Страница 56 из 167
– Ты, кажется, ещё не отошла после вчерашнего, – ответил я, пытаясь скрыть своё замешательство.
– Да брось, – Машка хитро прищурилась. – Ты явно произвёл впечатление на эту Полину. Я же вижу.
– Впечатление? – переспросил я.
– Ну да, Никит! А что тут такого? Я тут уже второй месяц пытаюсь добиться искры внимания от тебя, а ты всё на своей кухне пропадаешь. А тут появилась эта девушка, и ты сразу взбеленился.
– Да она меня просто бесит! – выпалил я, не понимая, почему так резко отреагировал на слова Машки.
– Не-е-ет, – протянула Машка. – Это всё потому, что она тоже тебе понравилась.
– Что за бред?! Иди лучше вон… за кассу!
Машка, смеясь, выскользнула из кухни. Я же, оставшись в тишине, занялся приготовлением чая. На поднос аккуратно поставил маленький чайник, две чашки, а потом, немного помедлив, отрезал кусочек торта для Полины. Поднимая поднос, я вдруг поймал себя на мысли, что мне доставляет какое-то особое удовольствие эта маленькая возможность побыть наедине с девчонкой.
«Что за чертовщина?»
Встав как вкопанный с подносом в руках, посмотрел на кусок торта. Я… радуюсь? Да быть не может! Она раздражала меня добротой, своей жалостью, своим… присутствием. Я поставил поднос на стол и устало потёр лицо руками. Если Полина меня так раздражает, то почему я отрезал ей торт? Ещё и Машка со своими дурацкими вопросами сбивает с толку. Чёрт! Я снова взглянул на поднос. Чайник. Две чашки. Торт. Это же было похоже… на свидание? Нет, бред какой-то.
Я просто хотел быть вежливым с клиентом. Вот и всё. С самого детства мама мне вбила одно правило: вежливость – залог успеха! До сих пор помню её слова:
«Сынок, запомни! Будь любезен с покупателями. Люди и так погрязли в суете и рутине, а заходя в нашу кондитерскую, они должны получить внимание. Для них это как эмоциональная разгрузка, а для нас – постоянные клиенты. И, следовательно, прибыль. Всё просто».
Поэтому-то я и предложил девушке чай, это был всего лишь жест доброй воли. Ответ был очевиден. Я не запал на эту девчонку, и моя напарница зря строила свои догадки. Просто вежливость, и ничего больше.
Взяв поднос, я направился обратно в зал. Полина сидела за столиком у окна. Она повернула голову, наши взгляды встретились, и на её лице расцвела счастливая улыбка. Разложив всё с подноса, я поставил его на соседний столик, а затем отправился за каталогом с фотографиями тортов. Не то чтобы я испытывал волнение, но находиться рядом с Полиной было как-то непривычно, что ли.
– Можешь взглянуть, – я пододвинул каталог к девчонке, а затем открыл его. – У нас большой ассортимент. От классических бисквитов до экзотических муссовых.
Полина приоткрыла рот в удивлении и стала пролистывать страницы, внимательно их изучая.
– Они все такие красивые, – она посмотрела на меня завороженным взглядом и вернулась обратно к каталогу.
– Как видишь, с начинками тоже большое разнообразие, – я внимательно смотрел на неё. – Но чтобы выбрать идеальный торт, нужно знать, что конкретно нравится твоей маме.
Полина перестала пролистывать каталог, задумчиво закусила губу и посмотрела на меня с некоторой растерянностью.
– Она… Она, – начала Полина, но не могла подобрать слова.
– Так… Давай начнем с простого. Что нравится твоей маме? – решил я ей помочь, чтобы не затягивать процесс.
– Мама любит клубнику, а ещё розы.
«Уже хоть что-то».
– Она предпочитает лёгкие десерты, не слишком сладкие, – добавила Полина.
– А какие цвета ей нравятся? – уточнил я. – Ну, может, у неё есть конкретный цвет?
– Розовый и белый, – она выпалила, не задумываясь.
Из небольшого опроса получилось следующее: клубника, розы, лёгкость, в меру сладкое. Да ещё и цвета нежные. Идеально! В голове уже начали складываться первые образы торта.
– Тогда, – я отложил каталог в сторону и скрестил руки на груди. – У меня есть предложение.
Полина замерла, глядя с широко раскрытыми глазами.
– Эм, и какое?
– Как насчет торта в виде корзиночки с розами?
– Но… разве такое возможно?
– Возможно, – я улыбнулся.
«
Более того, я сам его сделаю. Мне интересно, что из этого выйдет
».
– Значит, основа будет из легкого бисквита, пропитанного клубничным сиропом. Внутри сделаем нежный мусс из маскарпоне и добавим кусочки свежей клубники. Сверху – розы из крема, розовые и белые, а ещё украсим съедобным жемчугом для блеска.
Закончив делиться своей идеей, я перевел взгляд на девчонку. Её глаза ещё больше раскрылись в удивлении.
– Это… Это звучит потрясающе! Ей точно понравится!
Полина улыбнулась. Эта улыбка была такой искренней и светлой, что на мгновение я засмотрелся на неё. Мы одновременно встрепенулись от раздающейся мелодии вызова. Девушка, опомнившись, потянулась к рюкзаку, который всё это время лежал возле её ног. Пошарив рукой внутри, она выудила телефон, который приложила к своему уху. Спустя несколько коротких фраз её лицо изменилось. Полина вскочила, резко застегивая рюкзак.
– Блин, уже бегу! Почти на месте, собираюсь! – считай, протараторила она в трубку.
Потом, с виноватой улыбкой, посмотрела на меня и протянула купюру.
– За чай и вкусный кусочек торта.
– Не стоит, – отмахнулся я.
Застегнув куртку наспех, Полина на ходу закинула рюкзак на плечо и пробормотала себе под нос:
– Вот же засада! Как всегда, в неподходящий момент!
Время пролетело незаметно, пока я сидел, наблюдая, как Полина спешно собирается уходить из кондитерской. Перед самой дверью она обернулась, и её лицо озарила улыбка.
– Никит! Спасибо! – крикнула он. – Позже всё обсудим!
Я вздохнул, убрал посуду и отнёс поднос на кухню. Полина исчезла так же внезапно, как и появилась, словно птичка, выпорхнувшая из клетки. Пора заканчивать свои дела и отправляться домой.
А завтра…
Завтра снова в школу. Снова этот ад, который сам для себя создал. Я знал, что меня ждёт там. Насмешки. Ухмылки одноклассников. Издевательства. И привычная злость. На них. На отца. На себя. Это отвратительное чувство, которое не отпускает. Иногда я думаю, стоило ли это всего? Может, пора вернуться к себе прежнему, к настоящему Никите, который мог дать отпор и постоять за себя.
Неужели я так запутался?