Несуществующий

Глава 1. Два осколка в пустоте (безумие)!

Развалины. Человек.

Воспоминание оборвалось, когда что-то зашевелилось в области груди. Я замер, прислушиваясь к себе. Прикосновение чего-то мягкого и пушистого. Беспокойство закопошилось в глубинах сознания, и я напрягся. Едва заметное давление и движение – хаос неясных мыслей пронесся в голове. Теплое, чуть влажное дыхание на шее. Я медленно открыл глаза: маленькая мордочка белого зверька.

***

Развалины. Зверь.

Перед открытым взором лицо… моё лицо со знакомыми до последнего шрама чертами. Со встрёпанной короткой причёской и не до конца сбритой щетиной. С серыми глазами. Глазами, что всматривались в меня с любопытством.

Ноги задрожали, и я забыл, как дышать, но картина не ушла. Я продолжаю всё пристальнее вглядываться в эти глаза, так что с каждой секундой мне становится всё более жутко. Но не от того, что вижу в них, а от того, что они видят меня и не узнают…

***

Развалины. Человек.

Долгую секунду мы буравили друг друга пристальными взглядами. Маленькие коготки царапнули грудь. Я рывком сел на месте и попытался отползти прочь со сдавленным то ли матом, то ли криком. Белая молния метнулась в темноту, по ушам ударил пронзительный короткий звук. Тень скрылась в ночи. Тянущее чувство холодной пустоты образовалось в груди.

***

Лес. Зверь.

– «Всё плохо», – мысли вновь помутнели, став роскошью. – «Всё очень и очень плохо…» – мною движут инстинкты, самые древние и страшные.

Я хочу потерять себя в бешеной гонке, через мрачное переплетение ветвей и стволов. Я желаю забыть боль, что растворяет мозг в огне от невозможности осознать происходящее. Я мечтаю спрятаться от муки душевной – чувства беспомощности и безнадёжности, что терзает диким ознобом, зарождающимся в самых глубинах естества.

И я знаю, что стоит мне сделать всего несколько шагов за грань… Стоит только отпустить себя… И настанет конец. Не будет больше боли. Не будет страха. Ничего плохого больше не будет. Даже меня... Возможно, не самый плохой выбор?

***

Развалины. Человек.

– Чтобы я жил долго и счастливо, – тяжело дыша, выругался я. – Да что это…

Глаза, немного привыкшие к тьме, зацепились за рельефную картину серых тонов, которой стал мир. Я сфокусировал взгляд, и мне стало не по себе. Меня окружал лес. Точнее, я находился на небольшой поляне с раскинувшимися здесь же развалинами: грубые, корявые каменные обломки торчали из земли, где-то уже почти заросшие, поглощенные природой, но по большей части возвышающиеся огромными, холодными, хаотично разбросанными, чёрными монолитами. Именно этот комплекс окружал лес – непроглядно темный в густом буреломе, дышащий стылой силой, с частоколом остроконечных хвойных вершин, упирающихся в низко висящие тёмные облака.

– И что это за фокусы? – спросил я полный смолянистого запаха хвои воздух. – Откуда всё это? – слова застыли передо мной серебристым облачком.

Я попытался подняться. Запоздало пришло понимание, что нахожусь на самом высоком из обломков. Небольшой кусок перекрытия, уцелевший в пересечении стен. Паутина из страха и непонимания медленно оплетала разум, сковывая мысли. Я судорожно вцепился в поросшие мягким мхом остатки стены. Свистнул ветер, ледяной порыв опалил кожу сквозь мою скромную одежку. Мурашки пробежали по телу. Холодный озноб сдавил сердце.

– Да что тут происходит?! – почти простонал, гася желание побиться головой обо что-нибудь твёрдое. – Что… что случилось?

В то же мгновение, словно в ответ на не успевший затихнуть крик души, небо вспыхнуло. Яркое багряно-жёлтое зарево осветило небосвод. Прошла секунда, и до меня донёсся протяжный звук взрыва, а вместе с ним дохнуло упругим потоком воздуха. Я моргнул, а когда вновь открыл глаза, то увидел в небе только россыпь небольших, но ослепительно-ярких огней, что с каждой секундой становились всё ближе. На миг показалось, что весь этот огонь летит на меня. Я подскочил на месте. Но не успел сделать движения, как пламенный дождь исчез за темной стеной леса в отдалении. Секунду спустя по миру прошла дрожь, и слабый звук взрыва.

– Всё плохо. Всё очень и очень плохо… – меня била дрожь не то от нервов, не то от холода. – Мне клинически не везет… – я коротко хохотнул. Смех с каждой секундой нарастал всё сильнее. Но я закрыл лицо руками, не желая видеть этот проклятый мир.

***

Лес. Зверь.

Первый луч восходящего солнца, прорвавшись сквозь все преграды, ударил прямо по глазам. Это заставило меня зажмуриться, и в тот же момент я почувствовал, что моё тело, не выдержав, предательски падает на месте.

– «Я не сдамся…» – неожиданно чёткая мысль пронизала сознание. – «Я не сдамся!» – Трепетала в сознании мантра. Шторм из мельчайших осколков эмоций, что обжигающим холодом разрывал сердце и сковывал разум, отступил. Отчаянье затухло, и осталась одна только тянущая, холодная пустота. Я выгорел… пришло принятие, полное осознание себя. – «Я сильнее!»

***

Развалины. Человек.

Капля холодной росы обожгла кожу острой болью. Замерев, только через миг понял, что вместе с ней по подбородку катится капля крови из прокушенной губы. Истерика, готовая было вырваться под напором бессвязных мыслей и чувств, исчезла мгновенно. Безнадега, дикая и холодная, затопила сознание.

Ветер резанул кожу с новой силой. Пошатнувшись, я рухнул на покрытый слоем хвои камень и судорожно отполз в угол под полог из густых ветвей. Озноб усилился и болезненно бил тело, зарождаясь, кажется, в самых глубинах души.

Поёжившись, я засунул руки в карманы джинсов и в то же мгновение выдернул их, словно обжёгшись. Уставился на паспорт. Секунду смотрел на него в ступоре, а затем шустро обыскал карманы.

Дебильная улыбка расплылась на лице, когда телефон оказался в руках, и я с затаенной надеждой включил его. Вместо года прочерки, дата – двадцать первое сентября, время – несколько минут первого ночи. И полное отсутствие сигнала, а также молчание по экстренным номерам. Захотелось зашвырнуть бесполезную железку подальше, но вместо этого только сильнее сжал его.