Страница 103 из 114
Я даже не осознала, как попыталась отодвинуться от человека. Лишь ворчание Стаи указало, насколько я разволновалась. Только теперь я поняла, о чём говорил Виталий после моего спасения: Альфа - мудрый и добрый, а также Омега - шебутной и непосредственный – они умерли. Остался спокойный, рассудительный и абсолютно безжалостный Виталий – гротескная пародия на попавшего в наше время человека. Реальный мир оказался к нему жесток. Возможно, даже более чем ко мне.
– Думаешь, мы изменились? – прочитал мой взгляд Виталий и оскалился, не зло, а как-то устало. – Думаешь, стали более… Жестокими? Беспринципными? Холодными? Расчётливыми? Злыми, наконец? Знаю, мы тебе противны… да что там, мы себе противны! Но мы должны делать то, что должно!
– Ты потерял человечность! – голос помимо воли наполнился отчаянием, а звериные уши прижались к голове.
– Не каждая история создаёт героев, некоторые становятся причиной появления злодеев… а иногда и монстров! – лицо Виталия перекосило в судорожном спазме, разделившим его на две маски. – Скажи лишь слово, и мы уйдём.
Я собрала силы и потянулась к человеку. Ладонь легла на окаменевшее плечо человека в безмолвном жесте поддержки. По пелене огня во взгляде я поняла, что Виталий колеблется – просчитывает риски и решает, что выгоднее для него… и не только для него, ибо взгляд скользнул и по присутствующим.
В этом мире у Виталия не было семьи... Не было никого. Кроме меня. А чтобы вернуть свет в душу Виталия, требовалась опора. Поэтому я не могла промолчать.
– Все совершают ошибки. И ты, и Настя не идеальны. Главное, понять это вовремя и попытаться исправить недостатки. Прошу, не дай “монстру” возобладать. Ты ведь другой. Дай Насте, нашему другу, ещё один шанс. Ради меня… ради себя!
Виталий по-своему прав – не умею я думать о себе. Я должна отговаривать его от любых миссий и всеми средствами пытаться удержать рядом, ибо сердце замирало от одной мысли, что он может не вернуться! Но вместо этого я прошу его рисковать вновь, в надежде собрать старых друзей и увидеть свет в глазах Виталия. И ведь я даже не в состоянии подняться и помочь ему!
Человек на миг прикрыл глаза. Кинжал выскользнул из рёбер скелета-Декассо. Человек кивнул сам себе и отстранился от скелета.
– Декассо, мы выполним твою просьбу. Но с одним условием: если Настя того пожелает. Мы достаточно её уважаем, чтобы дать право распоряжаться своей судьбой, – с этим никто спорить не посмел, и Виталий продолжил: – Но прежде всего, необходимо вывезти Анну на корабль. Нельзя, чтобы о ней узнали Чистые! Это понятно?
– Всё будет сделано! – скованно отрапортовал Декассо, неуверенно поднимаясь.
– Извини, Рыжик – вновь нужно идти, – Виталий поднялся рывком и обернулся ко мне. – Похоже, обещания – это не для нас. Не удаётся держать слово.
– Тогда поклянись. Поклянись, что вернёшься! – как бы ни показалось банально, но я не могла этого не сказать, ибо верила в свои слова и в человека: – Я ведь всё равно буду ждать…
– Клянёмся жизнью! – сказано это было с улыбкой, печальным голосом и с совершенно серьёзными глазами. Я поняла, что это истинное прощание. А Виталий развернулся к выходу. – Ну а теперь пора. Чистые уже наверняка расползаются по базе, времени на всё про всё немного…