Страница 57 из 95
За окном стемнело. Он съел ужин, так и не придя ни к какому решению. На руке завибрировал браслет – звонил Бабкин.
— Как успехи? – спросил Макар.
— У нас тут удивительные дела творятся. – Бабкин говорил сдержанно, но Макар расслышал в его голосе торжество. – Во-первых, я нашел пацана.
— Живой?
— Ясен пень, живой! Стал бы я дохлому радоваться. Во-вторых..
Сергей вкратце изложил обстоятельства, при которых был найден Егор. Илюшин слушал со все возрастающим изумлением.
— Короче, еду в Москву, буду реализовывать свой хитрый план, – закончил Бабкин. – Надеюсь, она клюнет. Как твои дела?
— Тебя здорово не хватает, – искренне сказал Макар. – Слушай, отличная работа! Я очень за тебя рад.
— А где критика? – осведомился Бабкин. – Где насмешки, сарказм, надстройка сверху?
— При личной встрече будет тебе надстройка сверху, – пообещал Макар.
— Извращенец, – фыркнул Сергей и отключился.
— И это я еще не рассказал, как посещал общественный сортир с одним лысым скрипачом, – вслух сказал Илюшин.
Он приободрился. Если все пойдет так, как запланировал Сергей, уже завтра тот сможет подключиться к поискам Ратманской.
На волне вдохновения Макар набрал номер Алика Ратманского.
— Аааа, великий частный детектив, – сказал тягучий голос, когда Илюшин представился. – Подъезжай, чо. Обсудим, куда сдриснула наша принцесса.
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
— Она его обокрала и свалила. – Ратманский-младший закинул ногу на ногу и выпустил дым.
Илюшин с интересом наблюдал, как пепел с сигареты летит на белый кожаный диван.
Они сидели в просторной студии-лофт с окном во всю стену, за которым сияла и переливалась огнями вечерняя Москва. Квартира Нины не шла ни в какое сравнение с этой. Стойка бара у стены тоже вспыхивала огоньками. Они красиво отражались в бутылках и бокалах, создавая с этой стороны стекла вечернюю Москву в миниатюре.
Алик, пухлогубый, бледный, с очень темными большими глазами, встретил частного сыщика в белоснежном спортивном костюме, отливавшем радужным, словно крылья бабочки. Материал костюма напоминал парашютный шелк. При каждом движении он шелестел, как папиросная бумага. Илюшин подсознательно ждал, что с рукавов вот-вот начнет осыпаться пыльца.
Макар бросил взгляд на боксерскую грушу, висевшую у противоположной стены, целиком выложенной из красного кирпича. Константин Ратманский назвал друга своей дочери сорокалетним мальчишкой. К тридцативосьмилетнему Александру эта характеристика на первый взгляд подходила больше. Он вел себя как школьник. Хихикал, пару раз ткнул Илюшина пухлым пальцем в коленку. Макар предположил бы, что с ним заигрывают, но по дороге он успел выяснить, что Ратманский-младший пользуется славой бабника и сердцееда.
— Друзья зовут меня Аликом, – сказал он Илюшину при знакомстве. – Близкие друзья – Шурой.
— А я буду звать вас Александром Константиновичем.
Тот радостно захохотал, приняв его слова за шутку.
— Остроумный! Молодец. Давно на отца работаешь?
— Около десяти часов, – сказал Макар, бросив взгляд на циферблат.
Алик жестом предложил ему кресло, а сам плюхнулся на диван и закурил.
— Сочувствую. Заниматься херней за деньги.. Хуже только заниматься херней забесплатно. Она его обокрала и свалила. А отец волосы на себе рвет, места не находит. Жалко его. – Он покачал головой.
— Когда вы с Ниной виделись последний раз?
— Ээээ.. Ну ты спросил! Не знаю. Шесть месяцев, семь? Не знаю! Я тебе говорю: она его обчистила.
— У вашего отца ничего не пропало, – заметил Макар.
— А он искал? – возразил Алик. – Сейфы, ящики проверял? Вот именно. Я его предупреждал, что с Нинкой что-то не в порядке. Он мне не верил. Неприятно оказываться правым.
На стеклянном столике возле дивана валялась мятая сигаретная пачка. Алик скомкал бычок в пепельнице и сразу закурил вторую.
Илюшин про себя отметил красные глаза, дерганые движения. Алик постоянно шмыгал и почесывался. Макар всматривался, пытаясь понять, нервничает его собеседник или принял наркотик.
«Не взаимоисключающие вещи», – сказал он себе. Но любопытно, что перед разговором с частным сыщиком сынок Ратманского нанюхался какой-то дряни.
О том, чем занимается Алик, Илюшин знал лишь в общих чертах. Сергей Бабкин называл таких, как он, «недорешалы». Ратманский-младший терся по бизнес-форумам, делая вид, что благодаря отцу у него есть доступ к секретным сведениям. Его можно было встретить в курилке Торгово-промышленной палаты, где он втирал какому-нибудь простаку: «Старичок, есть одна тема. В Министерстве здравоохранения полностью меняют программное обеспечение.. Это ведь как раз то, чем ты занимаешься? У меня есть выход на людей, которым надо занести. За пять процентов помогу тебе». Фигура его отца срабатывала как фильтр фотошопа, придавая Алику значительность и вес.
— О чем вы говорили с Ниной на последней встрече?
— Ой, я уже не помню.
— Постарайтесь вспомнить, пожалуйста.
— Камон! Это всегда был треп ни о чем! О серьезном с ней не пообщаешься..
— Почему?
— Ну а кто она такая? – утомленно спросил Алик. – Никто. Просто тетя, ухватившая золотую рыбку за хвост. Ни талантов, ни ума, ни энергии. Харизма – нулевая. Все, чему она научилась за эти годы, – изображать из себя важную благотворительницу. Оцени, какую беспроигрышную сферу выбрала! У кого повернется язык критиковать бабу, которая собирает на лечение больных детей? Ну, я бы посмотрел поближе, на что она собирает.. Но мне не очень интересно. Пусть этим другие занимаются.
— Вы о чем, Александр Константинович?
— Я все сказал. Если ты не понял, это твои проблемы, а не мои.
Илюшина не требовалось очаровывать, и потому время от времени из Алика прорезался нормальный щекастый хам. Но как заметил Макар, настроение у Ратманского-младшего менялось каждые пять минут. Вскоре тот уже расспрашивал сыщика о специфике его работы.
— Слушай, а вот если такое дело.. Например, нужно за одним человечком проследить. Не сливает ли он инфу. – Алик доверительно наклонился к Макару. – Умеешь такое?
— А что за история была с фотографиями Нины? – спросил Илюшин, пропустив его вопрос мимо ушей. – Вы нанимали специалиста или сами справились?
Алик сделал вид, что не понял.
— Э-э-э, поясни?
— Фотографии, где Нина в постели с женщиной. Алла Константиновна принесла их вашему отцу.
Затянувшись, Алик выпустил ровное кольцо дыма.