Страница 123 из 131
В горло хлынула жизнь. Я дышала, дышала, дышала, не обращая внимания на боль. Темнота понемногу рассеялась, будто туман, и открылась та же картина: улица, фонари.. Но контуры расплывались, и я зажмурилась.
Стало только хуже.
Сердце колотилось в груди так, что толчки отдавали в шею и виски. Горло нещадно драла боль, какая бывает при острой ангине. Не глотнуть. Не выговорить ни слова. Воздух выходил из меня с омерзительным присвистом, как из дырявой шины, и почему-то жутко болел локоть.
— Дышит? – спросили в стороне.
— Дышит. Сама.
Я снова открыла глаза. Лишь теперь стало ясно, что картина вокруг не в точности такая же, какой была до того, как все случилось. В ней произошли изменения.
Богун лежал в десяти шагах, лицом вниз, и мычал. Он в буквальном смысле ел землю: я видела траву и черно-серые крупинки у него на губах. Шея вывернута, и один выкаченный глаз бешено смотрит на меня.
Верхом на нем сидел Кристинин хирург.
Обе руки Григория были вывернуты назад и скованы наручниками.
Имя хирурга я не смогла вспомнить с первой попытки. Василий? Нет, Сергей.
Его ладонь давила на затылок Богуна. Я поняла, почему рот у Гриши набит землей.
— За шею не хватайтесь, пожалуйста, – сказал человек, сидевший передо мной. – Он мог вам что-то сломать.. Прикройте глаза, если понимаете меня.
— Я.. и словами.. могу..
— Скорую вызвали, полицию тоже. – Он вдруг подался вперед и растер мне уши. Я сидела оцепенев, чувствуя, как врезаются в спину доски, к которым он меня прислонил. – Не беспокойтесь, все позади. Вам помогут.
— Скорая.. два часа..
— А я тебе говорил, – громко сказал Сергей. – Это Подмосковье. Сюда врачи редко заглядывают. Ты оторван от реального мира, как фея.
— Где.. Илюша..
— Что? – изумился парень.
— Илья..
— А! Илья – это сын? – спросил он, отвернувшись к хирургу.
— Муж. Давай сгоняй за мужем, только не удивляйся, если она тебе лицо расцарапает. Держись от нее подальше.
В первую секунду я опешила, решив, что они обсуждают меня. Но парень вновь обернулся ко мне.
Зрение почти восстановилось, и даже в темноте я видела, что у него очень светлые серые глаза с четкой линией вокруг радужки, будто обведенной черным линером. На какую-то секунду мне показалось, что они светятся в темноте, как у того котенка, которого мы искали..
— Котенок.. Здесь.. Он прячется..
..искали, до того как Гриша сошел с ума.
— Не было здесь никакого котенка, – с сожалением сказал парень. – Человек, которого вы знаете под именем Григория Богуна, заманил вас сюда, чтобы задушить и спрятать тело на стройке. Как ты полагаешь, Серега? На стройке? Я прав?
— Я полагаю, что твоя тощая задница должна быть в двухстах метрах отсюда. Тащи этого Илью.
— Наш герой не вырвется? – Парень кивнул на Богуна.
Вместо ответа Сергей негромко рассмеялся. Нехороший это был смех. Богун задергался сильнее.
— Постойте.. – Горло драло ничуть не меньше, но я упрямо прорывалась сквозь боль. Смысл сказанного доходил до меня с большой задержкой. За одну фразу я все-таки сумела зацепиться. – Этот человек.. Почему он.. меня..
Парень положил ладонь мне на плечо, и я замолчала.
— Не надо ее волновать, и так намучилась, – вмешался Сергей.
— Я.. нет! Я хочу знать..
— Имеет право, – бросил парень в сторону хирурга и повернулся ко мне. – Этот мужчина – родной сын Людмилы Головановой, которую вы, кажется, зовете Люсей.