Страница 21 из 38
— Не называйте меня так, пожалуйста, — нахмурилась она. — Меня смутили покои в королевском крыле. Мы с вами не супруги, я не аристократка. Думала, буду жить в городе, работать в лаборатории, если вы действительно её построите.
— Я выполню обещание, у тебя будут лаборатории, но во дворце.
— Почему?
— Между нами истинная связь, для окружающих мы супруги. Ты супруга принца страны, Минария. Моё благословение, но и моя слабость.
— В том плане, что со мной может что-то случиться в городе? Или это будет слишком далеко для связи?
— Разлом закрыт, но борьба за власть будет идти вечно. Противники Аделмара могут попытаться ударить по нему через тебя. Да и у меня есть враги.
— А… — голубые глаза девушки расширились от удивления. — Я не аристократка… Далека от этого. Мне теперь ещё и угрожает опасность? — уточнила сипло.
— Нет, солнце, твою безопасность обеспечат. Тебе не о чем волноваться. Но ты будешь жить во дворце.
В том числе и потому, что я не могу отпустить её так далеко. Здесь мы хоть иногда будем видеться, а там она практически исчезнет из поля моего зрения.
— Понятно, — грустно отозвалась она.
— Смотри на это иначе. Покои в твоём распоряжении, можешь сделать ремонт, перестроить комнаты, если пожелаешь. А лаборатории и так будут оборудоваться под тебя. Во дворце безопасно, комфортно, есть все удобства и возможность досуга.
— Мне сложно воспринимать дворец домом, он кажется общественным местом, — поделилась она.
— Королевское крыло закрыто, покои в твоём распоряжении. Они больше твоей квартиры. Разве что нет кухни. Но еда здесь на высшем уровне.
— Я привыкну, я привыкну, — зашептала она рассеянно, отворачиваясь от меня. — За что мне это? — провыла почти неслышно, но я, само собой, уловил её шёпот.
— Минария, я стараюсь для тебя, — выдохнул раздражённо. — Подстраиваюсь под тебя, но ты всегда недовольна. Тебе всё не нравится.
— А я не подстраиваюсь? — она развернулась, глядя на меня уныло. — У меня и выбора нет, пришлось уехать из дома и принять ваши условия.
— Пришлось принять? — я стремительно приблизился к девушке, удержал её за плечи, не позволяя отпрянуть. — Я хозяин положения, я могу диктовать свои условия, и пойди я по этому пути, тебе бы пришлось подчиняться ради вымаливания милости вроде лаборатории или приезда родителей.
— Я это знаю! — прокричала она, вырываясь из моей хватки, и отступила, но споткнулась о край ковра.
Минария потеряла равновесие, взмахнула руками, и в следующее мгновение я поддержал её за талию, привлекая к груди. Лазурные глаза широко распахнулись, рот приоткрылся в учащённом дыхании.
— Но я не выдержу, если вы так поступите, — прошелестела она, глядя на меня встревоженно снизу вверх.
— А я себя возненавижу, — признался, склоняясь к её лицу, чтобы на миг коснуться нежных губ своими.
Минария задрожала, вцепилась пальцами в рубашку на моей груди. И я ощутил слабый аромат её возбуждения. Связь влияла на нас обоих, но на меня больше, чем на неё. Выдержка снова меня подводила.
— Именно поэтому я пытаюсь договориться, но ты вечно недовольна, критикуешь, обвиняешь. И ничего не объясняешь. Я совершенно тебя не понимаю, Минария, а ты не стремишься объяснить свои реакции.
— А что здесь не понимать? Я не недовольна, — мотнула она головой. — Я расстроена и напугана изменениями в моей жизни. Боюсь, мне этого не выдержать.
Выпрямившись, она выскользнула из моей хватки и обняла себя руками, будто через силу отводя от меня взгляд. От неё повеяло кислыми нотками стыда.
— Я обычная девчонка из обычной семьи, учёная, и всю жизнь провела в лабораториях. А теперь я в чужой стране. Как оказалось, почти жена принца. Сегодня общалась с настоящим королём. Живу теперь с ним по соседству. И должна продолжать жить, знакомиться с другими оборотнями, налаживать здесь жизнь. Я совсем не общительная, не справлюсь… — всхлипнула она.
— Но ведь есть я. Я помогу тебе справиться.
— Вас я тоже боюсь. И боюсь себя рядом с вами. Боюсь вашей истинности и совершенно не понимаю, что со мной происходит, — ответила она глухо, впиваясь пальцами в свои плечи.
И её слова стали для меня настоящим откровением. Мне казалось, она ненавидит меня, злится, желает уязвить, потому избегает. А на самом деле она просто боится нового в своей жизни. Закрывается. Видимо, потому и огрызается. Значит, ей нужна поддержка, сильное плечо, советы, а не тихие касания сладких обещаний и соблазны. Это намного проще, чем бороться с ненавистью, мне не впервой проводить сложные переговоры.
— Нашей истинности, — ответил я вкрадчиво, приблизившись к девушке, и мягко сжал её плечи руками. — Ты учёная. Может, не стоит бояться, а попытаться изучить… механику происходящего с тобой? — предложил, поддавшись внезапному озарению.
— Что? — она взглянула на меня в непонимании.
— Ты страшишься неизвестности, так изучи её, сделай понятной и простой для себя. Тогда страх уйдёт, — предложил, и она развернулась ко мне, опуская руки вдоль туловища. — Истинная связь тянет нас друг к другу. Это нормально. Это закон природы. Механизм. Нет ничего постыдного или плохого в том, что ты тянешься ко мне, находишь меня привлекательным. Прими это, перестань стыдиться себя, и часть страхов уйдёт. Принятие ведь не обязывает тебя к близости со мной, солнце.
— Не называйте меня так, — попросила она со вздохом. — Да, наверное, вы правы. Нужно разложить свою жизнь по полочкам.
— И ты забываешь, что Клоуфаст не Стоудор, обустройство лаборатории будет проходить сложнее. Вскоре у тебя не останется времени на страхи. Придётся действовать.
— Это как раз нормально и привычно, когда много работы.
— Скоро её будет предостаточно. И не только у тебя. Я намерен начать изучение механики, чтобы помочь тебе с обустройством.
— Что? — она вскинулась, глядя на меня в неверии. — Это ведь не так просто. Нужны годы…
— Оборотни живут долго, Минария. У меня есть эти годы, как и у тебя на изучение чего-то нового, например, магии. Скоро она появится у тебя.
— И точно, — встревожилась она.
— Не бойся. Лучше представь, чего ты сможешь добиться, когда соединишь механику и магию.
— Пока звучит не особо реально, но… любопытно, — пробормотала она. — О таком я не думала.
— Задумайся. Это ведь вызов для гения.
— Но… пока во мне нет магии, — она помотала головой. — Как она появляется?