Страница 186 из 209
Положила руку на живот, чувствуя подходящую панику. Бежать! Надо бежать! Но я отчего
стою и улыбаюсь.
Малыш! У нас с моим Хайденом будет малыш.
— Но господин, что мне с ними делать…
— Женишься и станешь счастливым отцом. Тебе понравилось на ней скакать, вот и будешь
наслаждаться гнильем, которое хотел мне подсунуть.
— Но я не хочу… Она же…
— Плевать я хотел, что ты хочешь. Она дочь герцогини и от нее еще может быть толк.
Уменьши дозу. Так проживет подольше. У нее сильная магия, продержит ее еще
достаточно. А мне нужна новая девка. Пока моя действующая женушка не издохла. Молись
всем богам, чтобы эта безвольная кукла родила дочь, и чтобы в той сохранилась и
кровь, и магия. Только это спасет тебя после того, как ты всё испортил!
— Но господин, это, возможно, даже не мой ребенок! И эта баба… в ней хорошего только
ещё худо-бедно красивое тело! Она мне уже надоела. Вы хотите, чтобы я с ней жил всю
жизнь?
В следующую секунду я услышала, что Хайден захрипел. Словно его пытаются душить.
— Сукин ты сын, чтобы я от тебя этого больше никогда не слышал. Ты забрал у меня
огромный кусок молодости, вот теперь плати своими годами. Я подарил тебе всё! Я же
легко это заберу. Точно так же, как и у Алана. Хочешь тоже сгнить в могиле? Уверен,
на той стороне тебя ждёт папаша, который захочет повторить всё то же самое, что
делал с тобой в детстве.
Они говорили о чем-то еще. Но мне было плевать. Понимала ли я вообще, что именно
услышала? Нет, едва ли. Я знала, что у меня будет ребенок. И мы с Хайденом станем
счастливыми родителями. А остальное… оно просто будто не существовало.
Помню, в ту ночь все же что-то случилось. Я не знаю почему. Но я просто пошла… Пошла
подальше. Мое тело как будто не слушало. Разум, душа – всё было отдельно.
Но в одной ночнушке, без обуви я вышла на улицу и пошла по холодной земле. Дальше…
Дальше… Дальше…
— Ах ты сука! – услышал вслед.
Недостаточно далеко?
А потом снова он, туман…
Я снова блуждала в тумане, с болью, пустотой и моим единственным солнцем – Хайденом.
Я делала все, что он велит. Абсолютно все, не отказывала ни в чем.
Потому что боялась, боялась этой тянущей пустоты. Боялась боли.
А потом…
… потом появилась она.
Моя маленькая Мэри.
Когда Мэри родилась, на секунду мне показалось, что Хайден чуть ли не плачет от
счастья. Но я не понимала, какое именно это было счастье. С самого рождения он
смотрел на неё ни как на дочь. А как на товар. Который нужно вырастить и продать,
чтобы освободиться.
— Что она орет без умолку? Заткни ее чем-нибудь или это сделаю я…
— Нет! – закричала, испугавшись, что он воздействует магией. Я схватила мою малышку
на руки и прижала.
Хайден застыл, он будто не верил. Ведь раньше я никогда не шла против него. Но с
появлением Мэри тянущая боль внутри стала иногда утихать и без его вмешательства.
Туман… Он все еще был, как и сумасшедшее притяжение к человеку, который мне был
отвратителен. Но я больше не нуждалась в нем, чтобы перекрыть боль. Теперь моя боль
проходила рядом с Мэри.
Все это время меня как будто тянуло в трясину болота. А теперь я начала изредка
выбираться из этой пучины, чтобы подышать.
Моя Мэри росла. Туман стал рассеиваться.
Я стала соображать лучше и лучше. Первым было понимание того, что я нужна ей. Что я
должна ее защитить.
Во мне неожиданно появились силы противостоять Хайдену. Не приходить к нему ночью.
Спорить…
Его это ужасно злило. Он пытался… пытался воздействовать ментально. Но это как будто
стало работать хуже. Тогда-то он и начала меня бить.
По сравнению с внутренней эта боль была такой пустышкой. Подумаешь синяки… Главное я
смогу защитить Мэри. Даже если стану живым щитом между нею и Хайденом.
Неожиданно для самой себя я стала хитрее. Все ради нее. Я научилась прятать мысли.
Врать, несмотря на его магию
— Мэри, когда папа возьмет тебя за руку и начнет проникать в твои мысли, что ты
сделаешь?
— Как ты учила, – напугано отвечала она. Так напугано, что сердце разрывалось.
— А как я учила?
— Я буду думать, что хочу, чтобы папа гордился мной. Думать, что хочу быть хорошей
дочерью, и я буду это повторять. Повторять, повторять, пока он не отпустит…
— Умница моя, – похвалила ее я.
— Мама мне страшно, – тихо пропищала она, прижимаясь, – Почему мы не спрячемся от
него мама? Почему не сбежим?
— Мэри, не задавай таких вопросов, это… это глупости, – сказала я, чувствуя привкус
горечи во рту.
Глупости ли? Почему мы не сбежим?
Мэри забыла о том, что сказала уже через час. Она была спокойным ребенком, рано
научилась читать и много времени проводила за книгами, читая по странице в час. Но
вот я…
Почему мы просто не сбежим. Почему?
Туман… Туман… И вот я уже пишу письмо моей маме.
Это было так странно. Я написала знакомое имя на конверте чувствуя немыслимую тоску,
боль, любовь. Да, именно любовь.
Мамочка, я так соскучилась. Мне хотелось просто проснуться в своей кровати, и чтобы
ты принесла мне горячий отвар. А папа бы прочитал сказку, как в дни, когда я болела.
Но только теперь у меня есть Мэри. Хочу, чтобы она была с нами.
Хочу, чтобы она была с тобой.
Чтобы она увидела, какая же у неё сильная, мудрая и чудесная бабушка. Чтобы выросла
похожей на тебя, ведь я… во что я превратилась?
Голова плохо соображала.
Я пыталась придумать, что написать, но остановилась только на том, что подписала
конверт. А после написала короткое.
«Я очень по тебе скучаю».
Набралась смелости и отправила письмо.
Туман… Туман….Туман. Моя Мэри… Хайден… Туман…
Но я ждала… Я очень ждала ответ и… получила его!
Трясущимися руками разобрала почту и распечатала конверт с ответом. Это почерк мамы?
Хотя я вообще помню её почерк?
В письме была лишь пара строк:
«Мне нет дела до тебя и твоего бастарда. Ты сама выбрала эту судьбу, Алисия. Вот и
живи теперь сама».
Что-то внутри меня порвалось. Я упала на пол, обхватила себя руками и впервые
разрыдалась, чувствуя бессилие боль и обиду.
А после взяла себя в руки и отправила еще одно письмо.
Снова короткое, просто строка и маленькая фотография моей малышки.