Страница 198 из 226
Взяв несколько металлических трубок, сделав из них что-то вроде антенн, он всё это припаял к коробке, в которую, кроме радиотехнических деталей, насыпал несколько трав, один порошок, который тут же и испарился в этой коробке, и веточку пустырника – необходимую составляющую любых волшебных опытов. Да, в самом конце опыта на заклепанную насмерть коробку-прибор была капнута капля живой воды.
Проделав манипуляции, которые заняли часа два, он быстро отпрыгнул от коробки с антеннами и спрятался за углом стола. Коробку предварительно положил в металлическую раковину – на всякий случай.
И только тут Отрывкин увидел прилипшие к стеклам лица его друзей, смотревших жадно и с надеждой.
«Ну прям как у Алексея Толстого в “Семье вурдалака”. А ну как накинутся», – с опаской подумал Отрывкин.
Оставалось главное – щелкнуть пальцами. Он страшным голосом закричал: «Лягай!» – и сам бросился на пол. Но пальцами щелкнул.
Раздался небольшой «бум», треснуло стекло, а из раковины выползла божья коровка. Ее хотелось назвать божьей коровой: была размером с футбольный мяч, но серо-стальная, с ярко-розовыми пятнами. Отрывкин тогда еще подумал: «Не лишай ли? Может, полечить?»
– Я тебе полечу, – неожиданно проскрипело устройство. – Это ж ими я всё и чувствую, пятнами. Звать будешь Маней. А жить буду за углом лаборатории: вижу-у-у, нора там хорошая. Есть могу траву, но иногда – э-э-э, скажем, раз в неделю – будете давать мне две капли живой воды.
При этом глаза ее затуманились. Отрывкин почувствовал подвох.
– А вода живая тебе зачем? Ты ведь и так живая.
– А будете вредничать и жадничать, я могу из усика такую желтенькую капельку выработать – неделю животами промучаетесь, – закончила Маня.
– У нас таких вредных нет, – пробормотал Олег.
– Будут, если договор нарушите, – пообещала Маня.
– Ладно, договорились. Пошли Васю с детьми искать.
– Вот еще, – фыркнула Маня, – тоже мне маги собрались. Да она уже возвращается, ваша Вася!
– Имей в виду, – процедил Отрывкин, – в этом Доме все наши, ненашим здесь делать нечего!
– Да поняла, – смутилась Маня, – я ведь только сегодня родилась, меня научить надо. И уважению, и любви тоже.
– Хорошо, – смягчился Отрывкин, – поговорим еще.
Маня заулыбалась и чуть не погибла: на нее налетела ничего не слышавшая, но хорошо читающая мимику Сова.
– Да я тебя голыми крыльями!.. Нос штопором!.. – нечленораздельно, но яростно клекотала пернатая. Ее мужчины были в восторге от такого темперамента.
Отрывкин щелкнул пальцами, и всех раскидало в разные стороны. Во избежание несчастных случаев.
– Всё. Договорились. Это Маня, наш новый друг, – сказал он.
– А Вася-то где?
– Да тут мы уже, – послышался такой любимый, с хрипотцой, голос. И Вася с тремя подростками-котятами появилась на поляне. – Как дети малые, на час отставить нельзя, – поругивала она своих, здороваясь и обнимаясь. Ну и примурлыкивая при этом.
– Вась, а ты ж где была? – растерянно спросил Лёва.
– А ты бы за детьми следил внимательно, то увидел бы, что линька у них первая. Пух выпадает, шерстка растет, – укоризненно ответила Вася, – и у них всё чешется. Останься мы тут – вся поляна в пуху была бы. Да и с меня лезет тоже. Вот и нашла недалеко заброшенную полянку: там елочки и сосенки молоденькие – самое то спинки почесать, – улыбнулась она.
– Да-а-а, а предупредить никак нельзя было? – не выдержал Лёва. – Ты б хоть кому-нибудь сказала, а то весь Дом на уши встал! – продолжал буйствовать супруг.
– Так и сказала же, – удивленно муркнула Василиса, – тебе, но ты досыпал еще, ответил «да» и дальше захрапел.
Лёве было очень стыдно перед всеми.
– Зато штуку новую изобрел, – радостно сказал Отрывкин и показал на Маню.
Маня сделалась в полосочку от неудобства.