Страница 16 из 107
Одна из фотографий привлекла его внимание: на ней Мира стояла рядом с потрясающим ретроавтомобилем красного цвета – Jaguar XK-E. Судя по всему, она посещала автомобильную выставку, и на ее лице была счастливая улыбка. Рядом находилась другая фотография, на которой девушка в соломенной шляпе сидела на песке и улыбалась. Ветер играл с ее волосами, и она слегка наклонила голову набок, убирая с лица прядь рукой, в то время как другой – держалась за край шляпки. Саша задумался о том, как же ей шла эта улыбка. Она будто излучала свет, который согревал душу и приносил спокойствие.
На последнем фото была изображена семья Миры. Саша заметил, что она очень походила на своего отца: такие же добрые глаза, светлые волосы и улыбка до ушей. На снимке ей было не больше пятнадцати лет. Мама же, напротив, производила впечатление строгой женщины. Даже улыбка у нее была сдержанной. Рядом с ними стоял младший брат, которому, судя по всему, было около десяти. Он походил на маму: черные волосы, карие глаза с длинными ресницами, четкие дуги бровей, аккуратный носик и тонкая линия губ с недовольным изгибом.
Саша невольно сравнил эту семью с собственной. В отличие от него, у Миры была настоящая семья, полная любви и поддержки. На полках стояли разные статуэтки: ангелочки, драконы, мини-открытки. Перед диваном располагался небольшой журнальный столик, на котором лежало несколько журналов и сканворд, а по центру стояла стеклянная вазочка с конфетами. Напротив окна стоял книжный шкаф, на котором красовалось множество книг – от классической литературы до фэнтези.
Саша, проходя мимо, не мог не заметить, как на одной из полок уютно устроилась коллекция фигурок того самого Ам Няма с ключей Миры. Он усмехнулся, глядя на эту забавную коллекцию:
– Ого, да у нее тут целая армия собралась!
На каждой полочке стояли ароматические свечи, кру́жки с разными принтами и значки. Все это создавало необычную и в то же время оригинальную атмосферу, которая так и манила к себе.
Пройдя в коридор, Саша нашел ванную комнату. Он снял рубашку, о которую Мира вытерла рот, и ополоснул край под краном, стараясь избавиться хотя бы от запаха. Выйдя из ванной, он встретил кошку. Саша всегда любил животных, и они тянулись к нему. Он погладил рыжий комочек шерсти, и кошка потерлась о его руку, мурлыча от удовольствия. В зале раздался стон Миры, и Саша не раздумывая отправился проверить состояние хозяйки.
– Остановите эту карусель, меня сейчас стошнит.
– Зачем было столько пить, если твой организм на это не рассчитан? – Саша присел на корточки рядом с ней.
– Твоя вина, – простонала Мира.
– Моя? Ты сейчас отдаешь себе отчет, что сама себе навыдумывала мои отношения с официанткой, приревновала, а потом напилась. И я еще виноват? – Саша внимательно изучал лицо девушки.
– Ты такой душный, – прошептала она.
– Поспи. Моя миссия на этом закончена. Спокойной ночи, Мира, – попрощался Саша с ней, но когда встал и сделал шаг, девушка успела схватить его за руку.
– Останься, пожалуйста, – прошептала она, не выпуская его руки из своей. – Не оставляй меня одну в этих стенах. Здесь так пусто.
Почему-то ему не хотелось ей отказывать, и Саша решил, что подождет, когда девушка уснет, и потом потихоньку покинет ее дом. Мира подвинулась, чтобы он мог сесть с ней рядом, но руку так и не отпускала, наоборот, она прижала ее к себе.
«Как тепло и уютно», – подумал он.
Ему не хватало этого… Он понимал, что забота и взаимопонимание – это дар. Быть рядом с кем-то, кто готов разделить с тобой боль и поддержать в любую секунду, – это то, что могло бы помочь ему справиться с утратой. Теперь же… В его квартире звенела тишина, эхом отдаваясь в памяти голосом матери.
К нему на колени запрыгнул рыжий комочек шерсти, и, свернувшись в клубочек, кошка уснула. Девушка тихо посапывала, прижимая его руку к щеке.
Саша рассматривал лицо Миры, а потом свободной рукой коснулся ее волос.
«Зачем мне трогать ее волосы? Почему я все еще сижу тут у незнакомой девушки? Тянет? Или пожалел ее? А еще этот запах малины…»
Ее присутствие было словно лекарством, притупляющим острую боль утраты. От накатившей усталости Саша погрузился в сон, и с каждым вдохом его тело освобождалось от напряжения, накопленного за все эти тяжелые дни.
Тепло тела Мирославы и мурлыканье кошки помогли ему забыть ненадолго о проблемах и тревогах. Звуки дождя, барабанившего по стеклу, стали для них колыбельной.