Страница 59 из 226
Короче, трепались они за полночь, но встали рано, поели да и тронулись в путь. Никому ничего не сказав, конечно. Если уж совсем честно, на подвиги их потянуло, слишком жизнь спокойная наступила: жили в свое удовольствие, только и делов, чтобы на мелких мейн-кунчиков не наступить – бегают по всему Дому, хулиганы малолетние любимые.
Долго ли, коротко ли они летели, но вылетели за границы своего округа, который был под охраной их команды. Кстати, в их округе было как раз всё тихо и спокойно. Утечки магии не наблюдалось, никаких чудесатостей ненужных тоже.
Как только они вылетели на территорию соседней области, сразу почувствовали: что-то не то происходит. Как будто серой мглой небо заволокло, воздух и тот какой-то кислятиной отдавать стал.
Сова сказала:
– Слушай, а тебе не кажется, что здесь что-то происходит? И происходит что-то нехорошее?
– Не только кажется, я это вижу: дети плачут, родители ссорятся, кто-то разводится. Это точно не как у нас. Срочно надо что-то предпринимать! – ответил Соловей.
– А что ты предлагаешь? – спросила Сова.
– Ну как что. Пойдем подзатыльники всем развесим. Чтобы сразу дошло, что такое хорошо и что такое плохо.
– Это не наши методы, – заявила Сова. – Тебе что, давно клюв набок не сворачивали? Или штопором не закручивали?
– Милочка, а ты уверена, что протрезвела после вчерашнего? – ехидничал Соловей.
– Чья б корова мычала, – огрызнулась Сова, – сам ни одного дельного предложения не выдвинул.
Они решили спуститься пониже и посмотреть, в чем там дело. И увидели такую картину.
Всё вроде у людей нормально, всё вроде хорошо. Но нет: то там, то здесь серая хвостатая тень появляется. И сразу начинаются ссоры, распри, брань на ровном месте.
Такое ощущение, люди забывают, что есть на свете любовь, уважение, доброта, честность.
– Та-а-ак, что-то здесь не так, – сказал Соловей.
– Да что ты говоришь? – откликнулась Сова. – А я-то думаю: что здесь такое происходит? А всё не так, оказывается.
Соловей зыркнул на Сову.
– Ты не особо умничай-то. Решать надо, что дальше делать будем.
Сова задумалась: «Клюв ему набок свернуть, что ли? Забыл, кто здесь старший по званию!» Потом одумалась и решила Соловья не трогать: полезным может быть еще.
Соловей как чувствовал, что Сова о чем-то недобром думала. Но промолчал.
И вот, когда они опустились на землю, в конце концов разглядели, что же такое негатив вокруг распространяет, да еще с такой скоростью. Волчишко метался из одной деревни в другую, от одного поселка к другому – и везде с собой нес массу негатива. Маленький, тощенький, местами облезлый и очень злой. На жизнь злой, на людей и на себя.
– А-а, так вот кто здесь жизнь всем портит, – сказала Сова.
– Так он выходец из параллельного мира. Выгнали его, небось, за плохое поведение, вот он и пришел сюда свои порядки строить, – сказал Соловей.
– Я ему щас построю новый порядок, он у меня старый забудет. Он вообще забудет, кто он и откуда! – вызверилась Сова. Она не любила беспорядок.
– Так он наверняка психический, – размышлял Соловей. – А если бешенство – вообще кранты, не подберешься.
– Я ему сейчас кое-что похуже бешенства сделаю, – пообещала Сова.
Но стоило им немного приблизиться к этому оборвышу, как с ними что-то начало происходить странное: веки налились тяжестью, крылья и лапы сделались ватными, в головах зашумело – и оба бесстрашных птица, потеряв сознание, грохнулись ничком, как стояли, опять своротив многострадальные клювы набок.
– Хе, – раздался над ними хриплый смешок, – волка от волчицы отличить не могут, горе-волшебники.
Как только наши разведчики отключились, в Доме зазвучала воздушная тревога, перепугав насмерть всех, кроме мейн-кунчиков: им громкий звук понравился.
Все сразу поняли, что экстренный сбор в штабе-библиотеке через полчаса. Собрались через пять минут. Уж больно тревога надрывалась.
Отрывкин начал Совет со слов:
– Сова и Соловей пропали. Оставили записку, что идут на разведку по соседним округам с инспекцией. Инспектора хреновы. «На предмет выявления нарушений вследствие утечки магии…» Как излагают, а? Не иначе накануне коньячком разговлялись! – совсем разошелся Отрывкин. – Самое плохое, Дом перестал чувствовать их биополе. А это значит: либо без сознания, либо мертвы, – тихо закончил он.
Стало очень тихо.
И вдруг Ворона прорвало.
Как он, пятисотлетний старик, не смог уследить? Какие-то два молокососа, которым приключений захотелось, сбежали. А что вот с ними теперь? Где их искать? И вообще, как команда без них будет?
Ворон истериковал.
– А ну цыц! – рявкнул Отрывкин. – Отставить истерики. – Все притихли. – Действовать надо, а не сопли жевать. Все собираемся в поход. Наши друзья явно попали в беду, их надо выручать.
– Я тоже пойду, – вдруг выступила вперед Василиса, – щенят в котомку – и пойду!
– Щенят? – вытаращил глаза Лёва. – Они уже в щенят превратились?
– Не паникуй, просто Вася оговорилась, – успокоил друга Отрывкин.
– Вася с детьми никуда не пойдет. Опасно. Остаешься дома, ясно? – сказал он притихшей Васе.
– Да ведь там Прапор начудит, а Соловей не подмога, – прошептала она.
– Это магический соловей и профессор, не забывай, – успокоил ее Отрывкин. – Итак, на спасательную операцию выдвигаемся я, Лёва и Ворон.
Дом протестующе загудел трубами.
– Нет, ты охраняешь Васю и детей. Итак, пора собираться.
И тут Отрывкина осенило.
– Мы полетим все вместе! – радостно заявил он. – Я уже месяц, наверное, делаю левитационный камень. Он кладется в подвале Дома в специальный прибор и оттуда чудненько управляется наверху. Я там и руль приделал, и педали газ – тормоз. Только вот испытания всё откладывал, времени не было, – закончил счастливый Отрывкин.
И тут же огреб от Васи.
– Мы тут с ума сходим, думаем, что делать, а этот самодовольный индюк даже и не вспомнил, что у него Дом, оказывается, летать может! – разошлась Василиса. – Да еще хотел меня разлучить с мужем, бессовестный.
Отрывкин похлопал глазами и не нашелся что ответить.
– Все в лабораторию, – буркнул он. – Дом испытывать будем.
Дом разулыбался всеми своими окнами.
– А мне ничего не сказал, – разобиделся Лёва.
– Берёг молодую семью, – ответил Отрывкин, – а вот Ворон многое повидал и помог очень хорошо!
Ворон засмущался.