Огонь в его жилах [ЛП

— Да, но в этом-то и суть. — Я сажусь рядом с ним на крошечный кусочек дивана, на который едва помещается мое бедро. — Я хочу увидеть, как ты потеряешь контроль. Я хочу быть тем, кто заставит тебя тоже потерять контроль. — Я наблюдаю, как его большой, красивый член напрягается и становится еще более возбужденным под моим взглядом, и вздыхаю от удовольствия. Я забываю о том, что собиралась вернуться в постель, и решаю, что выспалась. Пришло время исследовать великолепное тело моего Лиама.

Я легонько провожу пальцами по его твердой, как камень, стороне, любуясь плоскими очертаниями его живота. Он не впалый от голода и не дряблый от безделья. Напротив, он бугрится мускулами и такой чертовски привлекательный, что мне хочется облизать его всего.

Это напоминает мне о том, что, хотя ему нравится проводить время у меня между ног, он никогда не позволял мне отвечать взаимностью, не так, как я хотела, потому что боялся обжечь меня. Но… это было до того, как я приняла его огонь.

Порочная усмешка искривляет мои губы.

«Твои мысли. Я слышу их все».

— Его губы приоткрыты, видны кончики клыков, и он слегка задыхается.

— Тогда, думаю, в наших отношениях нет ничего удивительного для тебя, — бормочу я, опускаясь на колени на пол, чтобы быть на нужной высоте для этого.

«Ты постоянно удивляешь меня,

— признается он, протягивая руку, чтобы погладить мою косу. —

С тем, как ты жаждешь моих прикосновений. Я самый счастливый мужчина в мире, раз ты видишь меня и смотришь на меня с радостью и голодом, а не как на чудовище».

— Никогда, — отвечаю я ему. — Ты — лучшее, что когда-либо случалось со мной. — Когда он выпрямляется, я кладу руки на его большие золотистые бедра и наклоняюсь вперед. Его член вздымается в воздух так близко от моего лица, что у меня слюнки текут, но я хочу поиграть еще немного. Я позволяю своему дыханию коснуться кончика, отмечая, что он уже покрыт капельками предсемени. — Я рада, что ты мой. Думаю, я бы выцарапала глаза любой женщине, которая взглянула бы на тебя. Ты не можешь разгуливать голым, как Раст. Я слишком ревнива.

Он тихо рычит, довольный моими алчными мыслями.

«Потому что ты не хочешь, чтобы они смотрели на меня?»

«Правильно,

— говорю я, позволяя своим мыслям говорить, а не произносить слова. Я слегка провожу губами по головке его члена и ощущаю сладкую пряность, почти как у корицы. Удивительно. Я слизываю его вкус со своих губ, радуясь, что могу сделать это прямо сейчас. —

Ты мой, а я стерва-собственница. Мне пришлось бы драться с любой, кто решил бы, что она может отнять тебя у меня».

Лиам снова рычит.

«Ты говоришь такие агрессивные вещи, потому что знаешь, что это меня заводит? Мужчинам-дракони нравятся свирепые женщины».

«Может быть. Но это правда.

— Я обхватываю пальцами его член по всей длине, проверяя его обхват. Боже, какой же он толстый. Мне следовало бы знать это, поскольку он был глубоко внутри меня, но я не перестаю удивляться ему при каждом нашем прикосновении. Что нечто столь совершенное может принадлежать мне, к чему я буду прикасаться и ласкать, что я буду лизать и гладить, брать глубоко в рот и…

«Андреа».

Неистовая потребность в его мыслях заставляет мой пульс учащаться. Я не теряю больше времени, опускаю рот и беру его глубоко в рот. Я провожу языком по всей длине, втягивая его как можно глубже, желая свести его с ума этим новым способом наслаждения.

«Думай о моем рте, как о моей киске,

— говорю я ему. —

Горячая и влажная, я крепко сжимаю тебя».

Его дыхание прерывается, и его рука тянется к моей косе. Он дважды наматывает ее на руку, а затем крепко сжимает, прижимая меня к себе.

«Значит… вот так?»

«Делаю это с тобой? О да. Так сильно».

— Я люблю его жар, наполняющий мой рот, его вкус, ощущение на своем языке, когда я отстраняюсь, а затем снова беру его глубоко. Мне нравится, что он такой большой, что у меня сводит челюсть, а губы сжимаются, когда я пытаюсь вобрать его в себя, и что я не могу взять в рот даже половину его члена, потому что он такой большой, поэтому я крепче сжимаю его ствол и пытаюсь достать его рукой. погладь его по всему телу. Я хочу пососать его, но он слишком большой. Все, что я могу сделать, это взять его поглубже и провести ртом по всей длине.

Не то чтобы это имело значение для Лиама. Я чувствую, как наслаждение пронизывает его разум, и его бедра двигаются небольшими толчками, проникая глубоко, пока он не упирается мне в горло. Его мысли соприкасаются с моими, как будто он хочет убедиться, что я все еще наслаждаюсь, и тогда он присоединяется к нам еще сильнее, опуская мою голову и с каждым движением вгоняя меня чуть глубже, потому что знает, что это возбуждает нас обоих. Я ласкаю его губами, языком и кулаком, совершенно потерявшись в этом мгновении, его запах обволакивает меня, его вкус остается у меня в горле, и я ощущаю его всепоглощающую силу у себя во рту. Я так увлечена, что не осознаю, что стону рядом с ним, пока это не отзывается эхом в его мыслях, как сильно ему нравятся звуки, которые я издаю, и как сильно в воздухе витает запах моего возбуждения.

Рука Лиама сжимается на моей голове, и я чувствую, как по его телу пробегает дрожь.

«Отстраняйся, Андреа. Мне нужно излить в тебя свое семя».

Я прижимаюсь крепче, вбирая его глубже, пока практически не начинаю задыхаться.

«Прямо сейчас ты внутри меня».

С яростным рычанием он наполняет мой рот своей эякуляцией, его член двигается у меня во рту, даже когда он кончает. Его семя проходит мимо моих губ и стекает по подбородку, подавляя меня. Его вкус невероятен, но еще больше мне нравится ощущать его разрядку через нашу связь. Я могу сказать, какой сексуальной он меня находит, как сильно он меня любит, и внезапно минет становится моим самым любимым занятием на свете.

«Ты должна была позволить мне кончить тебе во влагалище,

— упрекает он меня, откидываясь на спинку дивана, его рука гладит мои волосы, когда я поднимаю голову и провожу ладонью по губам. —

Женщины-дракони не позволяют партнеру кончать куда-либо, кроме как глубоко в них».

«Тогда хорошо, что ты спарился с человеком,

— говорю я ему, забираясь к нему на колени

, — потому что в спальне мы просто извращенцы».

Он замолкает, его рука обвивается вокруг моей талии.

«А мы должны были быть в спальне?»

«Это образное выражение. Просто поговорка».

Его глаза блестят

. «Хорошо.