалось лишь надеяться, что самострел не выпустит стрелу немедленно.
Король задумчиво провел ладонью по гладкому подбородку.
— Ты, Ариана , слишком часто напрашиваешься на серьезные неприятности, — сухо заявил Король. — Тебе бы не легенды записывать, а в битву ходить.
Он повернулся и стремительно вышел в соседнюю комнату. Гулкие шаги отдавались по деревянному полу.
Такой странной реакции я никак не ожидала.
Я -то считала, что сейчас разразится самый настоящий конец света — с небесным громом, ослепительными молниями, всепожирающим огненным дождем и землетрясением.
Я растерянно уставилась на свое бледное, испуганное отражение в мутной глубине бронзового зеркала. Единственным верным решением было стянуть вечно лезущие в глаза волосы в высокий хвост, чтобы они не мешали смотреть по сторонам. Пальцы дрожали.
Меня нестерпимо глодало жгучее любопытство. Чем это там сейчас занимается в одиночестве Король?
Я на цыпочках, стараясь не издать ни единого звука, подкралась к дверному проему и осторожно, едва дыша, заглянула внутрь.
Король стоял у зарешеченного, узкого окна, повернувшись ко мне спиной, держа в руке небольшой Вещий Камень, от которого исходило золотистое свечение.
Король говорил короткими, отрывистыми фразами, не оборачиваясь.
— Да, четыре тысячи полновесных марок чистого серебра. Срочно, сейчас же, — чеканя каждое слово, продиктовал он невидимому собеседнику.
Потом, словно почувствовав мой взгляд, Король с достоинством повернул голову через плечо и посмотрел на меня бесстрастным, ничего не выражающим взглядом.
— Хорошо, договорились. В понедельник? После утреннего базара? Прекрасно, подходит… Нет, этого вполне достаточно на сегодня, больше ничего не нужно.
Золотистый свет Вещего Камня беззвучно погас.
— Деньги поступят на твое имя в Торговой гильдии в утро понедельника, — произнес Король, не глядя на меня, — И запомни, Ариана: мне не нужны от тебя такие… глупые фокусы.
Король буквально клокотал от едва сдерживаемой, слепой, животной злости. Острые скулы ходили ходуном, пальцы сжимались.
Но сейчас мне было глубоко плевать на все это.
— Четыре тысячи серебряных марок! — Я почти кричала, — И откуда, скажи на милость, тебе известен мой счет в Торговой гильдии, милорд?
Моя внезапная ярость, видимо, искренне удивила Короля. Я заметила это как шевельнулись брови, как слегка дрогнули губы.
— Ариана, знаю о тебе абсолютно все, — спокойно заявил Король, глядя мне прямо в глаза. — Каждую медную монетку на твоем счету.
— Мой пони, — возразила я, упрямо скрестив руки на груди и вцепившись ногтями в локти, — никак не мог стоить четырех тысяч серебром! Это же безумие!
— В целом, я с тобой совершенно согласен, — Король с ленивым, снисходительным любопытством разглядывал меня, словно забавную зверюшку, попавшуюся в его сети. — Но у моего сотрудничества с вашими Торговыми Гильдями свои неписаные законы. Цена на любой товар зависит от того, кто ты — жадный покупатель или хитрый продавец. Некий богатый безумец страстно захотел купить твоего неуклюжего, старого пони и был готов раскошелиться на любую сумму. Не веришь мне, спроси у Тэлора, он сам вел торг, был свидетелем и посредником.
Не было сомнений: проклятый фейри издевался надо мной.
Я недоверчиво и зло уставилась на Короля, сжимая кулаки.
Король смотрел в ответ.
Два злых, упрямых, гордых глупца застыли в безмолвной битве, и никто не хотел уступать.
Между нами вспыхнуло древнее, неодолимое притяжение — острое, жгучее, как удар хлыста по голой коже.
Неведомая магия, что с первой минуты знакомства бурлила в наших жилах толкнула нас навстречу друг другу, безжалостно стирая разделявшее нас расстояние.
В следующий миг Король уже неистово сгреб меня в охапку, даже не думая спрашивать позволения. Его горячие губы грубо и сладко впились в мои, не давая вымолвить ни слова.
Одна его рука легла на мою тонкую поясницу, с силой прижимая мои бедра к его. Длинные пальцы другой руки тотчас запутались в моих распущенных, спутанных волосах, резко запрокинув мою голову назад, открывая жадным губам беззащитную шею.
Я в ответ вцепилась в его жемчужную мягкую шевелюру, с силой сжав пряди.
Король терся об меня всем своим напряженным телом, как разгоряченный зверь о ствол дерева. Я слышала его прерывистое дыхание, как у хищника, взявшего долгожданный след.
Я чувствовала кожей, как он возбужден, как горит, как хочет меня, и от этого пьянящего, дурманящего знания у меня безудержно кружилась голова, а кровь в жилах превращалась в расплавленное, кипящее золото.
Я таяла от восторга, от бесконечного, всепоглощающего счастья. Я нужна фейрийскому Королю. Нужна до безумия, до потери контроля.
— Почему… почему, Ариана, ты всегда споришь со мной? — пробормотал Король между поцелуями, не отрывая губ от моих, слегка кусая и оттягивая мою нижнюю губу.
Кровь победоносно, ликующе звенела в моих разгоряченных жилах. Неужели он всегда будет действовать на меня так одним своим присутствием, одним прикосновением, одним взглядом? А я — на него?
— Потому… что могу, — выдохнула я, почти не размыкая губ.
Я задыхалась от этого глубокого, бесконечного поцелуя. Моя грудь пылала, в голове стоял шум и звон.
Я не видела, но кожей чувствовала довольную, хищную улыбку. Губы Короля подрагивали, так и не отрываясь от моих. Наконец он с огромным трудом, нехотя отстранился, не отрывая от меня взгляда.
— Бессмертные Боги, Ариана, как же я хочу тебя сейчас, — прошептал Король, — Я никогда не смогу насытиться тобой, сколько бы у нас ни было времени. Ты умопомрачительная, потрясающая, самая желанная женщина.
— А ты, милорд, сводишь меня с ума, — ответила я проникновенным шепотом, глядя ему прямо в расширенные зрачки. — Во всех мыслимых и немыслимых смыслах.
Король медленно качнул головой, словно нехотя отпуская наваждение, избавляясь от сладкого, вязкого дурмана, затянувшего нас обоих.
— Пойдем, — сказал он, — Давай просто позавтракаем. И я знаю в городе одну отличную цирюльню. Там тебе быстро и умело приведут волосы в полный порядок.
— Хорошо, — согласилась я, с огромным облегчением чувствуя, как напряжение медленно уходит из моих затекших, ноющих плеч, освобождая тело.