Страница 51 из 93
Даша рассуждала так: если не получилось на Сотникове заработать, кто должен компенсировать ей ущерб? Разве не логично, что это будет Ника? Даша, между прочим, к ней в гости не напрашивалась. Та сама захотела, чтобы спасительницу привезли в ее дом. Даша не грабить ее собирается, а просто.. подтолкнуть к нужным действиям. Все равно у богачей денег куры не клюют, пускай поделится немножко.
Хотя, по опыту всей ее жизни, как раз у богатых каждая копеечка наперечет. А те, кто швыряется деньгами, как Егор в юности, быстро перестают быть миллионерами.
Когда приехали, Буран выскочил навстречу, громко лая. Даша шикнула на него, и пес замолчал. Не такой уж он, значит, и дурак, раз обучается! Может быть, тоже рассчитывает остаться у Ники?
«А что, было бы неплохо!»
— Ника, я свожу Бурана в парк?
Не парк, а одно название. Загончик с деревьями. Но наружу, в лес, ей выходить пока нельзя, Ника строго-настрого запретила. Даша и сама не дура. Один раз чудом увернулась от Сотникова, но во второй вряд ли так повезет.
Она прицепила поводок и повела Бурана мимо светло-желтых домов с черепичной крышей. Все дома похожи друг на друга, но каждый неуловимо отличается. Девичий виноград оплетал арку на входе в небольшой сквер. Эх, не разгуляться здесь Бурану.. Ну и ладно. Сыщики поймают Сотникова, и тогда они станут убегать в лес – вон он, за Никиным домом, стоит, дышит прямо в забор.
Даша покидала Бурану палку.
Покачалась на качелях.
Вытащила из его шерсти три репья.
Потренировала пса сидеть-лежать-стоять по команде. Буран послушно все исполнял.
«Ишь ты, и впрямь мозги подвезли. Это, наверное, от хорошей жизни. От плохой люди звереют, а от хорошей – умнеют. И животные так же».
В кармане задребезжал телефон. Высветился номер Ники.
— Алло?
— Даша, срочно выходи наружу, – сказала Ника.
— В смысле? Куда – наружу?
— За проходную. Сейчас же. У меня для тебя сюрприз!
— Погоди, а разве нам можно..
— Выходи и все увидишь! – гнула свое Ника.
— А Бурана куда!
— Оставь его там, он никуда не денется! Мы за ним вернемся! Давай быстрее, тебе понравится, клянусь!
«Пашку привезли», – ахнула про себя Даша.
— Буран, ко мне!
Пса, конечно, оставлять нельзя, он испугается. Хоть и большой лоб, а доверчивый, и рассчитывает на своего человека. Кто его защитит, если что?
Она со всех ног побежала в сторону двух островерхих зеленых башенок над въездом. Где-то там ждут ее Ника с Пашкой.
Буран несся рядом и время от времени одобрительно гавкал.
— Тихо-тихо-тихо!
Они шмыгнули мимо скучающей загорелой хари в будке. Даша все эти сторожевые рыла терпеть не могла. Что ее охраняют, что от нее, – разницы никакой.
Метрах в ста впереди, за поворотом, помигала фарами машина. Рядом стоял их охранник, мелкий и противный, как глист, и махал рукой: давай, скорее сюда!
Гравий вылетает из-под кроссовок. Не поскользнуться бы, не растянуть лодыжку! Глупо будет охрометь, когда им с Пашкой предстоит освоить столько всего. Елки-палки, какая же Ника молодец! А Сотников – гад, тысячу раз гад, даже обидно, что Дашка купилась на слезливые истории о бессовестно обманувшей его жене..
Только возле машины Дашу вдруг кольнуло нехорошее предчувствие. Что-то неправильно.. Она перешла на шаг, приглядываясь к тем, кто сидел внутри. Зачем так много людей?
Внезапно Даша осознала, что видит перед собой вовсе не их охранника.
Буран зарычал, дернулся в сторону. Позади Даши выросла фигура, и не успела она вскрикнуть, как ее подняли в воздух и потащили к машине. Сжали с такой силой, что в глазах потемнело от боли. Даша пыталась закричать, укусить ладонь того, кто нес ее грубо, будто куклу, но рядом возник с кривой улыбочкой не глист, а Максим Калита, и уколол ее в шею чуть пониже уха. Хруст, с которым игла входила в плоть, ужаснул ее больше, чем боль. На Дашу накатила дурнота, мир сделал кувырок – и все исчезло.