Несуществующий

Пролог. Шаг в пустоту (воспоминание).

«Бьют часы на старой башне,

провожают день вчерашний,

и звонят колокола».

– Как же громко звонят эти проклятые колокола, – сморщился я, когда очередной куплет песни громовым раскатом взорвался в больной голове. – Честное слово, если они не заткнутся, сломаю в хлам, – торжественно пообещал себе, собираясь начать с телефона.

Будильник не внял мысленной угрозе и продолжил чёрное дело. Ничего не оставалось, как с тяжёлым стоном сесть и начать судорожно шарить по карманам в поисках телефона, принципиально не открывая глаз и досматривая сон. Вредоносная железяка уворачивалась профессионально, однако мне удалось выловить её в недрах джинсов и с третьей попытки попасть по кнопке отключения трясущимися пальцами.

Я блаженно улыбнулся, когда наступила тишина, и рухнул на пол. Пару раз дёрнув конечностями, вновь удобно устроился на коврике перед входной дверью. Положил смартфон под голову, как подушку, и попытался нырнуть в объятья Морфея.

– Ало… Виталий! Меня слышно? – прозвучал девичий голос под ухом. Вздрогнув, разлепил веки. – Виталий, что у тебя со связью?.. – не унимался голос.

Я помотал башкой, пытаясь сбросить наваждение, и только через долгую секунду сообразил, что речь доносится из телефона. Ещё пара мгновений ушла на то, чтобы понять, откуда он там взялся. А когда до меня дошло, что трезвонил не будильник, а сигнал вызова, я осторожно приложил трубку к уху, понимая, что отключаться поздно – будет только хуже.

– Я тут, – отозвался сипло.

– Что не отвечаешь? – взволнованно прозвучало на другом конце. – И что с голосом?

– Связь барахлит, – чистосердечно соврал я.

– Понятно, – тон сразу повеселел. – Слушай, братишка, чего звоню. Спасибо огромное за поездку на море! Настоящая серебряная свадьба. Не знаю, где ты взял столько денег, но родители в восторге от подарка! И я тоже. Мы всего день, как прилетели, но это просто нечто! Жаль, тебя нет...

– Извини, Лен. Не могу. Поступление, – я привалился к стене разгорячённой головой, чувствуя, как мозг начинает закипать. – А так рад стараться.

– Ага, понимаю, – вновь жизнерадостно затараторили, каждым словом вбивая мне в сознание раскалённый шип. – Просто имей в виду, я поймала предков на слове, что когда вернёмся, они выполнят любое твоё желание. Не прогадай, – на заднем фоне раздались голоса родителей, и Лена заторопилась: – Ладно, не буду больше отвлекать. Мы как раз на море собираемся. От родителей «привет». И пока.

– Спасибо, – и уже в пустоту: – Пока, – после чего тупо посмотрел на телефон… и со всей силы швырнул куда подальше.

Сон как рукой сняло, так что устраиваться на коврике не имело смысла. К тому же я понимал, что нужно срочно опохмелиться, иначе следующие часы превратятся в ад. Однако подниматься с места и нырять в новый день катастрофически не хотелось.

В коротком сражении силы воли и разума против лени и раздолбайства с малым перевесом победила первая фракция. Короткий рывок на кухню ознаменовался болью в теле и гудением в голове. Но наградой стала прохлада нутра холодильника и заначка беленькой буквально на два глотка, дабы лечение не переросло в новый виток алкомарафона. Следом продолжение забега – требовалось продолжить лечение ударной порцией холодного душа.

– Хорошо… – простонал я, когда упругие струи прошлись по тушке, рухнувшей в ванную прямо в одежде.

Несколько минут лежал и наслаждался ледяными потоками. Чувствовал, как они обжигают тело, а вместе с тем вымораживают остатки похмелья. Но вскоре холод начал меня одолевать, и пришлось подняться, скинуть промокшие тряпки и по-быстрому привести себя в порядок.

– Жить вредно, – подмигнул я всклокоченному отражению, вылезая и растираясь полотенцем. – Но помучиться стоит.

Отражение скривилось в ответной ухмылке, и я неожиданно осознал – мне противно видеть эту покрытую колючей щетиной, со вздыбленными волосами и безумными огоньками в запавших серых глазах морду того, кто довёл себя до такого свинского состояния. Я отвернулся и потёр лицо, отгоняя непрошеное наваждение. А затем, глубоко вздохнув, потянулся так, что хрустнули все суставы, и поспешил к себе в комнату.

Там накинул свежую смену одежды, после чего, захватив ноутбук, потопал на кухню. Требовалось срочно что-то проглотить, дабы завершить лечение абстинентного синдрома и перебить привкус дохлых кошек во рту. Однако прежде чем начать готовку, включил компьютер и поставил на дозвон контакт своего лучшего, да и, собственно говоря, единственного друга.

– Да твою… – раздался резкий возглас товарища, когда связь установилась. – Какого хрена тебе понадобилось в такую рань! Даже полудня нет!

– Хватит спать, пора очнуться, – рявкнул я из недр холодильника, выбирая, что удостоится чести быть съеденным. – Меня разбудили с утра пораньше, так что мне теперь одному страдать?

– За что мне всё это? – жалобно взвыл динамик. – Ну почему я терплю тебя, сволочь?

– Есть только один вариант, Андрюх, – задумчиво протянул, найдя консенсус между бурчащим желудком и скромными запасами, после чего вытащил необходимое на стол. – Я твой друг, а другого такого же психа тебе не найти.

– Сволочь, – констатировала опухшая морда на экране и протяжно зевнула. – Кстати, чё вчера свалил? – собеседник нырнул за край обзора камеры, после чего вернулся с полупустой бутылкой. – Тут ещё на вечерок попраздновать осталось.

– Нет. Хватит, – меня аж передёрнуло от такой перспективы. – И так три дня после выпускного я с тобой каждый вечер что-то отмечаю. Такими темпами мы скоро сопьёмся.

Андрюха тряхнул содержимым и от души приложился. Шумно втянул воздух и чуть ли не на глазах преобразился, превращаясь во франтоватого молодого человека, настолько смазливого, что по нему текло половина девок школы. А друган, повеселев, добавил:

– Слабак! – и взболтнув содержимое бутылки, ехидно добавил: – Но ещё есть время передумать.

– Лучше скажи, чем сегодня собирался заниматься? – мелко нашинкованная луковица отправилась на плюющуюся маслом сковороду.

– Ну, если не хочешь продолжать празднования в честь конца этой грёбаной учёбы, то, как не жаль, пора подавать документы в универ. Проплаченный батей экономический факультет ждёт! Ты со мной?

– В принципе, надо бы, – я тяжко вздохнул. – Но, если честно, я ещё не решил, куда буду поступать…