Страница 55 из 111
В Союз художников ее все-таки не приняли. Этот бастион не пал перед связями, точным расчетом и носорожьей напористостью. Рената не слишком огорчилась. «Имперский союз» звучит даже внушительнее, а для неспециалиста разницы никакой.
Она получила то, что хотела: любовь поклонников. Ее картины на выставках раскупались так же быстро, как пионы Майи Куприяновой. Там было все, что хотел видеть зритель: плывущие в воздухе ключи, морды драконов, заглядывающих в окна, яркие перья, замочные скважины, распахнутые книги, часы.. Непременно – рыжеволосые девушки в длинных платьях. Клетки с птицами. Играющие лисы.
С технической точки зрения ее живопись была откровенно плоха. Однако в ней был сюжет, была история. Покупатель, очарованный котами, совами, стрельчатыми окнами и витражами, не замечал за фабулой слабости исполнения. Несмотря на технические промахи, это была обаятельная живопись, и она палила из всех стволов по болевым точкам зрителей.
Вернее, зрительниц.
Мужчинам эти истории не были интересны. Они проходили мимо, бросая короткие равнодушные взгляды на сов и лис.
Рената приняла вызов.
Из любопытства она сделала серию картин, ориентированную только на них.
Она рассуждала так: раз у нее получилось сыграть на чувствах женщин, получится и с мужчинами. Нужно только определить, что им нравится..
После небольшого исследования ее цикл был разделен на две части. Первая носила условное название «Я волк-одиночка в пустынном лесу». Ключевые слова: хищный зверь, зима, камни. Идеальное воплощение – волк на краю скалы, задравший голову к небу. Над ним нависает луна. Под ним темнеют леса. Скала серебрится от снега.
Волка можно было заменить тигром, леопардом или львом. Лев под луной на серебрящихся скалах! Леопард в ночном лесу! Мужчины определенно клевали на картины с ночными сюжетами. И объектов на картине должно быть немного: два, максимум три.
Хорошо шли кони, но не на скалах, а среди колосящихся полей. Конь должен быть могучим жеребцом с такими переразвитыми мышцами, словно он не носился по вольным пастбищам, а таскал тяжелую упряжь. Вороной конь ценился больше белого. И никаких косичек из гривы, боже упаси!
Между прочим, она заметила, что чем обильнее грива у коня, тем больше вероятность, что покупатель окажется лыс.
Вторая часть цикла несколько цинично называлась «Дайте им голую бабу». Рената после недолгих экспериментов выяснила, что обнаженная натура мужчинам не нравится. К тому же в жанре ню ее творческая беспомощность обнаруживала себя в полной мере. Все эти спины, плечи, мышцы, прикрепления, правильная прорисовка тел.. Ску-ко-та!
Однако стоило нарисовать чудовище в красной чешуе, с оскаленной мордой, в огромной лапе которого бессильно лежит нагая дева – и покупатель нашелся мгновенно. Еще три чудовища с девами ушли влет. Но грань с пошлостью была слишком тонка. Ренату могли обвинить в том, что она эксплуатирует идеи Вальехо.
Подумав, она нашла выход. Серия с чудовищами получила название «Торжество поруганной женственности». Рената дала интервью журналу, в котором заявила:
— Уродливые звери, которых я воплощаю на холстах, олицетворяют идею торжества патриархального начала над феминным в современном мире. Их грубая брутальность, жестокость, сила на первый взгляд делают их неуязвимыми. На контрасте с ними женское тело выглядит хрупким и не способным к сопротивлению. Таково первое прочтение работ этой серии. Но со второго взгляда вы увидите, что женщина не сдалась. Она лишь притворяется проигравшей. В моей следующей серии я отражу пробуждение феминной культуры, перед которой наконец отступит примитивная маскулинность!
И действительно отразила.
Теперь чудовища покорно приникали к земле, а женщины торжествовали победу. Они восседали на них верхом, связывали им пасть или попирали ногами. Интуиция подсказала Ренате добавить лент и веревок. Героини картин приобрели сходство с крепко перетянутыми колбасками. Продажи выросли вдвое.
Рената посмеивалась про себя. «Люди всегда будут покупать секс. Надо только дать им возможность делать это с ощущением, что они покупают идею».
Все знакомые ее мужа понимали, что приобретение картин Ренаты – это отличное вложение денег. Расположение помощника депутата стоит намного дороже.
Через пару лет Рената развелась с мужем. Ее карьере это уже не могло помешать.
С членами Имперского союза она поддерживала ровные отношения, но соблюдала дистанцию. «Художнику приличествует одиночество..» Не принимала участия в совместных торжествах. Не сошлась ни с кем, кроме верхушки союза: Ульяшина и Ясинского.
Но с этими двумя у Ренаты сразу установилась взаимная симпатия. И выпивали вместе, и сиживали, травя байки, в прекрасной квартире Адама Брониславовича.. Ясинский был дельным человеком. Его записная книжка с контактами могла по толщине и полезности соперничать с записной книжкой самой Ренаты.
Их дружба становилась все теснее. До тех пор, пока Рената не отправила с Адамом две картины на выставку во Франции.
После возвращения Ясинского она оборвала с ним все связи. Кроме одной: перечисляла взносы в союз. Но злую обиду затаила надолго и ждала подходящего случая, чтобы отомстить.
* * *
Сначала о частных сыщиках Бурмистрова упоминали вполголоса. Затем стали обсуждать громче. Вскоре везде только о них и говорили. «Занятная пара», «любопытные личности», «крайне странные типы».. Стоило собраться двум-трем членам союза, и непременно в разговоре всплывали эти двое. Они, кажется, успели перезнакомиться со всеми.
Рената слушала и злилась, не показывая вида.
Это она должна была знать обо всем и обо всех! Но из-за ее решения ни в чем не идти навстречу Бурмистрову и Ясинскому встречи с сыщиками не вышло. Они, что обидно, не настаивали. Вежливый юноша, разговаривавший с ней, принял отказ бесстрастно. А ведь она – один из самых ценных членов союза! О каком профессионализме этих частных детективов можно говорить, если они не сумели даже найти к ней подход!
И потом, она знала достоверно, что этим деятелям в основном приходится вынюхивать следы измен по чужим постелям.
Фу, какая гадость!