Страница 36 из 60
– Бо-гдан, – девушка тихо, буквально по слогам произнесла мое имя. Оно звучало из ее уст так, словно это было ее первое слово за всю жизнь. Интонация, с которой она произнесла его, была исполнена трепета и нежности, словно она произносила заклинание, способное разбудить в моем сознании забытые воспоминания. Ее голос, мягкий и тихий, словно шепот ветра, заставил мое сердце забиться быстрее.
Она вновь протянула руку в мою сторону, касаясь моего локтя своими тонкими, прохладными пальцами. Прикосновение было легким, но я ощутил, как от него по коже пробежала волна тепла. Медленно опускаясь ниже, она достигла моей ладони, переплетая наши пальцы воедино. Этот жест казался таким знакомым, словно наши руки уже давно были связаны. У меня возникло смутное чувство, будто бы я видел эту девушку раньше. Такое чувство, словно у меня откуда-то проявились острые симптомы амнезии, и сейчас, она пыталась вытащить меня из беспамятства. В моем сознании стала размываться граница между реальностью и сном, и в воздухе витало что-то необычное и притягательное. Все вокруг словно растворилось, оставив лишь ее и меня – в этом моменте, когда время потеряло свое значение.
Это чувство становилось все более ясным с каждой секундой, пока ее пальцы находились на моей ладони. Но, в какой-то момент я очнулся. Отбросив руку девушки, я шумно выругался и спешно покинул купе, выйдя в тамбур поезда. Вокруг меня слышались привычные звуки – тихий стук колёс о рельсы, облегчённый шёпот других пассажиров и лёгкое поскрипывание вагонов, но всё это казалось частью совершенно другого мира. Девушка не вышла за мной, и я почувствовал легкое облегчение, как будто сбросил с плеч тяжёлую ношу. Я выдохнул, стараясь привести свои мысли в порядок, потому что подобная ситуация буквально вывела меня из равновесия. Ещё никогда в своей жизни я не был настолько раздражительным и злым, как за последние несколько минут. Каждый миг, проведённый в купе, казался мне мукой, и я сам не понимал, что на меня нашло. В тяжелой голове зрели навязчивые мысли, пересекающиеся, как тёмные облака на горизонте.
Кому-то, возможно, моя реакция показалась бы чрезмерной, но в тот момент всё, что меня окружало, я готов был разорвать на части. Наверное, во всём виноват мой недостаток сна. Как я говорил до этого, за последние дни я не мог нормально уснуть, и это явно сказывалось на моём состоянии. Усталость копилась, как лавина, готовая обрушиться в любой момент. Каждый взгляд, каждое слово воспринималось иначе – с излишней чувствительностью, почти болезненно.
6.20
Я так и стоял в тамбуре под приоткрытым окошком, прислонившись к стене, ощущая, как стальные конструкции поезда трясутся подо мной. Я закрыл глаза, надеясь, что свежий воздух и шум, наполняющий пространство, помогут мне успокоиться. Но вместо этого чувства только усилились, превращаясь в замедленные вспышки гнева.
На миг я почувствовал, как скрытое внутри меня напряжение кипит, и тогда же понял, что мне нужно выбраться отсюда. Заключённый в этих стальных рамках поезда – мир, казался мне слишком тесным. Я дёрнулся в сторону, решив немного пройти по коридору, надеясь, что может быть, я смогу найти немного тишины и покоя, чтобы привести в порядок своё смятённое сознание, но мой разум, упорно твердил мне вернуться в свое купе. Сделав несколько шагов назад, я шумно отворил железные дверцы, врываясь в вагон, словно голодный зверь, жаждущий наживы. Мое сердце колотилось так сильно, что казалось, с каждым ударом оно готово разорвать мне грудь.
Вагон был пуст.
И это повергло меня в состояние растерянности. Девушки на месте не оказалось, и в воздухе повисло немое удивление. Я чувствовал, как ярость внутри меня, кипящая словно масло во фритюре, готова вот-вот вырваться наружу.
Я невольно сжал кулаки, ощущая, как пальцы впиваются в ладони, оставляя красные следы. В этот же миг, когда я пришел в себя, я окончательно перестал понимать, что происходит вокруг. Как она смогла выбраться из вагона, если я стоял прямо за ним? Мой разум ломался от вопросов, которые врывались в сознание без страховки, словно дикий поток ос. Я опустился на колени, стараясь успокоиться. Почему мои чувства вдруг стали такие острые и резкие? Я чувствовал себя иначе, чем обычно: каждая эмоция, каждый звук, каждое движение казались преувеличенными, как будто мир вокруг меня раскололся на осколки, и я был на грани безумия.
Пока мои мысли метались в хаосе, хриплый звук тормозов прервал тишину. Я снова встал, словно кто-то дергал меня за собой, и вздрогнул от неожиданности. Ломая тишину, чувства накатывали, как волны, словно желая затопить мой разум. Я посмотрел в пустоту вагона, где еще мгновение назад была она. Но, лишь эхо моего бьющегося сердца, отзывалось в этом казалось заброшенном пространстве.
Поезд остановился на неизвестной мне станции. Я стоял, неосознанно глядя в окно на унылый пейзаж, который мелькал за стеклом. Он напоминал мне о том, насколько далеко я уехал от привычной жизни. Не долго думая, словно мной кто-то управлял дистанционно, я вышел из купе, направляясь к ближайшему выходу из поезда. Сердце колотилось в груди, как будто предвещало что-то неладное.
Добравшись до дверей, я столкнулся с проводником, который стоял в открытом проходе. Высокий, худощавый парень, с характерной для рабочих – формой, изучал меня пристальным взглядом, прищурив глаза, как будто пытался заглянуть в самую душу.
– Москва? – произнес я едва слышно, и мой голос показался мне чужим и безжизненным, словно это был не я, а кто-то другой, кто ждал от меня ответа.
– Власово… до Москвы ещё сутки ехать. – парень ухмыльнулся, глядя куда-то за горизонт, будто искал ответ на какой-то свой вопрос, за пределами моего поля зрения. Его выражение лица казалось загадочным, и в этом взгляде было также, что-то излишне уверенное.
– Не выспались что-ли? – продолжал он с налетом насмешки, заставляя меня ощутить себя неловко. В этот момент я почувствовал, как по спине пробежали мурашки. В его голосе был легкий подтекст, который не давал покоя, заставляя мерзнуть от неожиданной тревоги.
Я прикрыл глаза, в попытках побороть свой гнев, который, казалось, вскоре вырвется наружу без моего ведома. Признаться, все это начинало меня пугать. Неконтролируемые вспышки гнева, раздражительность и злость – всё это были первые признаки шизофрении, как я помню из школьных уроков психологии. Я старался выбросить все эти мысли из головы, но они всё равно не покидали меня, вкрадчиво шепча, что с каждым мгновением я всё дальше ухожу от реальности, в которой был когда-то.