Страница 86 из 131
Бабкин не мог посмотреть на Тарбееву, они сидели на одной стороне стола. Но Лидия Рушановна, умница такая, и сама поняла по едва заметному его движению, что они только что перешли к решению второй части задачи.
— Что за друзья? – небрежно поинтересовалась она.
— Ой, я совсем не знаю, с кем он общался. Поймите, мы ведь не дружили! Так, разговоры на бегу..
— Из разговоров на бегу можно многое извлечь. Вот вы сказали – друзья, речка..
— Ну, это просто картинка такая, – рассмеялась Лена. – Как дети в школе рисуют!
— Замечательная картинка! – подхватила Лидия Рушановна. – Что еще на ней было бы нарисовано?
— Не знаю.. Несколько лет прошло! К тому же у меня память плохая, честное слово. Меня даже на работе за это ругают.
Бабкин понял, что пора подключаться.
— Лена, а где происходил ваш разговор в пятницу? Я имею в виду, где вы были? В столовой, в курилке?
— Я не курю, – строго сказала она. – Нет, это было возле лифта, на первом.. Я как раз собиралась подниматься вверх, а Гриша только сбежал по лестнице. У нас лестница рядом с лифтом.. Да вы видели.
— У вас в руках что-то было?
— Папки с документами. Тяжелые! У нас архив на первом.
Бабкин подсел поближе.
— Значит, вы с папками, руки у вас заняты.. А кто нажал кнопку лифта?
— Гриша и нажал, – обрадовалась Лена. – Он увидел меня и сказал что-то вроде: «Привет трудящимся!» Спросил, куда я потащу свой груз, и вызвал лифт. Предложил и документы донести, но я сказала, что справлюсь. Пока мы ждали лифт, перекинулись парой слов.
— Покажите, пожалуйста, как вы держали папки, – попросил Сергей.
Девушка взглянула на Тарбееву.
— Это позволит вам лучше вспомнить давнюю беседу, – пояснила та. – Физическая память тела очень помогает в таких случаях.
Лена скептически усмехнулась, но все-таки согнула руки в локтях, будто готовилась, что сверху на них водрузят поднос. «Гипнотизера бы мне хорошего, – подумал Бабкин. – Покачал бы у нашей белочки золотыми часиками перед носиком, погрузил в сон и вытащил бы из ее рыжей головушки все до единой подробности. А нам приходится самим, понимаешь, клещами..»
— Привет трудящимся! – негромко сказал он.
— Кто трудится, а кто сачкует, – насмешливо отозвалась Лена. – Это мы так поддевали друг друга иногда. Руки можно опустить?
— Рано, – сказал Бабкин. – А что Григорий ответил?
— Что не сачкует, а едет на заслуженный отдых. Каких-то три часа автобусом – и речка, банька, кореша..
— Банька, надо думать, в деревне? – подала голос Тарбеева.
— Наверное.. – Она состроила озадаченную гримасу. – Точно, я сейчас вспомнила! Это была какая-то деревня! А способ-то ваш работает!
Развеселившись, Лена покрутила ладонями перед лицом.
— Это не способ работает, это вы исключительная умница, – одобрительно сказала Лидия Рушановна, и девушка зарделась.
«Не перехвалить, иначе отвлечется – и прощай, наша деревня черт знает где», – мысленно предостерег ее Сергей. Вслух спросил, о какой речке могла идти речь. О Волге, может быть?
— Ой, нет, не Волга, – твердо сказала она, но в следующую секунду спохватилась: – Не знаю, почему я так решила. Может быть, и Волга.. Или Вятка? Кажется, все-таки Вятка.. Я не уверена.
Он сверился с картой, пока Лидия Рушановна перехватила управление разговором. Господи, сколько их тут, этих деревень!
— Он на машине собирался ехать? – спрашивала меж тем его временная напарница, она же самоназначенное начальство.
— Автобусом, – без тени сомнения ответила Лена. – «Три часа трястись автобусом», – вот как он сказал, а я еще подколола его, мол, такой хороший шофер – и без своей тачки. А он как раз старую продал, новую купить не успел.
— Почему не на такси? – удивилась Тарбеева.
— Что вы! Дорого! А так-то сел – и по дороге, по дороге, через поле, глядишь в окно да музыку слушаешь..
— Гриша слушал музыку? – уцепилась Тарбеева.
Лена смутилась.
— Нет.. Это я слушаю..
Бабкин отложил бесполезную карту.
Каких-то три часа автобусом – и речка, банька, кореша.. Назвал ли Богун деревню?
Можно, конечно, воткнуть иглу циркуля в автобусную станцию на карте, подсчитать, какое расстояние проходит рейсовый автобус за три часа, и начертить круг. Заложить запас в десять-двадцать километров и в этом кругу перебирать все населенные пункты, возле которых есть хоть подобие речушки или озера.
Даже не сверяясь с картой, Бабкин подозревал, что на это уйдет две недели. А главное, способ не отличался точностью.
— Лена, вы помните, о чем подумали, когда Григорий сказал о деревне и корешах?
— Ну, об отпуске.. Что мне еще до вечера пахать и пахать..
— А еще о чем?
— Что купальник надо купить, – шепотом созналась девушка. Бабкин сделал вид, что не слышит, погруженный в свои изыскания.
— Купальник, да.. – Лидия Рушановна задумчиво покивала. – А после купальника о чем вы подумали?
— О Грузии..
— Почему о Грузии?
— Даже не знаю.. Там хорошо, наверное. Тепло, фрукты.. Про бабушку вспомнила, у бабушки на стене висела..
Она осеклась, уставившись перед собой.
«Вот оно», – мысленно сказал Сергей. Тарбеева догадалась, что происходит, и тоже молчала, даже не смотрела на девушку, просто знай себе помешивала остывший кофе, стараясь не звенеть ложечкой.
— Чеканка, – выдохнула Лена. – У бабушки в ее комнате висело настенное панно, девушка с кувшином. Я очень любила разглядывать ее, когда была маленькой. И в Грузии тоже – чеканка! Это как-то связано с Гришиной поездкой..
Глаза ее забегали, словно перед ней мелькали невидимые строчки. Лицо приобрело то отчаянное, напряженное выражение, какое бывает у посетителей продуктовых, пытающихся вспомнить последний пункт из списка, без которого остальные покупки не имеют смысла.
Сергей не стал наблюдать за этой борьбой. Он увеличил карту и медленно начал сдвигать ее вниз, следуя за течением Вятки, не пропуская ни одного населенного пункта и проговаривая про себя названия.
Савали. Малмыж. Пахотная, Калинино, Мари-Малмыж. Алпай. Старый Бурец, Новый Бурец. Усть-Чекан..
— Усть-Чекан, – вслух сказал он.
— Да! – выкрикнула Лена в полный голос и вскочила, словно на ее глазах любимая команда забила гол. К ним обернулись встревоженные официантки. – Да! Точно! Усть-Чекан! – Она упала на стул и перевела дух. – Фффух! Господи, у меня чуть мозги не вскипели! Усть-Чекан! Как я могла забыть! Туда Григорий и поехал!
Бабкин проложил расстояние до вокзала и убедился, что есть прямой автобус и маршрут до Усть-Чекана занимает два часа сорок пять минут.