Страница 3 из 88
ГЛАВА 2. Юная дочь фараона
Примерно 1200 год до н. э. Египет. Эпоха Нового Царства.
Жизнь юных принцесс нелегка. Им ничего не позволено — только следовать строжайшим правилам. У них нет друзей, лишь слуги; нет игрушек — детям фараона с пелёнок предписано быть взрослыми. Великому фараону Сети I, отцу Айи, не до дочери: он поглощён государственными делами и уделяет внимание лишь наследнику престола. Легче тем детям, у кого есть мать. У Айи же матери нет — та умерла в родах.
Царица Неферури, первая и любимая жена фараона, подарила ему дочь и навсегда покинула этот мир. Фараонам не подобает оставаться одним, и вскоре отец женился снова. Новая царица — Туя. Её сын Рамзес стал наследником престола. Мачеха возненавидела девочку с первого дня. А когда Айе исполнилось двенадцать, она стала удивительно похожа на свою покойную мать — и это лишь усилило гнев царицы.
Ни единой похвалы не слышала принцесса в свой адрес: только одёргивания, замечания, выговоры и назидания. Единственной близкой душой была кормилица, но и её злая мачеха удалила от Айи, отправив на кухню. Теперь они виделись редко — лишь по вечерам, когда кормилица приходила в сад и приносила с кухни что-нибудь вкусное для девочки, которую мачеха лакомствами не баловала.
Каждый вечер в один и тот же час Айя выходила в сад, тайком, чтобы никто не видел. У мачехи подрастала собственная дочь, которую готовили к выгодному союзу. Айя стала незначительной принцессой, за которой никто особо не следил и не обращал на неё внимания. Впрочем, её это даже радовало: можно было перемолвиться словом с прислугой, бродить по саду, вдыхая ароматы цветов.
Та ночь выдалась лунной. Маленькая принцесса шла по усыпанной гравием дорожке, наслаждаясь пением ночных птиц, благоуханием цветов и тёплым ветром с Нила. Вдруг она уловила шорох в кустах и оглянулась.
— Мио, — раздалось из темноты.
Из зарослей вышел грациозный котёнок породы египетский мау — голубоватый, в дымчатых пятнах.
— Ну здравствуй. Что ты здесь делаешь? — спросила Айя.
— Мио, — ответил котёнок и принялся ластиться к девочке.
Айя взяла его на руки.
— Какой милый… Спасибо тебе, Бастет.
Она знала эту породу: такие кошки считались посланниками богини Бастет. Её мать поклонялась этой богине — так рассказывала кормилица. Та же кормилица научила Айю танцам, посвящённым Бастет, и водила её в храм богини. Сама кормилица была ярой почитательницей Бастет и мечтала съездить на празднества в честь богини в Бубастис, где находился её главный храм.
В этот вечер Айя вернулась во дворец с другом. Она ещё не догадывалась, каким другом он станет.
Утром, когда служанка вошла в комнату девочки, навстречу ей вышел котёнок и приветливо махнул хвостом:
— Мио.
— Что? Кошка? Кто будет за ней убирать? — возмутилась служанка.
Она знала: египетские мау — посланники богини Бастет. Но их главная госпожа, а вместе с ней и все слуги, которых та набирала в штат дворца, были или становились поклонниками Исиды — великой богини, чья часовня находилась внутри храмового комплекса Сети I в Абидосе. Та входит в группу из трёх часовен, посвящённых главным богам египетской религии и триаде Абидоса: Осирису, Исиде и Гору.
— Я сама буду за ней убирать. Котёнка мне послала богиня Бастет — я просила её о друге.
Служанка поставила на стол завтрак, фыркнула и ушла.
На столе не оказалось ничего съедобного для котёнка.
— Надо будет сходить на кухню за едой, — вслух проговорила девочка.
— Мио, — ответил котёнок.
— Да, маленький, я понимаю: ты хочешь есть. Сейчас схожу на кухню, а ты сиди здесь и никуда не выходи.
Но, конечно же, по дороге она наткнулась на мачеху, которая шла прямо на неё.
— Куда это ты направилась? — спросила та. — Быстро завтракай и иди на уроки. Одну тебя ждать не будут.
Сегодня учитель, который обучал юных принцев и принцесс всяким премудростям, должен был преподавать живопись — одно из любимых занятий Айи. Ещё она любила танцевать, но принцессам танцы не поощрялись: им полагалось знать лишь небольшое количество плавных движений. Всё остальное считалось недостойным.
— Я иду на кухню за едой для котёнка.
— Какого ещё котёнка? — спросила Туя.
— Моего, — ответила юная принцесса.
— Никакие твои котята во дворце гадить не будут. Отдай котёнка слугам — пусть куда-нибудь его унесут.
— Это дар богини Бастет. Египетский мау. Его никуда уносить нельзя — богиня мне его подарила.
— Я тебе всё сказала. Повторять не буду. Отдай котёнка.
Царица развернулась и ушла.
Но Айя не была бы дочерью своего отца, если бы стала исполнять приказ мачехи. Она пошла на кухню — за молоком и мясом.
Когда Айя вернулась в свою комнату, котёнка уже не было. Она расспросила слуг — некоторые отводили глаза и твердили, что понятия не имеют ни о каком котёнке. Девочка всё поняла: мачеха приказала кому-то из слуг забрать его.
Она немедленно отправилась к мачехе.
— Верните мне котёнка! — с порога потребовала Айя.
— О чём ты? Твоя кошка просто сбежала, — ответила Туя.
— Она не могла сбежать. Дверь была закрыта.
— Значит, кто-то из слуг входил и выпустил котёнка, не заметив его, — пожала плечами царица.
— Я знаю, — твёрдо сказала Айя. — Это вы велели его забрать.
— Прекрати истерику из-за какой-то драной кошки. Почему ты не на занятиях, где тебе положено быть? — строго спросила мачеха.
— Искала котёнка, которого вы велели выгнать.
Айя развернулась и ушла в свою комнату.
— Бастет, великая богиня, прошу тебя, верни мне мою кошку...
Только теперь она подумала, что даже имени не успела дать котёнку. На душе было так горько, будто у неё отняли последнюю радость.
А в это время молодой раб, которому поручили забрать котёнка и утопить его, разговаривал с ним.
— Ну какие же злые люди... Как можно погубить такую красоту? — бормотал он. — Я отнесу тебя в храм богини Бастет. Там за тобой будет хороший уход.