Страница 168 из 479
Глава восемьдесят первая. Отныне и впредь
Ариана
Мы сели, и он вручил мне тонкий лист из мягчайшей, белой кожи, края которого отливали серебром. На листе была изображена сцена праздника посвящения в гильдию, и среди пестрой, веселой толпы я с изумлением узнала нас двоих — его, высокого, выделяющегося среди людей неестественной, отстраненной грацией, и меня, смущенно стоящую рядом с развевающимися на ветру волосами. Вот это да! Я на магическом пергаменте фейрийского летописца, в истории, которую будут читать другие. Я перевела взгляд на фэды огама, изящно выведенные ниже:
«Король Благого Двора почтил своим присутствием праздник
в Лесном Поселении в сопровождении спутницы».
Я нервно рассмеялась.
— Значит, теперь я официально твоя спутница. Засвидетельствовано и записано.
— Похоже на то, — кивнул Король, и его взгляд шаловливо заискрился, — Если это запечатлел придворный летописец и скрепил печатью, значит, это непреложная истина. Отныне и впредь.
Король сидел, развернувшись ко мне всем телом, полностью сосредоточившись на мне. Он наклонился, и осторожно убрал непослушную прядь моих волос за ухо. Его прикосновение обожгло кожу, словно лед, и все мое тело замерло, а потом нетерпеливо, отчаянно возжелало продолжения.
— Ариана, — глубоким и серьезным голосом начал он,— С тех пор, как ты была здесь в последний раз, тебе открылось гораздо больше правды о том, кто я, что я представляю собой и... чего ждать от нашего соглашения.
— Да, — почти беззвучно согласилась я, глотая комок в горле. — Это так.
Куда он вел? К чему был этот разговор?
— И ты все равно вернулась, — продолжил Король,— Добровольно. Зная, что тебя ждет.
Я застенчиво, но твердо кивнула, не в силах отвести взгляд от его лица. Его светлые, ледяные глаза вспыхнули холодным, ярким, торжествующим пламенем, в котором смешались одержимость и удовлетворенность. Король слегка покачал головой, будто отгоняя навязчивую, беспокоящую мысль.
— Ты ела сегодня? — неожиданно спросил он, нарушая напряженную паузу.
Вот проклятье!
— Нет, — вынуждена была признаться я. — Не было времени. Волновалась.
— Ты голодна? — заботливо переспросил он.
— Да, — прошептала я, и, поймав его пронзительный взгляд, добавила: — Но это не тот голод, я не хочу сейчас еды.
Его тонкие, красивые ноздри слегка раздулись, улавливая мой страх, мое желание, всю бурю эмоций.
Король наклонился так близко, что его губы почти касались моего уха, и его дыхание, прохладное и ароматное, обожгло кожу, когда он прошептал тихо, только для меня:
— Ты, как всегда, нетерпелива и непосредственна, леди Ариана. Это одновременно и раздражает, и бесконечно притягивает. Открою маленький секрет — я тоже голоден. Голоден по тебе. Но, к сожалению, скоро должна прибыть моя личная целительница.
Он откинулся назад, сел прямо, и его лицо снова стало маской спокойной, вежливой отстраненности.
— Тебе все же следовало поесть, — негромко, с легким укором проворчал он, и это смутило и растрогало меня, — У тебя будет напряженный вечер.
Моя разгоряченная, бушующая кровь мгновенно застыла, обращаясь в лед. Темные фейри, я совсем забыла про целительницу.
— Расскажи мне о ней... — попросила я, чтобы отвлечь и его, и себя от тревожных мыслей, перебирая складки туники на коленях.
— Она — лучшая из травниц среди благих фейри,— сказал Король, делая вид, что это обычное дело. — Что еще можно рассказать? Я доверяю ей.
— Я думала, меня будет осматривать твой личный лекарь, тот, что всегда при тебе, — сказала я, пытаясь шутить, чтобы заглушить панику. — Только не говори, что на самом деле ты сам и есть переодетый целитель, я все равно не поверю.
Король бросил на меня быстрый, острый взгляд, в котором ясно читалось: «Не говори глупостей, не сейчас».
— Я считаю, что будет правильнее и безопаснее, если ты проконсультируешься со сторонним, знатоком, к тому же она имеет опыт исцеления людей, — мягко, но настойчиво, тщательно подбирая слова, сказал он. — Как ты думаешь? Это разумно?
Я кивнула, понимая логику, но от этого не становилось менее страшно. Ничего себе, лучший целительница, и Король договорился, чтобы та осмотрела меня, простую девушку из глуши, в условленный час, да еще так поздно! Даже не представляла, какую баснословную цену или какие услуги пришлось за это заплатить — золотом, магией, политическими одолжениями. Король вдруг нахмурился, как будто вспомнил что-то неприятное, досадное, и отвел взгляд.
— Ариана, моя сестра, принцесса Келани, приглашает тебя сегодня к нашему семейному столу на ужин, — натужно выдал он,— Полагаю, Карадог будет там же с Дилис. Не знаю, как ты к этому отнесешься. Лично мне... честно говоря, странно и непривычно представлять свою Вверенную семье. Это новый опыт.
Странно? Почему? От этих слов в груди защемило.
— Ты... меня стыдишься? — спросила я, и в голосе, против воли, прорывалась плохо скрытая, детская обида. — Я не достаточно хороша для твоего круга?
— Конечно, нет, — мгновенно резко ответил Король, закатив глаза, — Что за глупости? Речь не об этом.
— Почему тогда «странно»? — настаивала я, скрестив руки на груди.
— Я раньше никогда этого не делал, — сказал он просто, глядя куда-то мимо меня. — Никогда никого не представлял сестре, не приводил на пир. Это очень непривычно.
— А почему тебе можно закатывать глаза, когда тебе что-то не нравится, а мне нет? — сменила я тему, не справляясь с нахлынувшими чувствами.
Король растерянно моргнул, будто я задала ему вопрос на древнем, забытом языке.
— Я не заметил, что закатил глаза, — искренне удивился он.
— Я тоже обычно не замечаю, когда делаю это! Но ты же всегда указываешь мне на это! — сердито, с вызовом парировала я.
Король молча, пристально взглянул на меня, но его лицо оставалось непроницаемым. Похоже, я окончательно лишила его дара речи. В этот самый момент в дальнем конце зала бесшумно появился Тэлор.
— Владыка, прибыла целительница. Ее проводят в сапфировые покои, как вы и распорядились, — четко доложил он.
— Прекрасно. Теперь проводи ее в покои леди Арианы. Пусть обустроится и подготовит все необходимое, — отдал приказ Король, не отводя от меня взгляда.
«Покои леди Арианы!» У меня от этих слов, от самого факта, что у меня здесь были свои, постоянные покои, странно, сладко и тревожно сжалось сердце. Чертоги Короля становились и моими?