Несуществующий

Я пристально посмотрел на ласку. Настрой Альтер-Эго меня удивлял и немного пугал. Вновь направляться в неизвестность? Спасаться от местных властей? Прятаться? Рисковать? Совершенно не разумно. По крайней мере, исходя из того, что я знал.

А знал я не так много. Более того, даже переговоры с местными властями я вел посредством перевода Альтер-Эго, а это значит, ласка могла исказить то, что мне говорили.

– «Мне кажется, ты мне что-то не договариваешь», – выдал я результат размышлений. – «Ты подслушал что-то важное в то время, когда пробирался ко мне».

– «Подслушал», – легко согласилась ласка. – «Немало. И да, недоговариваю!»

– «А ты не считаешь, что я имею право на информацию!» – возмутился я подобной наглостью.

– «Так ты ей и владеешь. Только в моём лице. Или ты собственным суждениям не доверяешь?» – от подобной постановки вопроса я впал в легкий ступор. А Альтер-Эго смилостивилось до пояснений: – «Подумай, кому охотнее поверят и помогут, а кого постараются прибить от греха подальше. Мальчишке, наивному и растерянному, который рассказывает байки… ну или не байки, если для этого места появление в лесу норма. Или пацану, который знает тайны и секреты, которые имеют гриф секретности?»

– Эээ… – протянул я, причём вслух.

– «Вот и я о том же. Хочешь попытаться договориться с местными властями – пожалуйста. Вдруг повезёт. В крайнем случае проведём разведку – информация нам нужна как воздух. А мне позволь позаботиться об альтернативных вариантах. На тот случай, если… вернее, когда что-то пойдёт не так».

– «Принимается. Я работаю в своём направлении. Ты меня страхуешь», – я тяжело вздохнул, признавая правоту ласки.

Овощная смесь даже с минимумом мяса оказалась очень вкусной. Я проглотил всё мгновенно. Всё же удобна мысленная речь, не отвлекает от еды. А вот с вином не стал спешить – оно оказалось лучше всего, что я когда-либо пробовал. В благодушном настроении от сытной еды и намеченного плана действий я отметил:

– «Знаешь, а если бы Андрюха попал с нами, то сейчас он бы начал жаловаться, что не хватает девочек», – я позволил себе коснуться воспоминаний, и лёгкая грусть окутала дымкой душу.

– «Не… жаловаться бы он не стал. Он бы сумел их раздобыть, и через полчаса мы бы уже вовсю праздновали свалившиеся на нас проблемы», – поддержал мысль Альтер-Эго.

Не удержавшись, я усмехнулся. А затем и вовсе захохотал, представляя Андрея, пытающегося обольстить капитаншу во время допроса. Даже Альтер-Эго оскалилось в ухмылке. Это рассмешило меня ещё больше, и при новом взрыве хохота смех перешёл в затяжной кашель.

Стакан с остатками вина разбился об пол. Тонкий аромат алкоголя поплыл по камере. Я скорчился, чуть не задыхаясь, готовый в любую секунду последовать за напитком. Но в момент, когда горящие лёгкие почти выжгли сознание, я увидел, как ласка прыгнула ко мне. Прыжок получился неловкий. Второе «я» чуть не упало. Но, уцепившись за одежду, быстро пробежало на своё место на шее. Запах шерсти помог пробиться воздух в лёгкие. Я почувствовал, как меня отпускает.

– «Лесная прогулка не осталась без следа», – придя в себя окончательно, грустно констатировал я.

– «Болеть вредно, даже в бреду», – съехидничала ласка. – «Тебе нужно отдохнуть. Без тебя мы никуда».

– «К тебе это тоже относится», – буркнул я, с трудом укладываясь на нары. – «Ты тоже не в лучшей форме. Координация движений нарушена. Сознание замутнено… и не возражай, я же чувствую».

– «После того как громоотводом поработал, чувствую себя просто отвратно. Всего лихорадит», – неохотно призналось существо, однако сразу же оборвало себя: – «Но, вернёмся к нашим проблемам. Нужно уточнить, что стоит говорить при следующем допросе, а что нет…»

Не успели мы продолжить, как до нас донёсся приглушенный стенами, правда, всё равно отчётливо слышимый женский, а если точнее, звонкий девичий голосок. Разобрать, что говорили, я не смог. Это был местный язык, но речь была очень приятная, хотя несколько сбивчивая и неуверенная.