Страница 115 из 479
Глава пятьдесят пятая. Страх и предвкушение
Ариана
Я коснулась Вещего камня, лежавшего на столике — гладкий, темный сланец, мерцающий тусклым, недобрым светом. Внутри уже плясали, рождаясь из ниоткуда, огненные феды. Скорее всего, они были отправлены глубокой ночью или в предрассветный час. Кровь застучала в ушах настойчивым и тревожным барабанным боем. «Вот и все, — прошипела в голове моя собственная, паническая мысль. Он отказывается. Расторгает. Бросает, как надоевшую игрушку». Я позволила взгляду скользнуть по строкам.
Из чертогов Тир-Нан-Ог в Лесное Поселение в Гвинеде
Ариана, я изучил требования и посчитал нужным обратить твое внимание на значение слова «Вверенная»:
1. Добровольно вручившая свою волю, тело и послушание в руки Повелителя для наставления, защиты и исправления.
2. Та, чья душа согласилась принять испытания, чтобы обрести свободу от собственных сомнений.
Слово известно от времен первых договоров людей и Благого Двора.
Родственные слова: послушная, покорная, принявшая обет.
Враждующие слова: вольная, мятежная, своевольная.
Прошу запомнить это.
Правитель Благого Двора Ллевеллин ап Овейн
Облегчение хлынуло на меня теплой волной, плечи обмякли. Король не отрекся от меня. Он все еще желал встречи. Я невесомо коснулась камня, вкладывая в него ответ, чувствуя, как магическая сила высасывает капельку тепла из кончиков пальцев.
Из Лесного Поселения в Гвинеде в чертоги Тир-Нан-Ог
Милорд, позволь обратить твое внимание на слова: «от времен первых договоров». Со всем почтением напомню — у нас 1012 год. Много воды утекло в реках и много звезд упало с неба с тех пор.
Прошу до нашей встречи поразмыслить над значением слова «Договор».
Договор — соглашение, союз.
1. Взаимное обязательство двух сторон, скрепленное словом, кровью или магией.
2. Путь, где оба идут рядом, не теряя себя.
Ариана.
Из чертогов Тир-Нан-Ог в Лесное Поселение в Гвинеде
Остроумное замечание, Ариана, и, как всегда, уместное. Я заеду за тобой завтра с закатом.
Л. ап О.
Из Лесного Поселения в Гвинеде в чертоги Тир-Нан-Ог
Милорд у меня есть свой пони, и я умею им управлять. Я предпочла бы встретиться с вами на нейтральной земле. Скажем, в «Серебряных покоях»?
А.
Из чертогов Тир-Нан-Ог в Лесное Поселение в Гвинеде
Милая Ариана, отсылаю тебя к моему посланию от вчерашней ночи и определению, которое оно содержит.
Неужели ты никогда не научишься слушаться?
Л. ап О.
Из Лесного Поселения в Гвинеде в чертоги Тир-Нан-Ог
Милорд, я хочу приехать на Реми,
—
передала я, чувствуя, как дрожат пальцы.
—
Прошу
А.
Из чертогов Тир-Нан-Ог в Лесное Поселение в Гвинеде
Хорошо,
—
пришел почти мгновенный ответ, сухой и отрывистый.
В «Серебряных покоях», с закатом.
Буду ждать в главном зале.
Л. ап О.
Даже сквозь безжизненный камень сквозило его раздражение, словно легкий морозец по коже. Неужели Король не понимал, что я могу захотеть стремительно умчаться прочь? Хотя мой упрямый и низкорослый пони был не быстрым средством передвижения. Я послала краткое «Благодарю» и отключила камень, чувствуя, как внутри все мелко дрожит — от страха и предвкушения… Или от этой странной, мучительной надежды, что Король все же слышит не только слова, но и тихий голос за ними.
Дилис, распустив золотистые волосы, помогала мне укладывать немудреный скарб в дорожный сундук, попутно распивая кувшин терпкого сидра. Когда комната опустела, а сундук захлопнулся, я наконец, отправилась на покой, изможденная физическим трудом, но усмирив душевный трепет. Заснула я мгновенно, провалившись в черную, бездонную яму.
На следующий день в травяной лавке меня поджидал Гвилим, племянник Эдриса, в очередной раз вернувшийся из дозора. Он сновал за мной меж полок, заставленных глиняными горшками с сушеным мхом, коралловым корнем и пучками звездчатой руты, приглашая на сельские танцы. Жутко докучал!
— Гвилим, в сотый раз говорю — у меня сегодня встреча, — отрезала я, не оборачиваясь к нему и старательно перебирая связки сушеного тысячелистника.
— Врешь, просто отмахиваешься, — упрямо настаивал он, преграждая мне путь, — Ты меня сторонишься.
Наконец-то до него дошло!
— Я всегда считала, что не стоит путать дела сердечные и дела торговые, — холодно заметила я, глядя прямо на него.
— В пятницу твой последний день, а завтра ты свободна, — не сдавался он, и в его голосе слышалась детская обида.
— Скоро я уже буду в Бангоре, а ты скоро вернешься на побережье. Даже если очень постараться, нельзя стать дальше. И у меня сегодня встреча, — устало повторила я.
— С кем-то из местных? — с наигранной небрежностью спросил Гвилим.
— Нет,— мне показалось, что Гвилим уже планирует драку с моим возможным ухажером.
— Тогда с кем? — его голос стал настойчивее.
Я раздраженно выдохнула. Не отвяжется.
— С Королем Благого Двора, — выпалила я, не в силах сдержать досаду, и тут же пожалела, увидев, как изменилось его лицо.
Сработало! Челюсть Гвилима отвисла, он замер, уставившись на меня, словно я только что прочла заклинание оживления мертвеца. Так-то. Одно лишь имя Короля могло лишить дара речи.
— Ты встречаешься с фейри? — медленно и растерянно произнес Гвилим. В его голосе я услышала недоверие, смешанное с суеверным страхом.
— Да, — тихо подтвердила я, опустив глаза.
— Понятно, — пробормотал он, отступив на шаг, и его плечи сгорбились, словно под невидимой тяжестью.
Выглядел он совершенно удрученным, разбитым, а во мне шевельнулась обида — разве это настолько невероятно? Моя внутренняя богиня, приняв облик язвительной версии меня самой, показала ему крайне непристойный жест, известный еще со времен римских легионеров.
После этого Гвилим оставил меня в покое, и ровно в пятый час я смогла уйти домой.
Дилис одолжила мне две туники — на сегодня и на завтрашний визит в гильдию летописцев. Сама я была равнодушна к нарядам, предпочитая простые льняные сорочки и практичные плащи. «А что же тебе по душе, Ариана?» — вспомнился вдруг тихий, насмешливый голос Короля. Я встряхнула головой и выбрала тунику цвета спелой сливы — для деловых переговоров самую подходящую.