Страница 12 из 27
Я благодарно принимаю помощь, отмечая про себя, какая у него крепкая хватка. Снова ловлю себя на мысли, что никак не могу поверить в его возраст. Слишком уж он мужественный для подростка.
— А мама?
— Мама добрая, — его лицо теплеет. — Была.
Я затыкаюсь, понимая, что эту тему сейчас лучше не тревожить.
— Извини.
— Да всё нормально.
Тропинка выводит нас к небольшой речке. Я слышу равномерный шум падающей воды ещё до того, как вижу саму мельницу, добротное деревянное строение с огромным колесом, медленно вращающимся под напором потока.
— Пришли, — Грей останавливается, позволяя мне рассмотреть всё как следует. — Отец сам построил эту мельницу, когда был молодым. С тех пор все окрестные жители привозят сюда зерно.
Я с интересом разглядываю постройку. Мельница внушительная: три этажа, крепкие стены из толстых брёвен, аккуратная черепичная крыша. Рядом небольшой, но ухоженный огород, хозяйственные постройки. Всё говорит о достатке и трудолюбии хозяев.
— Грей! — на крыльце появляется высокая фигура, припорошённая мучной пылью.
У меня перехватывает дыхание. Мельник оказывается настоящим великаном. Широкоплечий, с окладистой бородой, в которой поблёскивает седина, он возвышается над нами как скала. Теперь я понимаю, в кого Грей такой рослый.
— Наконец-то явился!
Я невольно делаю шаг назад, но Грей успокаивающе касается моего локтя.
— Не бойся, — шепчет он. — Отец только кажется грозным.
Мы подходим ближе, и я замечаю, как в глазах мельника, таких же зелёных, как у сына, мелькает гнев. Кажется, нас ждёт не самый приятный разговор...
От смущения у меня вспыхивают щёки.
— Где тебя носит, оболтус? — грохочет он, не замечая меня. — Опять в лесу прохлаждался? Сколько раз говорил, пора взяться за ум! Мельница сама себя не...
Грей деликатно покашливает, кивая в мою сторону. Мужчина осекается на полуслове, его кустистые брови взлетают вверх, а в глазах появляется совсем другое выражение — живой интерес и какая-то хитринка.
— Ох! Что же ты молчишь, негодник? — его тон мгновенно меняется на добродушный. — Такую девушку привёл, а отцу и словечка не сказал!
Глава 11
Это он про меня? Девушка — это я?
— Да всё как-то не до того было, — отмахивается Грей, хватает меня за запястье и тащит прямиком внутрь здания.
Его отец заходит следом, закрывая за собой дверь.
— Па, это Айрис, — представляет меня парень, проводя мимо огромных мельничных жерновов, минуя какое-то подсобное помещение и заводя в небольшую кухню. — Она делает отличное варенье. Каштановое.
Отец моего новоявленного помощника резко замирает и смотрит на меня как-то странно.
— Не говори ерунду, сын. Никто в деревне не умел варить такого, — отмахивается и проходит в кухню.
— А я принёс тебе попробовать, — говорит Грей и вынимает из кармана небольшую склянку. Когда только успел прихватить? Я даже не заметила.
Мельник не церемонится, достаёт из ящика ложку и зачерпывает из небольшой баночки янтарное варенье.
— Быть не может. И впрямь. Будто Марта готовила, — замечаю, как выразительные зелёные глаза мужчины наполняются грустью, он шмыгает носом и отворачивается. Так понравилось угощение?
— Матушка моя очень любила такое варенье готовить, — поясняет Грей. — Одна его во всей деревне только и делала. После того как она пропала, кроме её вещей да пары банок янтарной сладости ничего нам от неё не осталось. Уж мы их так берегли, но это же съестное. Портится, — парень смущённо чешет затылок.
— Пропала? — вырывается у меня, и я торопливо закрываю рот ладошкой. Говорила мне бабуля, не суй нос куда не следует.
— Па, можно я Айрис мамино платье одолжу ненадолго? Видишь, какая она худенькая. Ей впору будет, — Грей, не дожидаясь ответа, выбегает из кухни, оставляя меня наедине с его отцом, который откладывает ложку и с интересом разглядывает оставшееся в склянке варенье.
А я про себя отмечаю наблюдательность парня. Заметил, что платье, которое я с утра надела вместо порванного, мне велико. Но в гардеробе других вещей не нашлось, а в рванье искать работу было как-то не айс. Хороший из него хозяин (мельник, пекарь, плотник, да кто угодно) получится, раз он так к деталям внимателен. А может, управляющий?
— Знал я, что сын себе хорошую девушку найдёт, но чтоб настолько, — на его лице вдруг расцветает довольная улыбка. — Молодец, хвалю. Рукастая. Готовить, стало быть, умеешь?
Я киваю и надеюсь, что он не имеет в виду разделку туш убитых на охоте животных, а подразумевает что-то более повседневное.
— Умею, только я не…
— А хлеб печь можешь? — мужчина не даёт мне опровергнуть его догадку о том, что я девушка его сына. Или, не дай боже, невеста. Мал он ещё жениться, а я старовата, чтобы за вчерашнего подростка замуж идти.
— Могу.
— А ну-ка, удиви старика, — мельник достаёт из сундука небольшой мешочек муки и кивает на печь у меня за спиной. — Проверим, хорошая ли из тебя хозяюшка. Платье Марты просто так не отдам. У неё их немного было. Заслужить надо, — сказал мужчина, улыбаясь и подмигивая.
Он явно имел в виду не отработку, а проверку на вшивость. Мол, правду ли сказала про варенье?
— Меня Говардом звать, — по-доброму улыбаясь, говорит мельник, подавая мне посуду и указывая на ведро с чистой водой. — Супругу Мартой кликали.
Я послушно принимаю большую плошку для замеса теста, черпак для воды и баночку с каким-то порошком, похожим на соду.
— Она и хлеб отличный пекла и вообще была на все руки мастерица, — мельник начинает говорить тише, видимо, чтобы сын не услышал. — Только вот беда у нас случилась. Пропала моя голубушка. Ушла в лес за грибами, да так и не вернулась. До сих пор ни слуху ни духу. Уж столько лет прошло, а Грей всё ждёт, что она найдётся.
На стол легла маслёнка с небольшим кусочком сливочного масла. Я принялась отмерять на глаз муку, а мельник шустро подошёл к печи, в которой потрескивали поленья, и загрёб их кочергой в сторону.
— Ты уж не обижай его, Айрис. Он у меня парень добрый. От людей подвоха не ждёт, — также тихо сказал мельник, а затем нарочито громко добавил. — Вот я тебе и место под хлебушек освободил. Форма на полке. Как управишься, позовёшь.
В комнату зашёл улыбающийся Грей. В руках у него было красивое простенькое платье и тёплая накидка к нему.
— Па, можно вот это? Парадное трогать не стал, а это и для работы, и за покупками сходить очень даже ничего?
— Мне придётся приготовить очень вкусный хлеб, — сглатываю я.