Лягушачий король

— Это я лучше тебя знаю! А все почему? Потому что поверили этой стерве, его жене! Она обвела их вокруг пальца – вот так! – Анна выставила средний палец в непристойном жесте. – Подбила семью подружайки своей, чтобы подтвердили, будто она была с ними. Да черта с два!

— Но ведь были свидетели, – кротко возразил Илюшин. – Ее видели, когда она выходила из соседнего дома. Это было через час после убийства Дмитрия. А пришла она туда за сорок минут до него.

— Это она так сказала!

— Да, это ее показания, – согласился Илюшин. – И свидетелей.

Анна с презрительной гримасой выпустила дым.

— Они подкуплены все, ты чего! Им по косарю на рыло сунул – они тебе поклянутся, что видели Брежнева в трамвае живого и невредимого! А ты студентик, что ли? – вдруг заподозрила она. – Курсовую, что ли, пишешь?

— Я частный детектив. Показать еще раз удостоверение?

— Я тебе таких бумажек дюжину на коленке могу нарисовать!

— Ну, я не студент. Я действительно пытаюсь разобраться, кто убил Шеломова.

— Тогда арестовывай его жену! – запальчиво выкрикнула Анна и с силой размяла сигарету в пепельнице. – Иначе от ваших расследований никакого толку! Чего она тебе наговорила?

Илюшин покачал головой:

— Я с ней не встречался.

— Она меня даже на похороны не пустила. – Анна закурила вторую сигарету. – Ты прикинь, а? Я хотела, может, по-человечески попрощаться, в сторонке постоять.. А она.. А чего я такого ей сделала? Ей бы радоваться, что ее мужу со мной было хорошо! Упокой Господь.. – Она перекрестилась. – Она ведь ему жизни не давала! Больше всего ее бесило, что он хотел ее бросить. Ведь почти ушел, Димка-то! Через неделю, говорил, Анютик, вещи соберу – и уже у тебя. Видеть, говорил, не могу больше эту рожу! Вот она его и убила, чтобы не отпускать.

Илюшин солгал, сказав, что не встречался с женой Шеломова. Он разговаривал накануне с этой немолодой полнотелой женщиной, от которой пахло домашней едой и уютом. Говорили они на лестничной клетке, и несколько раз на протяжении их беседы из-за двери напротив высовывался сосед, одетый на удивление щегольски: в брюки и рубашку с безрукавкой. Безрукавочник зыркал на Макара ревниво, словно тот мог увести вдову Шеломова за собой, как слониху, поманив морковкой. Илюшину такой тип женщин был хорошо знаком. Заботливая, хозяйственная баба из тех, у кого печь всегда натоплена, огород вспахан, земля родит, а куры несутся. Он мог поклясться, что по доброй воле штукатур ее не бросил бы. «Беспокоиться следовало бы не Шеломовой, а ее мужу, – подумал Макар. – Не просто так сосед щеголяет в выглаженных брюках вместо треников».

— Значит, Дмитрий хотел уйти от жены, – задумчиво проговорил он.

Анна ожесточенно закивала.

— Тяжело, наверное, было ждать, пока он решится, – так же сочувственно, будто размышляя вслух, продолжил Илюшин.

— А я все равно знала, что он будет мой! – болезненно вскинулась она. – Со дня на день хотел уйти от нее! Только она к нему присосалась, как пиявка, – не так-то просто было сбросить! Жирная, противная – фу!..

— Вы хотели помочь Дмитрию, – понимающе кивнул Илюшин.

— Вот именно! Помочь хотела! Я бы все для него.. – Она сухо всхлипнула и потянулась за новой сигаретой.

— Мужчины редко могут понять, какую игру ведут вокруг них жены..

Илюшин шел напролом, но ему нужно было услышать подтверждение от этой женщины.

— Да дураки вы все, что уж говорить! – в сердцах бросила она. – Вроде объясняешь-объясняешь, а как дойдет до дела – ему опять задурили голову. Я уж и так ему, и эдак.. А Дима вернется домой, эта корова начнет ныть, он и размякает. Не понимал, что она им вертит, как хочет. Думаешь, она из-за него старалась? Просто не хотела другой его отдавать! Проигрывать не желала! Психология! Я книжки читала. – Она кивнула на полку над столом, где рядом с диффенбахией лежали стопкой «Рожденная желать», «Будь в плюсе» и автобиография Мэй Маск. – Когда поняла, что проиграет, тогда убила Диму. Чтобы он никому не доставался.

— Правдоподобно, – согласился Макар. – Я только одного не понимаю. Откуда она могла знать, что ее муж полюбил другую?

Анна многозначительно усмехнулась.

— Женщина такие вещи чувствует!

— Не каждая, – возразил Илюшин. – Разве Дмитрий ей признавался?

Она замялась.

— Ему жалко ее было, – нехотя сказала она.

— Не признавался, значит. Тогда откуда она могла узнать?

Анна смотрела на него, забыв про тлеющую в пальцах сигарету, и выругалась, когда обожгла пальцы. Илюшин загнал ее в ловушку. Если она хотела убедить его в причастности Шеломовой к убийству, ей нужно было доказать, что та знала о романе мужа.

— Ну если мужчина возвращается домой, а у него на рубашке губная помада, это что, непонятно, что ли? – не выдержала она. – В курсе она была! Пусть не притворяется!

— Помада – это убедительно..

— ..А если от него духами несет! Где это он на стройке духи-то женские подцепил?

— Духами? – переспросил Макар.

— А чего такого! – Она вошла в раж. – На войне, как говорится, все средства хороши! Я ему добра хотела. Чтобы не кис со своей толстухой!

— Поэтому вы обрызгали Шеломова своими духами, – сказал Илюшин. – Чтобы жена учуяла аромат, устроила скандал и выставила его. Тогда он наконец-то ушел бы к вам.

Видимо, голос его все-таки прозвучал странно, несмотря на все старания, потому что женщина притихла.

— Ну, не то чтобы так уж.. – без прежнего напора сказала она. – Мы с ним поссорились перед его уходом. Я взяла да в шутку попшикала на него. В шутку! Просто так! А чего он мне мозги крутить решил! – Анна снова начала распаляться. – То «кисуля-люблю-не-могу», то «извини, я пошел к жене»! Да катись ты тогда!

Она пнула соседнюю табуретку. Макар поймал ее и отодвинул в сторону.

— Что это были за духи?

— Теперь-то какая разница? Мои духи! Обычные!

Он молча смотрел на нее, и под этим взглядом Анна отчего-то поднялась, ворча себе под нос, что не нанималась тут.. может, еще белье тебе показать.. любопытные все такие, слов нет.. Прошла в комнату и вернулась с флаконом.

Это была дешевая туалетная вода в кричаще-розовом пузырьке под желтой пластиковой крышкой. Женщина настороженно наблюдала, как сыщик снимает крышку и принюхивается.

Он на секунду закрыл глаза. Мощная химическая сладость и яблоко.. Плоский, вульгарный запах, похожий на туалетный освежитель. Ничего общего с тем, который ему доставили сегодня в пять утра.

— Клевый, да? – сказала Анна. – Я тебе точно говорю: жена учуяла, что от него чужой бабой пахнет. И ударила его. Кулаком.

— Камнем.