Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 77 из 167

Глава 12. Никита

В классе русского языка повисла такая тишина, что, казалось, можно было услышать, как падают пылинки. Мы с Егором уже расположились за партой, когда учительница огорошила нас новостью о внезапном диктанте. Возмущение прокатилось по классу волной стонов и недовольных реплик. Пока учительница спешила в учительскую за забытым журналом, Егор решил воспользоваться моментом и вытянуть из меня правду.

– Ну, рассказывай, что у тебя с этой девчонкой? – он повернулся ко мне, прожигая взглядом.

– Я тебе уже говорил, ничего у меня с Полей нет, – ответил я, чувствуя, как нарастает раздражение.

– Поля? – Егор усмехнулся. – Судя по тому, как ты произносишь её имя, ясно, что она тебе небезразлична.

– Господи… – я тяжело вздохнул, прикрыв глаза. – Упёртый баран.

– Какой есть, – пожал он плечами, а потом Егор наклонился ближе. – Но то, что эти сволочи к Полине приставали, это уже перебор. Теперь тебе надо быть на чеку, а то вдруг Стас что-то замышляет…

– Лучше пусть на меня переключится, чем на неё.

– Ты что, мазохист? – Егор посмотрел на меня с беспокойством.

В класс вернулась учительница и громко объявила:

– Так, все приготовили тетради! Начинаем диктант.

Я сосредоточился на тексте, выводя буквы в своей тетради. Слышал, как Егор что-то бубнил себе под нос. Похоже, он не успевал за темпом учителя. Кто-то из класса просил повторить предложение, а с задних парт доносились приглушенные смешки. За окном зарядил дождь, капли которого барабанили по стеклу, создавая сонливую атмосферу.

Звонок прозвенел, и все дружно выдохнули с облегчением. Перед тем как выйти из класса, мы с Егором отдали учителю свои тетради. Я толкнул соседа по парте легонько локтем в бок.

– Ну что, как диктант? – спросил я.

– Да как обычно, – Егор отмахнулся. – Наверняка кучу ошибок сделал.

Мы вышли в коридор, где уже толпились ученики, галдя что-то о своём. В воздухе витал запах столовской еды, смешанный с приторным ароматом девчачьего парфюма. Следующим уроком у нас должен был быть английский, но когда мы подошли к кабинету, нас оглушил крик одноклассника:

– Стойте! Ребята 11 «Б», английского не будет!

Егор тут же спросил:

– А что случилось?

– Англичанка заболела, – ответил тот. – Вместо неё будет физкультура. Александр Александрович ждёт нас в спортзале. Бегом туда!

Мы с Егором обменялись недоуменными взглядами, пожали плечами и пошли за остальными. В раздевалке царила суматоха, все спешили переодеться в спортивную форму, так как мы опаздывали на урок. Когда мы вошли в зал, то увидели там 11 «А».

– Ну, звиздец, приплыли… – пробормотал Егор, глядя на наших «друзей».

На скамейке сидел Булатов, окружённый своими прихвостнями. Они что-то оживлённо обсуждали. Заметив меня и Егора, Стас одарил нас хищной ухмылкой. Встав со скамьи, он громко произнёс:

– Белоснежка, какая встреча! Сама судьба нас сводит, не находишь?

Я бросил на Стаса злобный взгляд. Окинув взглядом зал, я увидел Полину, стоящую в стороне.

«С ней всё хорошо, и это главное…»

В этот момент зашёл физрук и, повысив голос, скомандовал:

– Всем построиться в одну линию. Быстро!

Мы моментально выстроились. После того, как он проверил присутствующих, последовала следующая команда:

– Разделитесь на пары и начинайте упражнение на пресс!

Егор тут же подошёл ко мне, и вопрос о том, кто будет моим напарником, отпал сам собой.

– Ну что, Кит, кто первый? – весело спросил он.

Но тут меня кто-то дёрнул за край футболки. Обернувшись, я увидел Полю. Она смотрела на меня с улыбкой, но в глазах у неё читалась грусть.

– Давай будем в паре?

Я замялся. Если встану с ней, мы окажемся прямо под прицелом Стаса, а это наверняка спровоцирует его на какую-нибудь подлость. Вариант так себе.

– Мне больше не с кем встать в пару, – тихо сказала она, опустив глаза.

– Он согласен, – вмешался Егор и, подмигнув мне, отправился искать себе напарника.

С одной стороны, я понимал, что отказать Поле было бы подло, ведь она, возможно, искала во мне поддержку. С другой стороны, знал, на что способен Стас, особенно когда дело касалось того, кто приближался к его «добыче».

– Ладно, идем, – вздохнул я, продолжая наблюдать за Стасом.

Поля благодарно улыбнулась и заняла позицию напротив меня. Я опустился на пол, готовясь держать её ноги. Чтобы не думать о прожигающем взгляде Стаса, который чувствовал на своей спине, я постарался сосредоточиться на упражнении и счете. Физрук ходил между рядами, поправляя технику или подгоняя тех, кто отставал. Но Булатов, скрестив руки на груди, вместе со своими дружками встал прямо над нами.

– Белоснежка, что за нежности? – раздался над головой елейный голос Стаса.

Я сжал челюсти, наблюдая, как Полина продолжает выполнять упражнение.

– Может, тебе помочь, Белоснежка? Полина не обидится. Правда, котёнок? Ты же у нас такая любвеобильная, – он наклонился к Поле, и во мне закипела ярость.

– Не трогай её, – прошипел я, поднимаясь с пола.

Стас выпрямился и, наклоняясь ко мне ближе, прорычал:

– А что ты мне сделаешь, Белоснежка? В морду дашь?

Полина тут же встала, подошла вплотную к Стасу, глядя на него испепеляющим взглядом.

– Булатов, убирайся отсюда по-хорошему, – её голос был полон ненависти.

Свисток физрука прорезал гул спортзала. Александр Александрович объявил, что сейчас можно поиграть в баскетбол. Поля с недовольным видом направилась к скамье. Было видно, что она не собирается участвовать в игре. Когда ко мне подбежал Егор, чтобы что-то сказать, он стал свидетелем неприятной картины. Мяч, выпущенный чьей-то рукой, прилетел мне прямо в нос. Боль вспыхнула, как фейерверк. Сквозь искры из глаз я посмотрел на Стаса. Его лицо растянулось в самодовольной улыбке.

– Чёрт! – выругался Егор. – Этот придурок тебе нос разбил!

Мой товарищ бросил недовольный взгляд на моих обидчиков, а я тем временем пытался вытереть краем своей футболки кровь с носа. Физрук, нахмурив брови, отчитал Булатова за якобы «неловкий» бросок.

– Я случайно, Сан Саныч! – прозвучал ответ Стаса.

«Случайно? Ага, как же…»

Полина мгновенно подбежала ко мне и стала осматривать мой нос.

– Сильно больно? – прошептала она.

– Полина, не надо, – раздражённо отмахнул я её руку от себя. – Только хуже делаешь.