Страница 107 из 479
Глава пятьдесят первая. Пленница желания
Ариана
— А это приятно? — спросил Король, подув на один сосок, и холодный воздух заставил меня вздрогнуть.
Снова постукивание, и я почувствовала, как он обводил кусочком льда правый сосок, одновременно сжимая губами левый, посасывая и покусывая, играя с ними. У меня вырвался громкий, сдавленный стон. Я старалась не шевелиться, закусив губу, но это было невыносимо, хотелось впиться в него, прижать к себе. Какая сладкая, мучительная пытка!
— Если ты прольешь вино, я не разрешу тебе получить удовольствие, — пообещал Король ровным голосом, в котором смешались холодная угроза и горячее обещание, и это сочетание сводило с ума.
— О, пожалуйста... милорд... прошу! — взмолилась я, уже не в силах терпеть, чувствуя, как слезы подступают к глазам от напряжения.
Он сводил меня с ума. Я буквально слышала, как Король улыбается. Лед в пупке таял, холодная вода смешивалась с потом, а я вся горела от каждого его прикосновения, безумно желая почувствовать его внутри себя. Сейчас. Немедленно. Чтобы закончилась эта сладкая агония.
Его прохладные пальцы лениво скользили по ставшей вдруг сверхчувствительной, словно обожженной коже моего живота. Я снова выгнулась, и уже теплая, липкая жидкость вылилась из пупка, потекла по животу тонкой щекочущей струйкой. Движения Короля стали быстрыми и жадными — он начал целовать кожу, нежно кусать и посасывать, оставляя на ней мокрые, горячие метки, которые, я знала, завтра посинеют, напоминая об этом вечере.
— Ай-я-яй, Ариана, ты пошевелилась, — заметил он с фальшивым сожалением, — Что мне с тобой сделать?
Я тяжело дышала, и сейчас для меня существовали только его прикосновения, его властный голос, его запах — кожи, вина и мужского пота. Все остальное растворилось в небытии, потеряло значение. Его пальцы, скользкие от вина, проникли между моих бедер, и меня вознаградил его громкий, глубокий вздох удовлетворения.
— Девочка моя, — прошептал он и протолкнул в меня два длинных пальца, легко и без сопротивления заполняя пустоту.
Я хватала ртом воздух, чувствуя, как моя плоть непроизвольно сжимается вокруг его пальцев, приглашая и умоляя о большем.
— Ты уже готова для меня, так быстро, — произнес Король с одобрительным, чуть удивленным придыханием, невыносимо медленно двигая пальцы внутрь и наружу, а я прижималась к его руке и поднимала бедра, следуя за его ритмом, теряя последний стыд.
— Какая жадная девочка, — строго, но беззлобно заметил Король, обводя большим пальцем мой возбужденный клитор, а потом слегка нажал, и по моему телу пробежала судорога.
Мое тело изогнулось дугой под его искусными, знающими пальцами, я не сдерживала громких, постыдных стонов, которые рвались из горла сами. Король стащил с моей головы сорочку, и я увидела его, щурясь от мягкого, теплого света канделябра на столе, что освещал его лицо золотым ореолом. Меня изводило дикое желание прикоснуться к нему, провести пальцами по его упругой спине, вцепиться в светлые шелковистые волосы…
— Хочу тебя потрогать, — выдохнула я.
— Знаю, — прошептал Король с насмешкой, но и странным сожалением. Он наклонился, чтобы поцеловать меня снова, глубоко и влажно. Его пальцы по-прежнему ритмично двигались внутри, задавая безумный темп, большой палец выписывал круги и нажимал, доводя до исступления.
Его горячий язык повторял движения пальцев, танцуя с моим, и я поддалась, потеряла себя, перестала сопротивляться волне. Мышцы ног напряглись до боли, я прижалась к его руке, но Король вдруг замер, удерживая меня на самой грани, на острие, потом снова подвел к краю и остановился, и еще раз... Как же это мучительно, невыносимо! «Ну пожалуйста, милорд!» — мысленно кричала я, уже не в силах выносить это поддразнивание, чувствуя, как теряю рассудок.
— Это твое наказание, — прошептал он прямо в губы,— Так близко и так далеко. Приятно тебе?
Я поскуливала от изнеможения, тщетно пыталась высвободить связанные руки, выкручивая запястья. Я была совершенно беспомощна, потерялась в этой чувственной, изощренной пытке и уже не понимала, где заканчивается боль и начинается наслаждение. Они сплелись в один тугой, болезненно-сладкий узел.
— Пожалуйста, — взмолилась я, и слезы выступили на глазах, покатившись по вискам.
Король, казалось, сжалился, его дыхание стало чуть чаще.
— Как тебя взять, Ариана? — многообещающе спросил он.
О... меня снова бросило в дрожь. Король вновь остановил движения пальцев, оставив их внутри, и эта неподвижность была хуже любого движения.
— Прошу тебя! — вырвался у меня крик, полный отчаяния и желания.
— Чего ты хочешь, Ариана? — допытывался Король, приближая лицо, и его глаза впились в мои.
— Тебя... сейчас! — Я уже плакала навзрыд, чувствуя, как по щекам, по шее текут горячие, беспомощные слезы.
— Как тебя взять — так, или вот так, или, может, вот так? — спросил он, растягивая слова, — Выбор, моя девочка, бесконечен.
Я чувствовала его дыхание на мокрых, горячих щеках.
— А так приятно узнать меня? — спросил Король, медленно, демонстративно поглаживая себя.
— Это была шутка, — выдавила я сквозь рыдания, уже почти не контролируя себя. «Пожалуйста, милорд, возьми меня, закончи эту пытку, я больше не могу».
Он приподнял брови, но его рука продолжила двигаться.
— Шутка? — В его тихом, ровном голосе вновь прозвучала опасная, режущая угроза.
— Да. Прошу, милорд! — взмолилась я, уже не в силах терпеть, извиваясь всем телом на кровати.
— Тебе сейчас смешно? — осведомился Король с холодным любопытством, и его свободная рука вновь коснулась моего внутреннего бедра, заставив вздрогнуть и застыть.
— Нет! — выкрикнула я, уже не скрывая отчаяния и унижения.
Мое тело превратилось в один напряженный, трясущийся комок невыносимого, неутоленного желания. Король смотрел на меня оценивающим, холодным, изучающим взглядом, а потом внезапно, без предупреждения, резко схватил за плечи и перевернул на живот.
Из-за связанных рук я вынуждена была унизительно опереться на локти, подняв зад. Он грубо толкнул мои колени вперед, я невольно подняла его еще выше, и получила увесистый, звонкий, жгучий шлепок ладонью по самой чувствительной, обнаженной части. В то же мгновение, не дав опомниться, Король стремительно, одним мощным, глубоким толчком вошел в меня.