Страница 38 из 167
Время на катке пролетело незаметно. Мы смеялись, скользили, падали и снова поднимались. Лёд, который раньше казался таким пугающим, теперь ощущался совсем иначе. Когда мы уже собирались уходить, я почувствовала резкий толчок в спину. Какой-то мальчишка, потеряв равновесие, сбил меня с ног, и я, не успев среагировать, полетела прямо на Никиту. Он, видимо, тоже не ожидал такого поворота событий и не смог меня подхватить. Я зажмурилась, готовясь к неизбежному падению. Но вместо боли почувствовала что-то мягкое. Открыв глаза, я увидела, что лежу прямо на Никите. Наши взгляды встретились, и я, немного смутившись, попыталась поправить его съехавшую шапку. Но он мягко перехватил мою руку за запястье.
А дальше… Всё произошло словно в замедленной съемке. Я наклонилась вперёд, и наши губы встретились. Вокруг продолжали звучать голоса, смех, стук коньков, но я ничего этого не слышала. Поцелуй был таким нежным и одновременно страстным, что все мысли разом улетучились. Никита обнял меня за талию, прижимая ближе. Я нежно коснулась его щеки, проводя по ней большим пальцем. Никита легонько прикусил мою нижнюю губу, словно пробуя на вкус, потом нежно сжал её между своими губами, и снова повторил это дразнящее покусывание.
Когда его язык смело скользнул в мой рот, я замерла, ощущая его тепло, его влажность, его нежное, но настойчивое исследование. Бабочки в животе не просто порхали, они взмывали ввысь, кружась в безумном танце. Его пальцы, крепко, но с удивительной нежностью сжимавшие мою талию, притягивали меня ещё ближе, стирая последние остатки пространства между нами. Когда мы наконец отстранились, мир вокруг казался немного размытым, а голова слегка кружилась. Никита прикоснулся своим носом к моему, и я невольно улыбнулась.
– Прости, – выдохнула я, всё ещё охваченная этим моментом.
– За что? – прошептал он в ответ.
– Я просто… – начала я, но слова застряли в горле.
– Просто? – повторил Никита.
– Не смогла удержаться, – наконец вымолвила я.
Никита улыбнулся. Этот поцелуй, казалось, открыл дверь в мир, о котором я раньше даже не осмеливалась мечтать.
– Я тоже, – тихо сказал он, и его голос был полон нежности. – Я тоже не смог удержаться.
Эти слова согрели меня, как тёплый солнечный луч в холодный день. Никита помог мне подняться. Моё сердце колотилось как сумасшедшее. Затем он, всё ещё держа меня за руку, медленно повёл к выходу с катка. На улице уже сгустились сумерки, а снег тихо падал, укутывая город в белоснежное одеяло. Воздух был морозным и чистым, но я совершенно не чувствовала холода. Внутри меня пылал огонь, зажжённый этим неожиданным поцелуем.
Никита завёл машину, чтобы она прогрелась, но прежде чем мы тронулись, он обернулся и потянулся за рюкзаком на заднем сиденье. Достав оттуда небольшой термос и две кружки, он протянул их мне. Я взяла их, ожидая, когда они наполнятся ароматным чаем. Никита забрал одну кружку себе и сделал глоток.
– Открой бардачок, – попросил он меня.
Потянув за ручку, я увидела нечто неожиданное. Среди бумаг и прочих автомобильных мелочей лежали шоколадные батончики на любой вкус: «Сникерс», «Твикс», «Баунти», «Марс» и даже мой любимый «Тоблерон». Я перевела на него изумлённый взгляд.
– Так ты сладкоежка? – спросила я, протягивая ему «Сникерс» с лесным орехом. Мне показалось, что он любит его больше всего.
– Я не знал, что именно тебе нравится, – ответил он, принимая батончик.
– И поэтому решил скупить все сладости в магазине? – с улыбкой поинтересовалась я.
– Что-то вроде того, – ответил Никита, устраивая кружку в подстаканнике и разворачивая батончик. – Ну так что, есть что-нибудь тебе по душе?
– Обожаю этот шоколад, – я подняла «Тоблерон» и помахала им в воздухе.
Отломив аппетитный треугольничек, я поднесла его к губам. Глоток ароматного чая, и вот уже сладость разливается по телу, даря наслаждение. Когда наши чашки опустели, мы плавно тронулись, устремляясь по заснеженной дороге. Вечер, проведенный вместе, подходил к концу, и лёгкая грусть окутала душу. Я снова отломила кусочек шоколада, и в этот момент почувствовала на себе взгляд Никиты.
– Что? – спросила я, немного сбитая с толку.
– Ничего, – ответил он с улыбкой.
Странный он какой-то… Никита включил музыку, и салон наполнился тихой, приятной мелодией. Рядом с ним я чувствовала себя спокойно и уютно. Закрыв глаза, я позволила музыке и теплу окутать меня, желая продлить это мгновение безмятежности. Внезапно накатившая тревога омрачила радость. Скоро закончатся новогодние каникулы. Впереди снова учёба и неизбежные встречи с Булатовым… Неужели на этом наша сказка закончится?
«Может, спросить у него, что между нами происходит?»
Я почувствовала, как машина замедляет ход. Открыв глаза, я увидела, что мы подъезжаем к моему дому.
– Никита, – почти шепотом начала я, боясь разрушить эту хрупкую атмосферу.
Машина затихла, и я услышала, как он выключил зажигание.
– Да? – Никита повернулся ко мне. Его взгляд был одновременно мягким и… печальным.
– Мне… – я запнулась, собираясь с духом. – Что между нами происходит?
Тишина.
Никита всё прекрасно понимал, о чём я спрашивала. Я это видела по его глазам. За стеклом снежинки продолжали свой хаотичный танец.
«Пожалуйста, не говори, что все эти дни, наполненные волшебством, были ошибкой. Не говори, что все эти поцелуи ничего не значили для тебя…»
Сердце сжалось от боли. Сильно. Зря я начала этот разговор. Молча открыв дверь машины, я вышла наружу. Морозный воздух обжег щеки, по которым, как оказалось, текли слёзы. Я не услышала, как Никита вышел следом. Он схватил меня за руку, разворачивая лицом к себе. Но я не могла поднять голову. Не хотела, чтобы он видел мои слёзы.
Он не поймет.
– Ты действительно хочешь это знать? – спросил Никита, приподнимая мой подбородок. Его пальцы осторожно коснулись моих щёк, стирая влажные дорожки.
– Да, мне нужно знать, – прошептала я, глядя ему в глаза.
Он вздохнул ещё раз, словно собираясь с мыслями.
– Я… я не знаю, как это объяснить, – начал Никита, и тут я почувствовала, как внутри что-то надломилось. Надежда стала угасать. – Всё произошло так быстро.
Снежинки кружились вокруг нас, словно насмехаясь над моей растерянностью. «Всё произошло так быстро». Это предложение прозвучало из его уст как приговор. Я молчала, не в силах вымолвить ни слова.
– Поля, я не планировал… – Никита продолжил. – Не думал, что всё так далеко зайдёт.