Страница 83 из 99
Глава 43
Позже в тот же день Клэр, больше известная как Снежная королева, подошла к магазинчику. На ней было красивое летнее платье цвета васильков, а ее ухоженные платиновые волосы сверкали в ярких лучах солнца. Фиона быстро провела ее внутрь, настороженно осмотревшись, не следил ли кто за ней. Закрыв дверь, она подвела Клэр к столу.
— Хотите чаю? – тепло улыбнулась Дэйзи.
Клэр отказалась, нервно покачав головой.
— Можно узнать, в чем дело? – Для кого-то с таким впечатляющим певческим голосом говорила она так тихо, что не напугала бы и мышь.
— Наверное, лучше дождаться Тома, – ответила Фиона. – Тогда мы вам обоим все расскажем.
Этот ответ Клэр, похоже, устроил, хотя сложенные на коленях руки выдавали ее состояние.
— Вы оставили фургончик с мороженым дома, как мы просили? – спросила Сью.
Клэр кивнула.
Дамы попытались завязать разговор, но их гостья отвечала неохотно. Несмотря на это, Дэйзи, как большая поклонница «Холодного сердца», засыпала вопросами двойника Эльзы.
— У вас есть любимый момент в мультфильме? Кто ваш любимый персонаж, кроме Эльзы? Сколько раз вы смотрели театральную постановку? Она вам нравится больше мультфильма?
Клэр отвечала односложно, ни разу не взглянув им в глаза.
Такая односторонняя беседа продолжалась минут сорок, пока не подошел Том, Санта-с-настоящей-бородой, больше известный как владелец фургончика с мороженым Сержант Билскимо. Фиона специально попросила их прийти в разное время, на всякий случай.
В отличие от Клэр, Том ворвался в магазин в той же одежде, что и в прошлую их встречу: в грязных шортах и жилетке, седые волосы торчали во все стороны. Раскрасневшийся, с капельками пота на лбу, он радостно и шумно поприветствовал собравшихся:
— Дамы, привет!
— Спасибо, Том, что пришли, – поблагодарила Фиона. – Вы оставили свой фургончик дома?
— Конечно, – довольным тоном ответил он. – Прошел пешком от Айфорда, вдоль реки и очень этому рад. Увидел вспышку синего цвета на поверхности воды и подумал: это же зимородок!
— Как чудесно! – Неравнодушная Сью сама была орнитологом-любителем. – Я неравнодушна к зимородкам.
— Надеюсь, не в плане еды, – расхохотался Том.
— Нет, дурачок! Я люблю за ними наблюдать. Не есть! Вам повезло их увидеть.
— Знаю. Я дружу с парой фотографов-любителей, которые наблюдают за птицами, – так вот, они весь день просидели у реки Стур, надеясь сфотографировать хоть одного, а так никого и не дождались! – Он снова расхохотался. – Если бы поехал на автобусе или пошел по дороге, тоже бы не увидел. Природа чудесна, правда? А теперь скажите, к чему это все?
— Давайте сначала выпьем чаю.
Том потер руки в предвкушении:
— Вот это другое дело! – Он сел рядом с Клэр и пустился в пространные рассуждения о пользе чая. На середине тирады о том, что свежесобранный чай можно пить без молока, Том вдруг умолк, и с лица его исчезло веселое выражение. Причина этой внезапной перемены настроения стояла в дверях. Вернон быстро вошел в магазин и снял капюшон. Вслед за ним вошла Белла.
— Добрый день, – Вернон улыбнулся.
Том на улыбку не ответил.
Фиона вспомнила, что они знакомы. Когда дамы в первый раз спрашивали Тома, знает ли он еще мороженщиков, кроме Клэр и Ледяных братьев, тот все отрицал. Но позже они выяснили, что именно его выбрали на роль гонца с плохими новостями, которому пришлось передать Вернону мрачное предупреждение о том, что ему предстоит выполнять приказы мафии под страхом ужасных последствий. Вероятно, Том этим не гордился – или не хотел, чтобы об этом узнали.
Том уставился на Вернона, а Клэр не поднимала глаз от пола. Наконец Том повернулся к Фионе с холодным, лишенным всякого выражения лицом.
— Что здесь происходит?
Фиона тщательно подбирала слова:
— Нам выпала кое-какая возможность. Возможность положить конец вашим мучениям от мафии мороженщиков, но нужна ваша помощь.
— Не понимаю, о чем вы, – тут же ответил Том.
— И я, – робко вставила Клэр. Лгать у нее получалось не очень.
— Да ладно, бросьте! – возразил Вернон. – Не отрицайте. Все вы понимаете. Ваш обет молчания ни к чему не приведет. Эти дамы знают о мафии мороженщиков и о том, что они держат в заложниках вас и ваши семьи.
Том и Клэр молчали.
— Хорошо, судя по всему, это «да», – сказала Сью. – Теперь главный вопрос: вы не хотите это изменить?
Снова молчание. Фиона ждала такой реакции и понимала, что это не из-за упрямства или стеснения – они были напуганы, до смерти боялись, что одно лишь упоминание о мафии приведет к ужасным последствиям для их семей. Может, они передумают, когда узнают, что дамы уже нанесли мафии удар. Может, это придаст им смелости, как Вернону, и даст понять, что жить в страхе необязательно, что у их мучителей есть слабое место. Фиона попыталась начать с позитивного момента:
— Вам нужно кое-что узнать про мафию мороженщиков. Что-то, что может помочь вам передумать.
Том и Клэр посмотрели на Фиону с подозрением, опасаясь, что будет дальше.
— Мы загнали их в угол, – сказала Сью.
Том нахмурился:
— В каком смысле «загнали в угол»?
Фиона рассказала о событиях прошлой ночи: о пожаре, GPS-трекере и о том, как они приехали на теннисные корты.
— Мы можем остановить их, но нам нужно успеть воспользоваться нашим преимуществом.
Клэр побледнела. Фиона боялась, что девушка упадет в обморок, и вздрогнула, когда Том неожиданно вышел из себя:
— Как, ради всего святого, это может быть преимуществом! Вы их не в угол загнали, а разозлили! Поверить не могу! Теперь за ваши дела они отыграются на всех нас. Как вы могли вести себя так глупо? Так безрассудно? Они устроят ад нам всем! – Гнев Тома сменился страхом. – Моя тетя в доме престарелых. Мне прислали фото, где она задремала в гостиной. Она моя единственная оставшаяся в живых родственница. Они могли уже приехать туда. И готовятся совершить непоправимое!
— Они убьют нас. – Клэр дрожала. – Как Кевина Мастерсона. Я тоже окажусь в морозильнике. А потом они убьют мою семью.
— Нет, не убьют, – сказала Фиона. – Сначала они придут за мной, Дэйзи и Сью. Они хорошо нас рассмотрели, а что нам точно известно об этой мафии – так это то, что они эксперты в поиске людей. Это лишь вопрос времени.
— Да, а потом они вас убьют, – сказал Том.
— Нет, не убьют, – возразила Фиона. – По крайней мере пока. Им от нас кое-что нужно.
— И что же?