Страница 44 из 107
Глава 13. Саша
Ты не виноват.
Поплачь, если тебе от этого станет легче…
Я люблю его, Саша, прости меня…
Папы нет, сынок, он ушел в лучший мир…
Почему ты мне не помог?
У вас были проблемы с законом? Извините, мы не можем вас взять на работу…
Все дерьмовые воспоминания заполонили голову Саши. Огонь пожирал все внутренности, каждую клеточку, обволакивая их своим языком пламени. Он взорвался там, находясь возле автобусной остановки. Не смог удержать себя в руках. Ему не хотелось, чтобы Мира видела, каким он может быть на самом деле. Злым. Агрессивным. Ничтожным.
Саша думал, что сможет двигаться дальше, попытаться раскрыться перед Мирой. Но он ошибался…
Зачем ей человек-убийца? Слабак. Ничтожество. Человек, который хотел покончить с собой.
– Черт!!! – Саша пнул мусорный бак, содержимое которого оказалось на асфальте, и кто-то стал отчитывать его за это.
Саша вернулся снова в свои воспоминания.
Какой сегодня был день? Какая погода? Сегодня солнечно или пасмурно? С того дня, как Саша пришел домой с похорон Али, время для него остановилось. Он не знал, что делать дальше… Как жить без нее. В груди было невыносимо больно. Перед глазами стояла одна и та же картина: как он выносил из воды тело своей любимой. До последнего Саша надеялся, что она откроет глаза и, как обычно, в своей дурацкой манере прокричит: «Ну что, олухи, купились!» Но этого не произошло.
Теперь мысли о том, что тело его девушки лежит в сырой земле, не оставляли Сашу в покое ни на минуту. Эта ужасная реальность разъедала его изнутри. Каждую ночь он мучился в кошмарах. Он видел Алю в своих снах, напуганную до предела, с глазами, которые молили о спасении. В этих глазах отражался ужас, и Саша чувствовал его так остро, будто сам переживал его. Он видел, как она искала выход, как ее взгляд метался в поисках хоть какой-то надежды, а Саша был лишь зрителем этого кошмара, совершенно беспомощным, не способным ничем ей помочь.
Он остался один. Никому не нужный. Максим поддерживал его как мог. Он говорил ему о том, как важно жить дальше, не останавливаться, двигаться вперед, даже когда кажется, что сил больше нет. Но никакие слова, никакие утешения не могли вернуть ему ту, которую он так любил. А Ксюша… ее глаза всегда были полны слез, когда она смотрела на него. Она тихонько просила Сашу поговорить с ней, открыть душу, не держать всю эту боль внутри себя. Но он молчал, погружаясь в свой темный мир. Саша не хотел говорить о своей боли, потому что знал, что никто не сможет понять, насколько ему невыносимо жить.
В итоге он нашел «спасение» в алкоголе. Саша думал, если зальет им свое горе, то так будет легче проживать свои дни. Это оказалось самой большой ошибкой. Алкоголь не убирал боль, он лишь заглушал ее, заставляя его страдания нарастать, чтобы в один момент обрушиться на него с удвоенной силой. В опьянении чувство вины только больше разгоралось, а затем на смену ему приходила ярость. Считай, всю мебель, что была в квартире, Саша разрушил. Осколки стекла, обломки дерева и вырванные листы книг усеивали весь пол. Зеркала и посуда были разбиты. Каждый сломанный и разбитый предмет был криком отчаяния, попыткой выплеснуть разъедающую его изнутри тоску. А потом наступала тишина… Только хриплое дыхание Саши нарушало эту мертвую тишь, напоминая ему, что он живой. Но на самом деле Саша погребен под обломками своей собственной жизни.
Шатаясь, он направился в коридор, где в тусклом свете взглянул на свое отражение в зеркале. Его глаза заблестели от слез, когда он увидел, что позади него стоит Аля, как в тот роковой день. Капли воды стекали с ее коротких волос, а затем спускались по бледному лицу вниз.
– Прости меня, Аля… – тихо прошептал Саша отражению девушки.
– Что же ты наделал? Саша, ты нас убил, – ответила Аля, и из ее глаз потекли горькие слезы.
– Прости. Прости. Прости, – Саша заплакал, сжимая голову руками.
– Это твоя вина, что я гнию в сырой земле, – ее голос был пропитан ненавистью.
Саша поднял голову к потолку, а потом снова посмотрел в зеркало и с улыбкой сказал:
– Моя. Тогда… будем гнить в этой земле вместе.
Он резко ударил кулаком по зеркалу, осколки которого упали на пол. Саша, не раздумывая, подобрал один из них. Острый край впился в кожу, и кровь начала медленно стекать по его руке, падая на пол мелкими, алыми каплями.
– Родная, мы скоро встретимся.
Зачем только Ксюша начала этот разговор? Саша понимал, что погорячился и зря накричал на сестру в присутствии ребят. Он дошел до набережной и, перепрыгнув небольшой каменный парапет, сел на песчаный берег. Саша смотрел на горизонт, пытаясь привести свои мысли в порядок. На небе стали сгущаться тучи, предвещая скорый дождь. В сердце не утихла старая боль, но вместе с ней зарождалось давно забытое чувство.
Что же это было?
С появлением Мирославы Саша понемногу начинал вспоминать, каково это – жить и наслаждаться жизнью. Он стал чаще улыбаться, задумываться о своем будущем. Стал мечтать, чего так долго себе не позволял после смерти Али. Саша был рад, когда сегодня увидел Миру, стоящую рядом с его сестрой. Он был очень благодарен ей за то, что она не оставила Ксюшу в беде. Мирослава выглядела еще красивее, чем обычно. Платье подчеркивало ее аппетитные формы, а чуть завитые распущенные волосы придавали ей шарм. Видеть Мирославу сидящей на своей кухне ему показалось правильным, словно Мира уже была частью его жизни, словно она – его семья.
– Са-а-аша! – за его спиной раздался женский голос.
– Мира?! – он поднялся на ноги, а в это время девушка пыталась перелезть через ограждение и, зацепившись ногой, полетела вниз.
Саша еще раз убедился, что эта девушка в прошлой жизни была кошкой, потому что она постоянно приземлялась на четвереньки. Резкий порыв ветра задрал ее платье, демонстрируя прохожим ее розовые трусики. Проходившие мимо парни не оставили эту картину без внимания, начали похотливо разглядывать женский зад. Саше хотелось подойти и врезать каждому по наглой роже, стирая с их лиц улыбки.
– Чего замерли?! Пошли давай! – злобно рыкнул он на них, и они быстрым шагом попятились назад.
Мира поправила свое платье, а он, взяв ее под локти, поднял на ноги.
«Снова залилась краской», – мысленно посмеялся он над ней.
– Саша, я… – начала она, и в ее взгляде он прочел жалость к себе.
– Мира, не надо… – тихо сказал Саша, но в его голосе звучала неуверенность. – Я просто хочу побыть один.