Милорд. Рабыня Короля фейри

Глава пятидесятая. Наказание за дерзость

Ариана

— Значит, ты решила прогуляться верхом, — тихо и певуче произнес Король бережно убирая мои волосы за ухо, — С чего бы, Ариана?

Он осторожно обвел пальцем мое ухо, потом потянул за мочку. Это было так неожиданно и возбуждающе, что я снова почувствовала глубоко внутри сладкое напряжение.

— Мне нужно было подумать... — сдавленно выдохнула я, чувствуя, что теряю опору.

Я была как мотылек у пламени, птица под взглядом змеи... и Король прекрасно знал, как он на меня действует.

— О чем, Ариана? — бархатно произнес Король, но я ощутила, что он словно тянет меня в омут. Он приблизил лицо так, что я чувствовала его дыхание на своей коже.

— О тебе, — сорвалось с моих губ, прежде чем я успела обдумать ответ.

— О том, как было приятно меня узнать? Или познать в смысле телесного слияния, ты это имела в виду? — уточнил он, приподняв бровь, и в его глазах вспыхнул опасный, игривый огонек.

Губы Короля изогнулись в едва заметной, хищной улыбке, и я не могла отвести глаз от его рта.

— Я решил, что нужно прийти и напомнить, как было приятно меня узнать, — прошептал он, наклоняясь еще ближе. В его тихом и вкрадчивом голосе прозвучала недвусмысленная угроза.

Проклятие! Открыв рот, я смотрела на него, пока его пальцы скользили от моего уха к подбородку, заставляя встретиться взглядами.

— Что ты на это скажешь, Ариана? — Взгляд его серых глаз пылал вызовом, губы слегка разомкнулись — Король ждал, собравшись перед решающим броском, как хищник.

Я почувствовала, как глубоко в животе нарастает желание — острое и горячее, растекающееся по всему телу, парализуя волю. Опередила его и сама бросилась на него, забыв обо всем, о стыде, о страхе, о договоре. Одно неуловимое движение — и я оказалась на кровати под ним, а Король, прижав мои руки над головой одной ладонью, свободной рукой стиснул мое лицо и губами нашел мои губы.

Он требовательно проник языком в мой рот, заставляя отдаться его силе, и я, к своему ужасу, наслаждалась этим, отвечая ему с такой же страстью. Чувствовала его всем телом — жесткого, мускулистого, пахнущего кожей, конским потом и кедром. Он хотел меня, и от этого возникало восхитительное ощущение собственной ценности и власти.

Ему нужна не Дилис в новой нарядной тунике, не одна из бывших фавориток из знатных домов, не та таинственная наставница, о которой он случайно обмолвился, а я. Этот прекрасный, опасный мужчина хотел меня.

Король прервал поцелуй, я открыла глаза и увидела, что он смотрит на меня сверху вниз, и в его неотрывном взгляде читалась дикая жажда.

— Доверяешь мне? — прошептал он, и его дыхание было горячим и влажным на моих губах.

Я кивнула, широко распахнув глаза, не в силах вымолвить ни слова. Сердце едва не выскакивало из груди, кровь бурлила в висках, оглушая собственным гулом.

Король достал из-за пояса штанов серебристо-серую шелковую ленту... ту самую. Движения его были быстры и точны. Король сел на меня верхом, связал мои запястья вместе и закрепил другой конец ленты на перекладине кровати. Я поняла, что никуда не сбегу. Я в буквальном смысле оказалась привязана к постели и возбуждена до предела, до потери рассудка, до полного самоотречения.

Король соскользнул с меня, встал рядом с кроватью и, потемневшими от желания глазами, медленно и оценивающе обвел мое беспомощное тело. В его торжествующем взгляде сквозило удовлетворение, словно он только что одержал важную и желанную победу.

— Вот так-то лучше, — пробормотал он себе под нос, и на его губах, влажных от поцелуя, играла порочная, довольная улыбка.

Он наклонился и начал снимать мои кожаные сапоги. О нет, только не это! Я же недавно скакала по пыльным дорогам!

— Не надо! — крикнула я резко и громко, и дернула ногами, пытаясь вырваться, изогнувшись всем телом.

Король остановился, и в его холодных глазах полыхнуло предупреждение.

— Если будешь сопротивляться, я свяжу тебе и ноги. И не шуми, Ариана, — произнес он тихо, но весомо, — иначе мне придется заткнуть тебе рот. Тише. Дилис, возможно, сейчас за дверью и подслушивает.

«Заткнет мне рот!» — пронеслось в моем мозгу жгучим стыдом и страхом, и я замерла, стиснув зубы.

Он ловко снял с меня сапоги и грубые чулки, а потом медленно, с мучительной неторопливостью стал стягивать верхнюю тунику. Я судорожно вспоминала, какая на мне сорочка — простая, полотняная, без всяких украшений, поношенная.

— Ну-ну, — произнес Король, — Ариана, ты опять кусаешь губу. А ты знаешь, как это на меня действует.

Он предостерегающе приложил к моим губам длинный указательный палец, и я почувствовала легкий привкус соли и металла.

О Боги! Я лежала беспомощная и едва сдерживалась, завороженно глядя, как грациозно Король ходит по комнате, сбрасывая с себя одежду. Это медленное обнажение жутко заводило. Медленно, почти лениво, он снял собственные сапоги, расстегнул штаны и стянул через голову рубашку, обнажив торс, покрытый гладкой, бледной кожей и рельефными, упругими мышцами, на котором едва виднелись старые, едва заметные шрамы.

— Думаю, ты видела слишком много, — хитро усмехнулся Король, и его глаза блеснули в полумраке.

Он снова сел на меня верхом и задрал мою простую сорочку. Казалось, сейчас он ее снимет, но нет — он лишь закатал ткань до шеи, потом натянул мне на глаза, свернув в несколько раз, оставив открытыми лишь рот и нос. Я погрузилась в полную, давящую тьму, где оставались лишь звуки, запахи и собственные обострившиеся ощущения.

— Хм, — выдохнул Король оценивающе, и его пальцы скользнули по моему обнаженному вздрагивающему животу. — Все лучше и лучше. Пойду принесу что-нибудь выпить.

Король наклонился, нежно поцеловал меня, и встал с кровати. Донесся тихий скрип двери. Пошел за выпивкой. Куда? На кухню? В свой дворец через портал? Я напрягла слух, уловила приглушенную речь и поняла, что Король разговаривает с Дилис в соседней комнате. О нет... он же почти раздет! Что он ей говорит?

Я услышала решительный стук— вероятно, Дилис захлопнула дверь в свою комнату. Снова слабый скрип — Король вернулся, слышны были его легкие, неслышные шаги и постукивание глиняного кувшина о металлический кубок. Что он принес?

Король закрыл дверь, и, судя по мягкому шороху ткани о кожу, снял штаны. Они упали на пол с глухим, мягким звуком, и я поняла, что на нем ничего не осталось. Он вновь сел на меня верхом, и я почувствовала жар его голой кожи, тяжесть его тела и его возбуждение.

— Ты хочешь пить, Ариана? — его голос прозвучал прямо над ухом, заставляя вздрогнуть всем телом.