Страница 9 из 114
– Что тут обсуждать! – взревел Рахнез, и его зелёно-кожее лицо исказила дикая ярость. – Убить предательницу! Казнить как можно более жестоко! А лучше отдайте её мне! Я сумею сделать, чтобы она пожалела обо всём! – он с размаху приложил кулаком по костяному столу, а на клыках его показалась пена. – Уничтожить её за разрушение Предельщиков! За то, что сдала проклятому Министру! Растерзать за то, что пыталась убить нас и помешать великим планам Чистых! Предать её…
– «Здесь ничего интересного. Ожидаемая реакция», – бесстрастно отметил я, хотя подспудно зрело раздражение и желание выпустить когти, чтобы ринуться на гиганта.
– «Он меня не интересует», – отмахнулся Омега. – «Куда важнее другое мнение…» – взгляд невольно перешёл на Настю.
– Ваш голос учтён! – Арлекино оборвал словоизлияния Рахнеза, и тот, несмотря на огонь в бешеных глазах и желание прямо сейчас убивать, покорно умолк на середине фразы, рухнув на место. – Ещё мнения по данному вопросу?
– Омега, как всё произошло на базе Предельщиков на самом деле? И теперь правду! – Настя спокойно не то попросила, не то приказала.
– Вы сбежали, спасаясь из рушащейся гильдии. Я остался прикрывать. В результате проиграл бой Ане, после чего оказался в плену у Министра и его войск, – Омега опустил глаза. Он чувствовал вину за слабость, как по мне – совершенно необоснованную. – Аня сделала мне предложение, от которого я не смог отказаться: освобождение в обмен на…
– На что? – совершенно бесстрастно уточнила Настя. Друзы кристаллов, что освещали помещение, принялись моргать вокруг магички от перепадов потоков энергии.
– А как ты думаешь, что она могла потребовать? – человек оскалился в усмешке, неожиданно разозлившись. – Что могла потребоваться твоя подруга, что множество раз спасала тебе жизнь и вытаскивала из самых опасных ситуаций? Открою секрет: чтобы я помог тебе всем, чем только смогу! – Омега глубоко вздохнул, успокаиваясь. – Мой приговор: тюремное заключение до прибытия к Чистым. Затем возвращение в Купол, – коротко бросил он наиболее нейтральный вариант в данной ситуации.
– «Поддерживаю. Но лучше приставить охрану, во избежание инцидентов. Я могу стать добровольцем», – в мысленный эфир добавил я, причём без малейшей иронии – меня тоже беспокоила судьба Ани.
– Мнение принято, – кивнул киборг. – Анастасия, очередь за вами.
– Поддерживаю Техноматера – убить, – я не мог прочитать, что творилось за маской полнейшей холодности и отстранённости Насти, от этого становилось не по себе. – Это будет милосердно.
– Настя, ты уверена? – Омега удержал себя на месте, даже голос не дрогнул, однако зубы непроизвольно скрипнули.
– Абсолютно. Ты не сумел сделать это в своё время, и я тебя не виню – она не твой враг. Но дело требуется закончить, – Настя печально улыбнулась, и по спине продрал холод. – Она предала не только меня, но нашу команду! А за это нужно платить!
– Вот это правильно! – не удержавшись, взревел Рахнез. – Молодец, девочка!
А я чувствовал, как в сердце Омеги разливается горечь с каплей разочарования. В его сознании билась единственная мысль: «Но ведь всё делалось ради тебя, Настя…» Вот только напарник не смел её даже прошептать. Он боялся, что и его посчитают «предателем».
– С вами всё понятно, – скрипуче хмыкнул Арлекино. – Моё мнение такое: девушка умна и сильна, она настроена против нас, потому опасна – самый простой выход из ситуации – казнь…
Мы с человеком вздрогнули от неожиданности. А затем, тихо рыча, Омега начал подниматься, готовый чуть ли не наброситься на киборга. Мы с ним договаривались совершенно о другом: Аня требовалась нам! Однако не успели мы ничего сделать, как прозвучал голос, не принадлежащий никому из присутствующих на “Драконе”.
– Не стоит обижать моих людей! Если у вас имеются какие-то претензии или вопросы, то обращайтесь напрямую к непосредственному начальству. То есть ко мне!
Воздух над столом завибрировал, и через несколько секунд появилось объёмное голографическое изображение. Мы, на мгновение отшатнувшись, тут же прильнули, вглядываясь в появившийся образ: обстановка соответствовала Лаборатории №969, множество людей в белых халатах и ещё больше огромных ламповых экранов на столах.
В центре композиции мужчина лет сорока. Строгий костюм подчёркивал спортивное телосложение. Золотой знак трилистника на лацкане показывал статус. А освинцованный посох в руках намекал на великую магическую силу.