Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 40 из 131

— Он вышел в парк и затерялся среди гуляющих. Вечером там кого только нет! Он же практически был в униформе: джинсы, толстовка с капюшоном. Мы над этим работаем, конечно, – спохватился он. – Но ресурсы не безграничны..

«И то, что удобно списать на ограбление, будет списано на ограбление», – мысленно закончил Макар.

— Что было найдено при Юренцове? – по наитию спросил он и второй раз за вечер поймал на себе внимательный взгляд следователя.

Тот помолчал, отпил пиво, очевидно, взвешивая, стоит ли делиться информацией.

— Обоюдоострый нож, – наконец сказал он. – Нестандартного размера, в магазине такой не купишь. Ручная работа, и по закону носить с собой такие вещи – ну, чревато.. Лежал у него в ножнах, воспользоваться им Юренцов не успел: его сразу оглушили ударом.

— Ударов, надо думать, было много, – рассеянно поправил Макар. – Убийца был в ярости. Это не ограбление, Алексей Борисович, это попытка заткнуть рот человеку, который понял, с кем он общается, и, кроме того, осмелился испоганить книгу косвенным указанием на убийцу.

— «Эти истории придумал не я»? – воспроизвел следователь и усмехнулся. – Косвенное – слабое слово.

— Однако убийце этого было достаточно, – сказал Илюшин. – Алексей Борисович, вы проверите прошлое Юренцова? Оно подтвердит мое предположение.

На лице Истрика явственно отразилось, что нужно отличать предположения от навязчивого бреда, однако он нехотя согласился.

Они провели в баре еще пятнадцать минут. Макар пытался добыть хоть какие-то зацепки. Следователь отвечал, но сам любопытства не проявлял. Правда, он записал имя погибшего юриста и согласился взять распечатку с описанием «спасений» из «Песен ангелов», однако Илюшин видел, что это сделано по привычке не терять никаких сведений, даже самых, на первый взгляд, бесполезных.

Они расстались, взаимно недовольные друг другом.

На следующее утро телефонный звонок оторвал Илюшина от завтрака.

— Макар Андреевич, сожалею, если разбудил. – В невыразительном голосе следователя не звучало ни следа сожалений. – Не затруднит ли вас подъехать?