Страница 132 из 186
Как жены бывших военных командиров и нынешних писателей мемуаров, они быстренько навели порядок во вверенном им хозяйстве: мужей за руку отвели по домам, вместе напекли пирогов и наготовили вкусняшек, что так любили их мужья (ржаной хлеб – с тонюсенькими холодными кусочками сала, с чесночком да с перчиком – присутствовал), салатиков, курочку на горячее – за давностью лет их общения и вкусы их стали одинаковыми.
Позвали мужей к общему столу.
Дело происходило в квартире у Иван Иваныча. Он прошел за стол, осмотрелся, покрутил носом, увидел свое любимое лакомство с ржаным хлебом и салом и размяк. Сел на старенький стул и стал делать вид, что такие угощения его вряд ли интересуют.
В это время подошел Борис Борисыч. Осмотрев стол, он остался очень доволен, потому что увидел свои любимые яства: винегрет, студень, пироги и, конечно, всякие салатики.
Вкусы-то у бывших друзей были схожи. Только из упрямства они друг другу козни строили: то машина не того цвета-марки, то одет не так, то молодежь учит не тому. Так могло продолжаться до бесконечности – не будь у них умных жен.
В общем, собрались они за нарядным, почти праздничным столом. Жены потчуют, каждая – чужого мужа (такая договоренность была, да и правило гостеприимства: сначала гостю, потом себе). Отведали их мужья блюд любимых, да под настоечку на перегородках грецких орехов, и вроде оттаивать начали.
– А давайте-ка, любезный Иван Иваныч, за наших жен-красавиц поднимем бокал! – Борис Борисыч был в ударе.
– Да я всегда поддержу такой тост замечательный! – откликнулся Иван Иваныч.
– Ну, за жен! – хором произнесли мужчины и выпили.
Жены их поддержали. И покатилось застолье, как в старые добрые времена. И не прозвучало ни одного упрека или обидного слова. Только в какой-то момент Иваныч спросил:
– Слышь, Борисыч, а что ж мы с тобой столько времени-то упустили? Когда не общались.
– Да нелегкая попутала, Иваныч. Если б я знал из-за чего…
А жены сидели и улыбались, глядя на своих таких возрастных, но по-мальчишески задиристых мужей.