Страница 47 из 95
— Минут через сорок, может, чуть поменьше. – Разговор свернул на безобидную тему, и Мордовин выдохнул.
— О чем вы с ним разговаривали столько времени?
— Вообще почти не разговаривали.
— Сорок минут не разговаривали? – усмехнулся Сергей. – В гляделки играли?
— Ко мне люди пришли. По делам.
— Каким делам? Я что, клещами из тебя все вытягивать должен?
Мордовин воспринял эти слова буквально и сглотнул. Его яростный запал давно исчез; маниакальная убежденность, будто достаточно убить одного бандита – и проблема решена, можно успеть сбежать куда угодно, хоть за границу, – сменилась пониманием, что он совершил чудовищную ошибку и теперь не выйдет отсюда живым. Нужно было просто отсидеться в доме! Бандит не стал бы ломать двери среди дня. Что он наделал..
— Машина, – торопливо сказал Роман. – Я тачку продаю, покупатели приходят, смотрят. Когда пацан был здесь, как раз явились по объявлению. Не разговаривали мы с ним. Я чаю предложил, он обматерил меня и ушел.
— За что обматерил? – рассеянно спросил Бабкин, только что сообразивший, что про гараж он забыл.
— Не знаю я. Он был взвинченный какой-то, злющий.
Бабкин на всякий случай снова привязал Мордовина, нашел в ящике ключи от машины и спустился в гараж. Увидев там «Кадиллак», он присвистнул.
Салон оказался пуст, багажник тоже. Бабкин, до последнего боявшийся, что увидит внутри тело Егора, облегченно выдохнул.
— Рассказывай все с самого начала, – велел он, вернувшись. – Тебе же лучше будет.
— Типа, ты меня отпустишь после этого? – скривился Мордовин.
— Зависит от степени твоей искренности. Постарайся меня убедить.
— Юрка тогда утром позвонил, – сказал Мордовин после недолгого молчания. Он обмяк, щеки у него обвисли. Трудно было поверить, что это тот же самый человек, который недавно напал на сыщика с молотком. – Страшно нервничал. Его машину запер какой-то придурок, надо ехать, а не на чем. Не на трамвае же такие деньги везти.. Я бы на его месте вызвал такси, а он запаниковал. Решил: вдруг это все подстроено, таксист будет подосланный.. Параноечка, в общем, нагрянула. Я всегда с машиной под задницей, Юрка знает: тачки – моя любовь. Так что я сказал: не проблема, подвезу. Вот и вся история.
— Серьезно? – недоверчиво переспросил Бабкин, настроившийся выслушать долгое признание. – Прямо-таки вся?
— Ну да. Мы подъехали..
— Мы – это кто?
— Я, Забелин, Паша, – уныло перечислил Мордовин.
— Колодаев, – кивнул Сергей, помнивший, как зовут третьего приятеля.
Мордовин сник окончательно, решив, что его собеседнику все известно и допрашивают его для проформы.
— Да.. Паша Колодаев. Мы подъехали, а того уже выводят. Ну и решили..
— Решили присвоить чужое. – Бабкин по-прежнему не понимал, о чем идет речь, но уловил основной сюжет.
Мордовин поднял на него отчаянный взгляд:
— Забелин все забрал себе! Это он тебе нужен! Я ни при чем, богом клянусь! Извозчиком поработал, моя вина, каюсь! Оплатили мне извоз, швырнули в лицо три копейки!
Бабкин покивал и задумчиво сказал:
— Давай-ка вернемся к Егору Забелину..
Полчаса спустя он вышел на крыльцо и закрыл за собой дверь, оставив в комнате растерянного Мордовина.
Итак, Егор Забелин побывал здесь. Похоже, произошло недоразумение, как и с Бабкиным. Мальчик спрашивал о своей матери.. Нет, не так! Он был уверен, что Мордовин знает об исчезновении его матери. Роман ничего ему не сказал, и паренек отправился к Колодаеву.
По-хорошему, следовало бы оставить Мордовина связанным, чтобы тот не успел предупредить своего товарища. Но Бабкин и так нарушил пару статей и не хотел прибавлять к ним еще одну.
Он так и не смог понять, кого обокрал Забелин с приятелями, но убедился в одном: к исчезновению Егора эта давняя история не имела отношения.
«Главное – чтобы Колодаев не убил мальчишку. Надеюсь, ему хватит ума понять, что подросток не может быть ни в чем замешан. Но все-таки любопытно, во что эти трое влезли..»
Дом был обнесен сплошным двухметровым забором. Сергей позвонил в дверной звонок и принялся ждать, прикидывая, чем встретит его Колодаев.
— Кто там? – раздался женский голос из коробочки домофона.
— Здравствуйте! Я по поводу исчезновения Егора Забелина. Меня зовут Сергей, я помогаю искать его.
После недолгого молчания что-то щелкнуло, дверь открылась. Бабкин прошел внутрь.
Колодаев ждал его на крыльце, кутаясь в огромный махровый халат. При виде сыщика он вздрогнул и сделал шаг к двери. На лице его так явственно отразился испуг, что Сергей остановился.
— Здравствуйте, Павел, – сказал он, не делая попытки подняться. – Спасибо, что согласились поговорить. Мы опрашиваем всех, кто имеет отношение к семье Забелиных.
Колодаев оставался на крыльце и смотрел на него сверху вниз.
— Будет неточностью сказать, что я имею отношение к Забелиным, – заявил он, и Бабкин узнал этот высокий женский голос. – Мы довольно давно прекратили общаться с Юрием и его семьей. А вы сказали, Егор исчез? Боже мой, что случилось?
Сергей не смог удержать усмешки. Это запоздалое наигранное удивление выдало Колодаева с потрохами.
— Егор здесь был, – сказал Бабкин, констатируя факт.
— С чего вы взяли?!
— Что ему было нужно? – спросил Сергей, игнорируя его возмущение. Он уже догадывался об ответе.
Колодаев неожиданно подергал носом по-звериному влево-право и сделал шаг вниз на ступеньку.
— Я настаивал бы, чтобы это было отмечено в протоколе как помощь следствию, – визгливо сказал он, явно нервничая.
— В протоколе?
— В нашем мире самой большой ценностью является информация. Я предоставляю вам некоторые сведения, но это никак не может быть осуществлено на безвозмездной основе..
Бабкин молча смотрел на него.
— Это было бы глубоко неверно.. неправильно! Я, знаете, тоже не на помойке себя нашел! – пронзительно выкрикнул Колодаев.
Бабкину это все осточертело. Один придурок лупил своего сына и довел его до побега; второй пытался убить Сергея, не успев и имени его узнать; третий требовал денег за то, чтобы сообщить какие-то сведения о сбежавшем подростке. Сергея охватил гнев. В памяти встал старый алкаш из Красных Холмов, то небрежное движение, которым он потянул к себе фотографию Егора. Чертовы уроды! Его собственному ребенку предстоит расти в мире этих взрослых – распущенных, равнодушных, злобных и попросту тупых!