Страница 75 из 83
Он присаживается на корточки рядом со мной, касается моего подбородка, а затем проводит ладонью по моей руке. Я чувствую его страстное желание в своей голове, его непрестанную потребность прикоснуться ко мне, напомнить себе, что я рядом. Я совсем не против этого, честно. Приятно чувствовать себя такой желанной. Немного волнительно слышать его мысли в своих, но я ему доверяю.
«Нам нужно отвести тебя в безопасное место».
«Безопасное — это хорошо».
«Я отведу тебя в свою башню. Мое гнездышко».
— Твое гнездышко? — По какой-то причине меня удивляет это слышать. Когда я слышу «гнездышко», я думаю «дом», и я никогда не думала об этом месте как о его настоящем… доме. Просто как о месте, где он прятался. В моем представлении, его дом со мной, а моим домом по-прежнему остается Форт-Шривпорт.
«Мое гнездышко,
— соглашается он, и его глаза загораются золотом от удовольствия, когда он помогает мне подняться на ноги. Он нежными пальцами стряхивает листья и веточки с моей кожи, заботливо оглядывая меня. —
Инстинкт дракона подсказывает мне, что у меня должно быть гнездышко, чтобы защитить мою пару. Даже безумие не может вытеснить все инстинкты, а защита того, что принадлежит мне? Это всегда на первом месте.
— Он убирает влажную прядь волос с моего лба и улыбается мне. —
Думаю, каким-то образом я знал, что жду тебя. Я не удивился, когда почувствовал твой запах на ветру. Это было скорее облегчением. Как будто ты наконец нашла меня. Так что, возможно, я ждал твоего прихода все это время».
— Что бы это ни было, теперь я здесь. — Я улыбаюсь ему, чувствуя себя такой счастливой и легкой, что чувствую себя настоящей радугой. — Тогда покажи мне свое гнездышко.
Он улыбается, сверкая острыми зубами, и в следующее мгновение — человеческое лицо Аталима исчезает, а на его месте появляется чудовищно огромная золотая фигура. Дракон расправляет крылья и вытягивает массивные лапы, его хвост хлещет по мостовой, когда он разворачивает свое огромное тело.
Я замираю, инстинкт подсказывает мне бежать и прятаться. Драконы опасны, напоминает мне мой мозг. Драконы убивают. И на мгновение я чувствую, как его мозг пронзает ярость, его внезапная потеря контроля проникает в мои мысли. Я могу почувствовать, хотя бы на мгновение, все, что возникает у него в голове. Это как на телестудии, где нет ничего, кроме неподвижных точек, и каждая из этих мыслей — жестокий, кровожадный образ.
Но это проходит так же быстро, как и появляется, и затем Лиам опускает свою огромную голову, его глаза оказываются на одном уровне с моими.
«Ты боишься?»
«Нет, просто не привыкла к этому,
— признаюсь я. Я протягиваю руку, чтобы коснуться его морды. —
Мне потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть к мысли, что ты такой огромный».
«У тебя будет столько времени, сколько тебе нужно.
— Он слегка покачивает головой из стороны в сторону, как бы показывая, что я должна почесать ему нос. —
Или втереть в меня побольше своего аромата,
— поддразнивает он. —
Мне это понравилось».
Я с упреком постукиваю пальцем по одной чешуйке.
«Я пыталась привлечь твое внимание».
«О, ты все правильно сделала».
— Он что-то бормочет, и это кажется забавным.
Я провожу рукой по самому кончику его морды, немного удивляясь тому, какой он большой. Чешуя у него практически размером с ладонь, а глаза размером с колпаки от колесных дисков. Они такие же золотые, как и его чешуя, что делает меня невероятно счастливой.
— Посмотри, какой ты великолепный, — бормочу я, изучая длинные, элегантные крылья, прижатые к его телу, и змеевидный хвост. — Ты потрясающе выглядишь в образе дракона, Аталим. Не то чтобы ты не был сексуален и как человек.
Дракон фыркает и толкает меня головой в бок. Он никогда не был человеком. Беру свои слова обратно. Это всего лишь двуногая форма.
Я еще раз дразняще хлопаю его по носу.
— Но ты не возражаешь, что я человек?
«Нисколько. Я люблю в тебе все. —
Большой нос скользит вверх и вниз по моему животу, а затем ниже, к бедрам.
— Особенно твой запах».
Я отталкиваю его нос, краснея. Я чувствую, как возбуждение начинает проникать в его мысли, и я знаю, что если мы отвлечемся, то я проведу на мостовой всю ночь. И хотя идея довольно заманчивая, мне будет трудно передвигаться на четвереньках.
— Сосредоточься, Аталим. Гнездышко, помнишь? Надеюсь, у тебя найдется удобное местечко для ночлега, потому что у меня такое чувство, что мы пробудем там какое-то время.
«Часы, и часы, и дни, и дни напролет»,
— соглашается он и тянется ко мне.
Мое сердце подпрыгивает к горлу, когда когти обхватывают меня, но мгновение спустя он трется мордой о мои волосы, и мой разум наполняется нежными мыслями, и я вспоминаю, что бояться абсолютно нечего, когда дело касается этого дракона.
Он мой дракон.
«Полностью твой»,
— соглашается он.
Над головой гремит гром, заставляя меня подпрыгнуть.
Раскаты смеха эхом отдаются в моей голове, а затем притупленные когти Лиама мягко обхватывают меня. Он поднимает меня и притягивает к своей груди, крепко прижимая к себе, а затем вручает мне мою сумку, тяжелая вещь кажется маленькой в его массивной золотистой передней лапе.
«Держись»,
— говорит он мне, а затем его большое тело вздымается, и мы оказываемся в воздухе.
Я вздрагиваю в его объятиях, чувствуя невесомость и легкую морскую болезнь, когда он взмывает в воздух, и меня тянет взад-вперед, когда он хлопает крыльями, взмывая ввысь. Я знала, что драконы могущественны, но я словно ощущаю каждое движение его мускулов, и это делает поездку очень трудной. Мой желудок не одобряет этого, и я зажимаю рот рукой, пытаясь остановить неизбежный приступ рвоты. Я никогда не умела кататься на американских горках.
Он обещает, что это недалеко.
«Тебе нужно, чтобы я опустил тебя ненадолго?»
«Нет, все хорошо,
— говорю я ему, хотя мой рот наполняется слюной.
— Абсолютно хорошо».
Он издает горловой звук, а затем выпускает когти, пока я не оказываюсь лежащей ничком на боку, и в следующий момент меня рвет на булыжники внизу.
«Должно быть, это означает что-то другое, чем я думал».
«Укачивает,
— говорю я ему. —
Мне просто нужно привыкнуть к суровой езде».
«Будет лучше, если мы сделаем тебе седло, как у Эми,
— обещает он мне, пока его крылья машут сильнее, и мы поднимаемся выше. —
Ты не будешь так много двигаться».