Страница 88 из 131
Илюшин, которого предупредили о тяжелом характере его собеседницы, заранее нашел ее интервью и выяснил, какие цветы она предпочитает. Он пришел с большим букетом белых роз.
— Поймите, юноша, – хрипловато сказала старуха, – для актрис театр – последнее прибежище. За него держатся, как за спасательный круг. Век актрисы в кино очень короток. Буквально десять лет – и ты выбываешь из обоймы. Огромная, немыслимая удача, если актрисе удастся заполучить возрастные роли, играть, не знаю, Раневскую, или миссис Сэвидж, или миссис Марпл, или Розовую Даму.. «Оскар и Розовая Дама», знаете? Однако я вам перечисляю сейчас спектакли, мой дорогой, а в кино – что в кино? Ни-че-го! Смехотворно мало! Если колоритной старушкой еще можно пристроиться в очередной сериал о Холмсе, то что делать пятидесятилетним? А в сорок пять? Женщин этого возраста для отечественных режиссеров не существует! Пустое место! В лучшем случае – мамаша главной героини. Четыре съемочных дня – и распишитесь за копеечный гонорар. Вы же знаете, что оплата напрямую зависит от времени на площадке? Поэтому многие затягивают съемочный процесс.. И кто кинет в них камень! А потребуешь больше, покажешь норов – так на твое место десять.. нет, что я говорю: двадцать, сорок актрисулек страдают в очереди: меня! возьмите меня!
Старая актриса, жалко улыбаясь, протянула к Макару руки в тщетной мольбе. В глазах заблестели слезы.
Илюшин перестал дышать.
— Дьявол, о чем я распиналась?.. Ах да! – Слезы в ее глазах мгновенно высохли. – Невостребованность для актрисы – это творческая гибель. А иногда и буквальная. Но театр – наше спасение. В театре всегда найдется роль. Театр позволяет актрисе оставаться в своем мире и получать гарантированную зарплату. Вас не смущает, мой ясноглазый ангел, что я о деньгах? В девяностые кое-кто из актрис умирал с голоду. Вы понимаете? Женщины, которые когда-то были знамениты, не могли позволить себе купить еду. Поэтому за театр держатся до последнего. Съемки подгоняют под театральный сезон, а не наоборот. Театр – это жизнь актрисы! Теперь вам понятно, что творила Лиана? Олейникова цапнула кормящую руку.. нет, что рука! Она перекусила спасительную веревку, брошенную ей в бурные воды! – Актриса расхохоталась собственному сравнению. – Она могла ударить кого угодно на репетиции. Броситься на режиссера с кулаками! Вдумайтесь, юноша: на режиссера! Это то же самое, что юнге дать оплеуху капитану. Вы знали, что однажды Лиана расцарапала лицо своей гримерше? Как ее.. господи.. этой грубиянке, которую убили пятнадцатью годами позже? Естественно, Лиану при таком темпераменте отовсюду погнали. Да и талант ее был.. не выдающимся, скажем прямо.
Эту характеристику Макар еще мог бы списать на ревность. В конце концов, Лиана навсегда осталась сорокалетней. Она не состарилась, в отличие от этой женщины с глазами как вода, в которой промыли кисточку от голубой акварели.
Однако и двое других собеседников Макара подтвердили ее отзыв.
Вот только это были мужчины.
«Неуравновешенная злобная баба», – пригвоздил один.
Второй оказался разговорчивее. «Лиана была женщиной не просто артистичной и обаятельной, она обладала вневременной красотой. В галерее Уффици похожие лица я видел на портретах великого Филиппа Липпи. Однако ее взбалмошность даже для актрисы была.. непомерна. Когда такая изумительно красивая женщина остается без спутника жизни, это многое говорит о ней. Нет, она не предпочитала дам. Поверьте старому ловеласу! Лиана замечательно умела дружить с женщинами. Да, она была преданной подругой. Редчайшее качество! Я был бы несправедлив, если бы умолчал об этой стороне ее натуры. И, безусловно, она очень любила старшего сына. Воспитывала его безобразно: то баловала, то третировала.. Но это вообще, знаете ли, проклятие – родиться сыном матери-актрисы! Быть обреченным вечно подпитывать ненасытное материнское эго! Обоих мальчиков она растила сама, отцы не принимали никакого участия в воспитании.. Собственно, их фигуры нам и не известны! Что, простите?.. Да, разумеется: двоих мальчиков. Что вы, никакой ошибки! Я знаком только с Егором. О судьбе второго сына ничего не могу вам сказать».
— Замечательно умела дружить с женщинами, что не помешало ей расцарапать лицо подруге, – пробормотал Макар.
Он шел по району старой застройки. Вокруг алел боярышник. Пожилые женщины – няни или бабушки – с величавой медлительностью катили коляски. Макар любил новую Москву, но считал, что достоинство сохранилось лишь в этих осколках почти исчезнувшего города.
В одном из домов жила семья Светланы Капишниковой: родители и старшая сестра с мужем и детьми.
Илюшин провел у них два часа и ушел с тяжелым сердцем.
Родители девушки, чье убийство описал Хроникер, не смогли с ним толком поговорить. Мать сдалась первой: махнула рукой, ушла, и из соседней комнаты Макар расслышал тихий горестный плач. Отец держался, но на перечислении Светиных друзей голос его затих. Он замолчал и сидел, будто окаменев. В конце концов старшая дочь увела его.
Макар остался один. Он поднялся и пошел вдоль стены, разглядывая портреты.
Бабушки и дедушки. Родители Светы. Ее сестра с двумя маленькими детьми. Несколько снимков малышей. «Хорошо, что есть дети, – думал Макар, – что трехколесный велосипед стоит в коридоре..» Страшно представить, что было бы, не будь здесь новой жизни.
Он остановился перед фотографией самой Светы. Круглые локоны, помада и стрелки. Белое приталенное платье в черный горошек.
«Это что, подражание Гурченко?»
Вернулась сестра, крупная женщина, совсем не похожая на Свету.
— Светлана играла в каком-то спектакле? – спросил Илюшин, кивнув на портрет.
Ответ его разочаровал. Нет, Света не играла в спектакле, это фото из ее повседневной жизни.